Холодные тени - Мила Бачурова

– Запрещено бросать мусор, – говорил капитан. – Все, что вы привезли с собой на континент, вы обязаны увезти с собой. Это же касается отходов жизнедеятельности.

Капитан сделал паузу, поскольку точно знал, что сейчас последует вопрос. И не прогадал.

– Sorry. What? – спросил Лоуренс.

– Шутка, – сказал капитан. – Но только наполовину. Содержимое биотуалетов, имеющихся на станции, где вы будете жить, вывозится организованно. На случай, если вам придется справлять нужду вне станции, – вас проинструктируют уже на месте. Я хочу, чтобы вы поняли: Антарктида – это не то же самое, что зима в вашем родном городе. Это – отдельный мир, со своими правилами и законами. И мир этот не любит чужаков. Особенно чужаков с гонором и амбициями. Лучшее, что вы можете сделать, – постараться остаться не замеченными этим миром. Уже очень скоро вы сойдете на землю. Перед этим вам придется продезинфицировать свою обувь, чтобы не занести какую-либо органику. Кроме того, я обязан предупредить, что, если у вас есть с собой какие-либо животные, их придется оставить на корабле.

У Вероники не было никаких животных, ни с собой, ни дома, но с каждой новой строчкой на экране планшета настроение ее падало все сильнее. Ничего себе – туристическая поездочка, чтобы развеяться! Шаг влево, шаг вправо – расстрел, прыжок на месте расценивается как попытка улететь…

Вероника обменялась взглядами с Брю, и ей почудилось полное понимание в глазах этой нелюдимой девушки. Напряжение было колоссальным. Конечно, анонимок тут не будет. Однако чем, черт побери, хуже было бы в Турции или в Таиланде?! В любом месте, где тепло, можно фотографировать все что хочешь, покупать сувениры и тискать добродушных животных!

Ткнув пальцем в экран, чтобы очистить поле ввода, Вероника увидела, как медленно тают буквы, и поспешила убрать планшет в широкий карман куртки. Пусть погреется. Тим, если надо, переведет ей, что говорят остальные. Впрочем, кто бы с ней вообще разговаривал…

Брю, поймав взгляд Вероники, кисло улыбнулась. Вероника ответила тем же.

30

К станции ехали на машине, которую Вероника про себя окрестила «бронетранспортером». Второй такой же «бронетранспортер» еще загружали ящиками и мешками, приехавшими с кораблем.

В теплом салоне Вероника достала отогревшийся планшет и обратилась к Брю:

– Ты помнишь, зачем мы в это ввязались?

Брю, казалось, была удивлена, что Вероника обратилась к ней. Тимофей, наверное, тоже удивился, но по его лицу это сложно было узнать наверняка.

– Я хотела, чтобы все закончилось, – ответила Брю.

– А почему ты вообще так паришься из-за этих анонимок? – спросила Вероника.

Брю нахмурилась, вчитываясь в перевод. Вероника, подумав, повторила вопрос, заменив «паришься» на «тревожишься».

Теперь Брю с изумлением посмотрела на Веронику, и та, пожав плечами, сказала:

– Да если б я так волновалась из-за всякой ерунды, которую мне присылают всякие идиоты, – уже рехнулась бы.

– Но он же мне угрожает, – слабым голосом возразила Брю. – Он обещает убить меня…

– А вот это уже другой разговор, – парировала Вероника. – Я бы купила перцовый баллончик. И электрошокер. Записалась бы на курсы самообороны…

Она умолчала о том, что курсы самообороны – слава Тимофею – уже были успешно пройдены. Правда, от отравления лимонадом они не сильно помогли.

Брю молчала. Казалось, она напряженно ищет подходящий ответ. И наконец сказала:

– Я не такая смелая, как ты.

– А я не смелая, – улыбнулась Вероника. – Тут не в смелости дело. Я просто рациональная. Чем сидеть и бояться – лучше обезопасить себя по максимуму и плюнуть на все остальное. Никто ведь не застрахован. Большинство людей, на которых нападают, не получают анонимных писем. А если тебе шлют письма – вряд ли решатся напасть. Мне так кажется. Знаешь, как у нас говорят: «бодливой козе бог рогов не дал».

– Не козе, а корове, – вмешался Тимофей. – И вообще, при чем здесь это?

– А ты чего встреваешь? – проворчала Вероника. – Мы, между прочим, разговариваем.

Времена, когда она умудрялась втюхивать Тимофею собственные афоризмы, выдавая их за народную мудрость, прошли. Тимофей что-то заподозрил и проштудировал интернет на предмет пословиц и поговорок. Теперь он постоянно поправлял Веронику, если она путалась.

Брю не поддержала Веронику ни словами, ни смиренным молчанием. Она обратилась к Тимофею:

– Вы уверены, что у вас получится найти этого человека?

– Да, – кивнул тот. – Но тебе придется ответить на много моих вопросов.

– Я… Конечно, с радостью.

– Их будет задавать Вероника. Вы, кажется, нашли общий язык.

На этом Тимофей отвернулся. Вероника встретила обескураженный взгляд Брю и пожала плечами. Мол, привыкай, я так всю жизнь живу.

Брю попросила планшет и что-то набрала в поле ввода, показала Веронике перевод.

«Он твой парень?» – прочитала та и сразу же замотала головой. Набрала ответ: «Я – его личный помощник».

Брю удовлетворенно кивнула. Если Веронике и требовались еще какие-то подтверждения – она их только что получила. Количество невест Тимофея удвоилось.

31

Выйдя из машины, Габриэла ахнула и достала телефон. Мороз сразу стал щипать голые руки, но она пока не обращала на это внимания.

– Вы только посмотрите, как тут здорово! – сказала Габриэла, как только камера начала снимать ее на фоне снежного пейзажа. – Да, как вы понимаете, я добралась до места. Что сказать? Здесь очень холодно! А перед тем как сойти с корабля, нас заставили продезинфицировать обувь. Позже я подробно расскажу обо всем и сделаю фотографии, а пока мы прибыли на туристическую станцию «Сириус» и сейчас будем знакомиться с новым местом жительства и персоналом. До скорой встречи!

Она едва успела убрать телефон в карман, как к ней приблизился мрачный Лоуренс. Он тащил сразу два здоровенных рюкзака – свой и Габриэлы.

– Надень перчатки, – сказал он.

– Да мы ведь сейчас зайдем. – Габриэла большим пальцем указала на здание туристической станции, которое внешне напоминало мрачный барак.

– Я не хочу, чтобы у тебя были красные обветренные руки, – заявил Лоуренс. – Если не можешь позаботиться о себе сама – не мешай это делать тем, кому не все равно.

Габриэла упрямо засунула руки в карманы куртки. Поискала взглядом сестру и обнаружила ее рядом с Тимом. Тим выглядел как паломник, впервые попавший в священное место. Лицо его вновь изменилось, обычная бесстрастная маска уступила место еле сдерживаемому восторгу. Вот он опустился на одно колено и коснулся ладонью твердого спрессованного снега.

– Эти чокнутые русские, – проворчал Лоуренс, проследив за взглядом Габриэлы. – У них, говорят, минус пятьдесят – нормальная температура зимой. Я видел