Сонька. Продолжение легенды - Виктор Мережко

Никанор, не говоря ни слова, проводил гостью в длинный коридор, затем они завернули направо, прошагали через несколько гулких и пустынных залов и вышли неожиданно в небольшую, похожую на антикварную лавку, комнату.

Дворецкий откланялся, попятился к выходу и исчез.

Князь Брянский сидел в глубоком кресле, внимательно смотрел на посетительницу, молча неспешным жестом указал ей на второе кресло, стоявшее напротив.

Она уселась, так же молча смотрела на князя.

— Слушаю вас, — проскрипел он наконец.

— В телефонной беседе я все вам сообщила, — спокойно ответила воровка.

— Можете мне напомнить суть беседы? — Брянский усмехался.

— Вы желаете поиграть со мной?

— Я желаю понять, кто вы такая.

— Вам это интересно?

— Весьма. У меня осталось много вопросов после нашей встречи… У вас имеются при себе какие-нибудь документы? Паспорт, например?

— Да, паспорт у меня при себе. Но предъявлять вам его я не собираюсь.

— Причина? Боитесь, что я заявлю на вас в полицию? — Он неожиданно улыбнулся, показав желтые крепкие зубы. — А я ведь действительно могу сейчас вызвать околоточного, и вас отведут в участок. — Брянский торжествующе смотрел на посетительницу. — Вас не пугает подобная перспектива?

— Меня пугают ваше бесчестие и глупость, — с насмешкой ответила Сонька.

— Глупость? — поднял брови князь. — Грубовато, сударыня. Но вы меня заинтриговали. Чем же я глуп?

— Хотя бы тем, что обманом завлекли меня в свой дом и пытаетесь извлечь из этого выгоду.

— Никакой выгоды я не ищу, сударыня. Просто я стараюсь вывести аферистку на чистую воду.

— Аферистку?

— Именно, аферистку. Ведь никаких денег вы не теряли, а двести рублей решили получить самым легким и нечестным путем. Вы даже пытались шантажировать некую девицу, с которой у меня был разговор. — Александр вытянул вперед руку, потребовал: — Паспорт, пожалуйста.

Сонька улыбалась.

— Двести рублей, пожалуйста.

— Я велю слуге силой извлечь его из сумки.

Сонька бросила взгляд на ручные часики, времени прошло достаточно, а дочка не появлялась.

— Я буду кричать, — заявила она, продолжая улыбаться, — обвиню вас в намерении изнасиловать, и у вас будет проблем не меньше, нежели у меня.

— Вас — изнасиловать?!

— Именно.

— Любопытно… Хорошо, кричите, — развел руками князь. — Все равно никто не услышит. Комнат много, прислуги мало — кричите. — Он подался вперед, лицо его перекосило. — Я ведь, мадам, за двести рублей и придушить могу, и тоже никто не узнает!

И в это время раздался звонок.

Князь напрягся, повернулся к Никанору.

— В чем дело?.. Кто это?

— Не могу знать, барин, — ответил тот. — Сейчас доложу.

Дворецкий ушел, князь поднялся и встал за спиной Соньки, произнеся жестко и решительно:

— Денег я вам не дам. Поэтому извольте пойти вон.

Женщина, продолжая сидеть, отрицательно покачала головой.

— По вашей вине у меня пропали большие деньги, и я не уйду отсюда, пока вы их мне не вернете.

Снова послышались шаги Никанора, и он с поклоном сообщил:

— Мадемуазель Анна, князь.

— Анна? — нахмурился тот. — Кто ее звал?

— Сказали, ваша дочь…

— Почему я об этом не знаю?

— Не смею знать, барин.

— Хорошо, приглашай.

— Вашу дочь?

— Мадемуазель Анну пригласи, болван!

Дворецкий ушел, князь достал из сейфа-ящика в столе сторублевую купюру, протянул Соньке.

— Берите, и не дай бог, наши дороги когда-нибудь еще пересекутся.

Женщина с улыбкой смотрела на деньги, но не брала.

— Двести.

— Ни единой копейки больше, берите!

— Двести.

Издали послышался звук приближающихся шагов.

Князь и воровка не сводили глаз друг с друга.

— Пошла вон, — шепотом произнес Брянский.

— Деньги.

Он быстро вынул из сейфа еще одну сторублевую купюру, сунул обе бумажки женщине.

— Мразь.

Сонька взяла деньги, сунула их в сумочку, и в это время в комнату вошла Михелина в сопровождении дворецкого.

Девушка с удивлением посмотрела вначале на Соньку, затем на князя.

— Я не вовремя?

— Нет-нет, — быстро ответил Брянский. — Мы закончили, — и кивнул слуге: — Проводи даму, Никанор.

— Я вспомнила вас, — улыбнулась Михелина матери.

— Я вас тоже, — такой же улыбкой ответила та.

— Вы уходите?

— Да, — ответил вместо посетительницы князь. — Мадам торопится.

Сонька бросила сначала насмешливый взгляд на князя, затем на дочку.

— Вы, мадемуазель, все-таки очаровательны. Но опасайтесь данного господина. Ко всему прочему он еще и скряга. — И пошла, сопровождаемая дворецким.

Михелина вопросительно посмотрела на князя.

— Почему она здесь?

— У нее были претензии ко мне.

— Относительно денег?

— Оставим это. Пустое. — Князь не мог скрыть раздражения и досады по поводу случившегося. — Я удивлен вашим визитом, Анна. Вас пригласила Анастасия?

От подобного заявления Михелина даже отступила на шаг.

— Вы не рады мне?

— Рад… Безусловно рад. Но о визитах все-таки следует ставить в известность меня.

— Я могу уйти, князь.

Гостья повернулась, Брянский придержал ее за локоть.

— Простите меня… Визит этой дамы окончательно вывел меня из равновесия.

— Князь… Дорогой князь… — Михелина с нежным сочувствием посмотрела на него. — Я все вижу и понимаю. И действительно могу уйти без всякой обиды. Позвольте мне сделать это?

— Нет-нет. — Князь взял ее руку, поднес к губам. — Вы как никогда кстати. Вы обязаны остаться. Я приму валерианы, и все уладится. Я даже не буду сердиться на Анастасию.

— Хорошо. — Девушка коснулась склоненной лысеющей головы. — Как скажете, князь… — Она оглянулась в сторону соседней комнаты. — Может, позвать Анастасию?

— Потом, — попросил Александр. — Вначале мне следует успокоиться, иначе я натворю глупостей. Я бываю несдержанным. Пожалуйста, никого. Только вы и я…

Сонька, следуя бесконечными коридорами и чувствуя спиной размеренные гулкие шаги дворецкого, вдруг остановилась, приложила ладонь к виску.