Капкан для принцессы - Наталья Александрова

– Там в бутылке шампанского не осталось?

Леня протянул руку к столику, и они допили шампанское прямоиз горлышка.

– Да, кстати… – вспомнил Маркиз. – Ты мнеобещала адрес этого… Славы Расторгуева. Только давай я сам достану твоюзаписную книжку, а то, если ты туда полезешь, мы снова отвлечемся…

– А почему бы и нет? – Валечка пожала круглымиплечами, при этом ее непревзойденный бюст призывно колыхнулся.

Леня вернулся домой очень поздно. Он раздобыл адресфотографа Расторгуева, но в такое время нечего было и думать о визите к нему.Продолжение поисков волей-неволей пришлось отложить на завтра.

Лолы почему-то тоже не было, и Леня в ожидании своейпартнерши принял душ. Когда он вышел из ванной комнаты в набедренной повязке измахрового полотенца, дверь открылась и на пороге появилась Лола. У нее былокакое-то удивленное растерянное лицо. Выглядела она очень утомленной – подглазами залегли темные круги, помада с губ стерлась, сами губы подозрительноприпухли, и даже слегка размазался левый глаз.

– Где ты была? – напустился Маркиз наподругу. – Я за тебя так волновался! Я просто места себе не находил целыйвечер!

Лола подняла на него влажный затуманенный взгляд, но ничегоне ответила.

– Что ты себе позволяешь! – Маркиз накручивал себявсе больше и больше, в праведном запале он так замахал руками, что махровоеполотенце чуть не упало на пол, и ему пришлось подхватить его, чтобы неоказаться перед Лолой в костюме Адама, что в настоящее время совершенно невходило в его планы.

Лола в это время, совершенно не обращая на него внимания,утомленно упала в кресло, скинув лодочки.

Леня продолжил в той же тональности, но без жестикуляции:

– Мы приехали сюда с чисто деловыми целями и должнызаниматься розысками этой чертовой пропавшей немки, а не тратить время на своюличную жизнь!

Лола сняла жакет и швырнула его мимо Лени на диван, а самавольготно откинулась на спинку кресла и глубоко вздохнула, при этом достаточнопомятая блузка распахнулась на груди и стало видно, что Лола без лифчика.

– Не пытайся меня обмануть, я вижу, что ты только чтобыла с мужчиной! – кипятился Маркиз. – Нашла, понимаешь, время!

Проследив за его взглядом, Лола ощупала себя и пожалаплечами: она поняла, что забыла бюстгальтер у Антона. Она хмыкнула и смущеннозакрыла глаза.

– Отвечай, где ты была?! – вопрошал Маркиз тономоскорбленного мужа.

Лола открыла глаза, удивленно посмотрела на него ипроговорила хрипловатым голосом:

– По-моему, я совершеннолетняя, а у нас с тобойотношения сугубо деловые. Да ты бы лучше на себя посмотрел – в твоем возрастеэто уже неприлично!

Леня подошел к зеркалу и увидел у себя на груди багровуюотметину от Валечкиных губ.

Маркиз проснулся рано, оттого что Пу И пытался зубамистянуть с него одеяло. Зловредная Лолка впустила его ночью к Маркизу и закрыладверь в свою комнату, чтобы песик не мешал ей спать. Пу И запрыгал по комнате,давая понять, что срочно нужно заниматься собакой. Маркиз выпустил его вместопрогулки на балкон – там, очевидно, с прошлого года оставались ящики со старойземлей.

– Действуй! – пригласил Маркиз песика. –Удобряй на здоровье!

Пу И недовольно гавкнул, но уединился на балконе. Ленявзглянул на часы – еще только половина восьмого. Чертова собачонка! Однако онрешил не спать, а лучше заняться делом.

В комнате было мало мебели, и Маркиз проделал несколькофизический упражнений, с помощью которых определял, достаточно ли хорошо онвладеет своим телом и не нужно ли, к примеру, похудеть или занятьсяупражнениями на тренажерах. Все было в порядке, тело слушалось его отлично,сердце работало как часы, а после вчерашней встречи с любвеобильной Валечкойтело Маркиза вообще приобрело удивительную легкость и гибкость. Он побрился,принял душ и устремился на кухню. Там его поджидало разочарование, потому чтоиз продуктов в шкафчике были только кофе, сахар, а также большая коробкаорехового печенья.

Маркиз вполголоса ругнул Лолку и принялся заваривать кофе.На звук шуршания коробки прибежал Пу И, требовательно заглянул в глаза Маркизуи гавкнул. Они чудно посидел?? и съели на завтрак целую коробку печенья. Околодевяти Маркиз решил, что прилично звонить, а то, кто его знает, этогофотографа, вдруг ему взбрендит куда-то бежать с утра пораньше?

Однако на звонок ответил злобный женский голос, которыйсообщил, что никакого Славика Расторгуева по данному номеру нет. И никогда небыло. А на вопрос, давно ли у тетки этот номер телефона, та ответила, нестесняясь, что это не его, Маркизово, дело.

Очевидно, Валечка перепутала телефон, но с нее, кромехорошего траха, больше ничего не получишь, так что Маркиз решил идти поуказанному адресу и определяться на месте.

Он заглянул к Лоле, та крепко спала на животе, обнявподушку. Двигаясь на цыпочках, Маркиз подхватил Пу И за шкирку и подсунул вкровать, после чего закрыл дверь комнаты, так что песик не сможет выйти. Черезнекоторое время либо он Лолку разбудит, либо написает в кровать. И то и другоеМаркизу одинаково приятно.

Когда он добрался до Конногвардейского бульвара, гдепроживал, по Валечкиным сведениям, фотограф Расторгуев, было пять минут одиннадцатого.Дом тринадцать, хоть и находился наискосок от Манежа, был довольно обшарпанным,во дворе традиционно воняло кошками и помойкой.

В парадной не было кода, и вообще никто не встретилсяМаркизу на пути, только где-то наверху гремели ведра и лилась вода. Он поднялсяна третий этаж, где находилась нужная ему пятая квартира, но на звонок никто неответил. Больше сказать, оказалось, что звонок вообще не работает.

Маркиз внимательно оглядел дверь и не удивился неработающемузвонку: дверь была старая, обитая порванным во многих местах дерматином. Судяпо всему, и квартира за дверью была в таком же состоянии. Маркиз постучал вдверь костяшками пальцев, но безрезультатно, потому что дерматин гасил всезвуки. Тогда он как следует шарахнул в дверь кулаком, эффект был тот же.

– Чего стучишь? – раздался сзади скрипучий голос.

Маркиз оглянулся: сзади стояла самая настоящая баба-яга –старуха в синем рабочем, далеко не новом халате, с тряпкой наизготовку. Бывшаякогда-то белой косынка была завязана у старухи концами кверху, так чтополучались рожки. Во рту у старухи торчал желтый клык, по подозрению Маркиза,единственный.

– Здравствуйте, – сказал он как можно приветливее.

– Чего тебе? – еще более подозрительно спросиластаруха.

– Да вот, пришел к фотографу Расторгуеву поделу, – ответил Маркиз, улыбаясь, – не знаете, он дома?

– Какое у тебя дело? – спросила старуха,надвигаясь неотвратимо как судьба.