В каменном мешке - Михаил Серегин

– Вы, Игорь, всегда появляетесь так неожиданно, – улыбнулась Аля, и сердце спасателя забилось сильнее. – Как будто из ниоткуда.

– И исчезаешь в никуда, – добавил Валико.

Фраза прозвучала поэтично, но Чистяков почувствовал пожелание конкурента.

– Работа такая, всегда быть везде и на страже, – ляпнул Игорь.

«Вот это перл, – подумал он, – шедевр, искрометный юмор, Ильф и Петров, КВН – высшая лига».

– А что, кататься в самом деле нельзя? – спросила вторая девушка с остреньким носиком и тонкими губками.

– Обвал на дороге, – подтвердил Валико и подбросил в руке бутылку.

– Ребята, а давайте пригласим с собой мужественного спасателя, – предложила Аля, – а то он все на страже и на страже…

– Всегда и везде, – поддакнул Валико.

«Получи, фашист, гранату, даже две, – с горечью подумал Чистяков, – за свой топорный юмор».

– Валико угощает нас своим домашним вином, – блеснула глазами вторая девушка. Чистяков ей явно понравился. Сама Аля смотрела на Игоря очень странно. Ее взгляд мог означать и как заинтересованность в том, чтобы он влился в компанию, и как ироническое отношение к незадачливому ухажеру. Игоря еще никогда никто не считал незадачливым. Особенно он сам. Валико смотрел с сожалением. Из обеих девушек его интересовала Аля. В то, что спасатель переключится на ее подругу, грузин явно не верил. Но надо отдать должное воспитанности и природному гостеприимству кавказца.

– Пошли с нами, дорогой, – сказал Валико и кивнул на бутылки в своих руках, – приглашаю от чистого сердца. Это вино делал мой отец. На всем Кавказе лучшего вина ты не найдешь. Не отказывайся – обидишь.

Через два часа опустели все четыре семьсотграммовые бутылки. Не иссяк только источник тостов и различных кавказских мудростей у Валико. Языки у всех уже немного заплетались, компания то и дело сотрясалась от приступов беспричинного хохота. Подружка Али, назвавшаяся Юлей, не скрывала своей симпатии к Игорю и постоянно приставала к нему с вопросами об опасности профессии спасателя. Чистяков вежливо отделывался ничего не значащими фразами. Сам он разными способами пытался привлечь внимание Али и допытывался, как она относится к чарующей красоте заснеженных пиков. Словосочетание «чарующая красота» давалось ему с большим трудом, поэтому он выговаривал слова медленно и по два раза.

Валико, казалось, не пьянел. Лицо его раскраснелось, но немного помутневшие глаза все чаще подозрительно посматривали на Чистякова. Он почти не обращался к спасателю, предпочитая веселить своими шуточками девушек. Когда кавказец смотрел на Алю, то его глаза становились особенно масляными. Это раздражало Игоря. Ему почему-то казалось, что самое главное – не дать смотреть Але в эти масляные глаза.

В какой-то момент Чистяков вспомнил, что он здесь сидит не только ради Али, а еще по причине убийства, которое он поклялся раскрыть. Кому и когда поклялся, он уже не помнил. Самое главное, понимал спасатель, это выяснить, была ли машина Валико в тот день на дороге рядом с красной «шестеркой». Выяснить этот вопрос он решил незамедлительно с ловкостью талантливого сыщика, воспитанного на произведениях Конан Дойла, Агаты Кристи и Николая Леонова.

– А хороша ли, сударь, машина «Рено»? – светским тоном в лоскуты пьяного отставного майора смоленского пехотного полка спросил Чистяков.

– Зачем спрашиваешь, дорогой? – прищурился Валико. – Купить хочешь?

– Непременно, – ответил Игорь, вложив в это слово максимум убедительности, которая должна была надежно скрыть его истинные намерения.

– Ой, здорово, – захлопала в ладоши Юля и, переполненная восторгом, привалилась щекой к плечу Чистякова. – Можно поехать кататься на двух машинах!

Поданная Юлей мысль о двух машинах показалось Игорю резонной. Это напомнило ему, что на дороге тогда было именно две машины: красная «шестерка» и черный «Рено». Это была ниточка ко всей тайне преступления, но она ускользала от Игоря. Он внимательно посмотрел на Юлю и многозначительно поднял указательный палец.

– Вот именно, сэр, на двух машинах!

– Ой, сэр! – снова захохотала пьяная девушка, которую рассмешило то, что спасатель обратился к ней «сэр».

– Да, – продолжал настаивать Чистяков, – сэры. Леди и джентльмены. – Он повернулся к Але, обрадованный, что появился повод обратиться и к ней: – Скажите мне, штабс-капитан, вы владеете компьютером?

Аля удивленно подняла свои красивые брови и некоторое время молча рассматривала Чистякова, не понимая, с чего это он вдруг заговорил о компьютерах.

– Во-первых, всего лишь поручик, – сказала она и попыталась изобразить благородный энергичный кивок, с которым в давние времена представлялись военные, – а во-вторых, естественно.

Что «во-вторых» и что «естественно» никто уже не помнил. Мысль о ноутбуке выскочила из головы Чистякова, потому что он забыл, как это называется. Спрашивать, есть ли у человека компьютер – глупо. Он есть у всех. А слово «ноутбук» он забыл. Напряженные попытки вспомнить вернули затуманенный вином мозг Игоря к предыдущей теме: штабс-капитанов и поручиков. Он снова повернулся к Юле, довольный, что имеет возможность уделить внимание и ей. Она ведь может почувствовать себя обделенной.

– А вы тоже поручик? – поинтересовался Чистяков.

– Она вольноопределяющаяся, – ответила за подругу Аля.

Чистяков снова порадовался счастью, что появился повод пообщаться с предметом своих воздыханий. Он расплылся в счастливой улыбке, которая, по его мнению, должна подчеркнуть его особое отношение к Але.

– Она, что? Еще не определилась? – спросил он.

– Определилась, – ответила Аля и с хмурым выражением лица потерла лоб. – Мы обе уже определились и идем домой спать.

Реакция половины компании была бурной. Валико и Юля шумно возмутились, мол, все так хорошо идет. Зачем расходиться? Причем приоритеты мгновенно определились. Влажные и масляные глаза Валико уперлись в Алю, а Юлина ладошка полезла в ладонь Игоря и устроилась там. Игорь немного подумал над сложившейся ситуацией. С одной стороны, ему не нравился Валико, потому что он слишком много внимания уделял Але. И явно хотел с ней переспать. И было бы неплохо от грузина избавиться. Но ведь и он хочет того же самого. Но он может потерпеть. Главное, чтобы эти постылые усы Валико не коснулись чистого и светлого лица Али. С другой стороны, хотелось выяснить, настоящие ли усы у Валико. Выяснить это можно, подергав за них. Если дернуть прямо сейчас, то все это заметят. Значит, нужно дернуть в темноте, чтобы никто не заметил. Свет тушить нельзя, а потому придется сделать это там, где нет света – на улице.

– Дамы хотят спать, – заявил Игорь решительно. – И наш долг проводить их до места… Э-э, в общем, до места.

Дальнейший шум и гам был какой-то нечленораздельный. Кто-то не хотел идти, кто-то хотел. Игорь кого-то подталкивал к выходу, а кто-то его держал. Потом прямо перед лицом Чистякова оказалось лицо Валико. Игорь самым заговорщическим тоном стал убеждать грузина, что именно он, Валико, должен проводить их всех, потому что там темно, а это самое важное обстоятельство. Рука Игоря сама потянулась к усам, но он хлопнул по ней другой рукой. Не время!