Программа защиты любовниц - Галина Владимировна Романова

— Я! Я был с ним! — взревел тогда толстяк под фамилией Володин.

— Вы?

Адвокат осторожно потрогал кончиками пальцев обширную лысину. Он, к слову, ее постоянно трогал, будто надеялся, что там вот-вот пробьется свежая волосяная поросль, но не нашел. Удрученно вздохнув и проговорив едва слышно:

— Но ведь вы лицо заинтересованное, так? Вы являетесь другом господина Мельникова. — Подытожил: — К тому же… К тому же очень сложно объяснить ваше там появление.

— Был анонимный звонок.

— Его никто нигде не зафиксировал. Так же ни вы лично, ни ваш друг не смогли предоставить документальное подтверждение. То есть детализации ваших телефонных счетов с фиксацией того самого звонка нет!

— Почему нет? — вяло опротестовал Володин.

— Не знаю, почему! — Адвокат весело развел маленькими ручками. — И самое главное… Как вы попали в дом, уважаемый?

— Ворота и дом были открыты, — совсем уж севшим голосом ответил Володин.

— Это не есть правда. То есть это часть правды, уважаемый.

Тут адвокат ловко выудил из своего миниатюрного кожаного портфельчика компьютерный диск. Двинул его по столу в сторону Володина и попросил нежным, как взбитые сливки, голосом:

— Советую посмотреть на досуге. Лучше, если без свидетелей…

— Что там? — спросил у него Черных, выходя с адвокатом на улицу.

— Там-то? Там копия видеозаписи с видеокамеры соседнего дома.

— А на ней?

— А на ней один из этих молодчиков сначала молотит в ваши ворота. А потом ловко через них перемахивает.

— Ух, ты! Отлично сработано!

— Я же сказал, что вы не пожалеете о вложенных в мое имя деньгах, — скромно потупился маленький человек.

Черных не пожалел и даже добавил премиальных. Его не только оставили в покое, перед ним извинились за причиненные неудобства! Теперь он продолжил жить в доме, где еще несколько недель назад держал под замком беснующуюся и сыпавшую угрозами в его адрес Ольгу. Где потом был убит его водитель, телохранитель, его верный пес — Иван. И где…

Ему самому теперь мерещились призраки в каждых углах. Первое время пытался засыпать со снотворным. Маетно спал, просыпался измученным, разбитым. Старался быстрее уехать в офис, позже возвращаться. Накануне он так устал, что впервые уснул без снотворного и сносно провел ночь в своей постели. Однако именно сегодня Зоя решила устроить ему раннее пробуждение!

— Что еще? Что случилось, Зоя? Что ты, как ненормальная?!

— Ой, простите, Владимир Сергеевич, но тут такое… Идемте, покажу!

Пришлось вылезать из койки, натягивать домашние штаны и топать следом за домработницей. Привела она его на лестничную площадку между первым и вторым этажами, поставила у окна и спросила зловещим шепотом:

— Что вы видите?!

— Зоя-аа! — простонал Черных сквозь стиснутые зубы. — Тебе делать нечего, да?!

— Владимир Сергеевич, я не стала бы вас беспокоить по пустякам, — проговорила она тихо, но с той твердостью в голосе, после которой перестаешь сомневаться в серьезности намерений говорившего. — Вглядитесь, пожалуйста. Что вы видите?

— Ну, хорошо.

Он потер глаза пальцами, поморгал, фокусируя зрение, напрягся, таращась на окно и за него. И ничего!

— Ну, окно, — развел он руками. — Обычное окно, подоконник, улица, клумба под окном, что я должен увидеть-то, не пойму?

— Смотрите!

Она осторожно потянула на себя створку рамы, отодвинула ее подальше и ткнула пальцем в уличную оцинковку подоконника.

— Видите?

— Что? Царапины?

— Именно!

— И что?

— А то! Возможно, эти царапины оставил здесь тот, кто убил Ивана! — Ее широко распахнутые глаза наводнились слезой, взгляд сделался отсутствующим. — Как-то он в дом попал!

— А через дверь не мог? — недовольно сморщился Черных.

— Нет. Ваня мне звонил в то утро, был как всегда спокойным, уверенным. Когда он спокоен, он все делает… делал на автомате, выключал свет, запирал двери. У него даже привычка была: запрет дверь и подергает ее еще за ручку, проверяет, хорошо или нет заперто. Разве вы не помните?

— Вообще-то… Вообще-то, ты права, наверное.

Черных наморщил лоб, пытаясь вспомнить, слышал он или нет звук поворачиваемого ключа в замке за своей спиной? Не помнил! Ворота заперлись автоматически, стоило его машине выехать. А вот входную дверь…

Нет, он не помнил.

— Так, допустим, Иван запер дом. Допустим, тот, кто убил его, влез через это окно…

— Да что тут допускать-то, Владимир Сергеевич! — возмущенным шепотом отозвалась Зоя. — Смотрите на улицу! Это окно как раз над козырьком над входной дверью. Шаг на колонну, шасть на козырек, прыг в окно! Не было, говорю вам, не было царапины! И что-то в ней виднеется, в царапине этой. Что-то синее!

— Что? В самом деле?

Он потянулся пальцами к свежей царапине с едва заметными следами синей краски, но был тут же остановлен сильной рукой своей домработницы.

— Не смейте, вы чего?! Вдруг это след?!

— След?

— Да! След ноги того, кто проник в этот дом и убил Ивана! — Глаза Зои сделались безумными, губы побелели. — Нам надо вызвать криминалистов!

— Зачем?! — Черных замахал на нее руками. — С ума сошла?! Они и так мне весь дом перевернули с ног на голову, торчали тут во-оон сколько!

— И что? Вас-то все равно не было. Мне потом досталось с уборкой, а вас-то не было. — Она уставилась на него пытливо и настырно. — Я и сейчас потерплю, уберу потом за ними все, но делать-то что-то нужно! Нельзя это так оставлять! Вчера Ивана, завтра нас с вами замочит этот убийца!

Не отступит, понял Черных. Будет нудить, ныть, чего доброго, пожалуется какой-нибудь подруге на него, и пойдет комом собираться сплетня. Не надо этого допускать! К тому же доля правды в ее истеричных заявлениях имеется, он ведь…

Он тоже не верил, что Оля была способна так страшно расправиться со своим тюремщиком. Кто-то проник в дом, убил Ваньку, куда-то Ольку дел! Если это не ее бывший воздыхатель, психопат Мельников, тогда кто же?!

Но как бы ни хотелось этого признать, Мельников вряд ли совершит подобное. В морду Ваньке бы дал, арестовал бы, но убивать первым, что попалось под руку, не стал бы.

Или все же Ольга?!

— Позвоните? — Зоя прижимала к груди скомканный передник, на виске у нее бешено пульсировала жилка.

— Позвоню, позвоню, — смирился Черных с тяжелым вздохом. — Но сначала позвоню адвокату. А ты уж… Ты уж стереги свою царапину. А то криминалисты прибудут, а тут ничего. Вдруг дождь пойдет?