Счет за счастье - Владимир Григорьевич Колычев

— Не надо меня благодарить.

— А вы собирались убивать?… Ну этих…

— Пацаны собирались. А я за тобой шел. Видел, как тебя в микроавтобус посадили. Фактически ты сама села.

— Ты видел?

— В последний момент тебя толкнули в спину.

— Ты видел… Значит, ты не собирался никого убивать?

— Просто так совпало, что Эльшад оказался моим врагом.

— Совпало.

— Я убил чисто из-за тебя… Но убил.

— И будешь убивать, — тихо сказала Ульяна.

— Постараюсь обойтись без этого.

— Постараешься?

— Я не бандит, я бизнесмен. Ты видела наш рынок, мы его сами подняли. С ноля. Вышли на сделку, купили участок, нагнали тракторов, строителей… Сегодня у нас было торжественное открытие.

— И сами торговать на этом рынке будете?

— Нет, сдавать торговые места в аренду. И брать за это плату. Все законно, никакого рэкета.

— Это интересно!

— Мне принадлежит ровно треть акций. Это самая большая доля, — не удержался и похвастался Ерема.

— И все официально?

— Комар носа не подточит!

— А я еще смотрю, костюм на тебе строгий. Кстати, тебе очень идет! — оживилась Ульяна.

— Мне костюм идет, тебе шуба.

— Ну, шуба в прокат…

— Да, конечно, — улыбнулся Ерема. — Но ты можешь носить ее сколько угодно.

— Да?… И сколько мне это будет стоить?

— Расходы я беру на себя. Если ты не против.

— Если я не против? — задумалась Ульяна.

— Ты, конечно, можешь послать меня к чертовой матери.

— А шуба?… Что это я такое говорю? — спохватилась девушка.

— Говори, мне нравится тебя слушать.

— Я говорю… Сама с собой.

— Не буду подслушивать!

Они молчали до самого ее дома, Ерема остановил машину возле самого подъезда.

— Ты подожди! — сказала она с каким-то внутренним надрывом. — Я сейчас спущусь! Верну тебе шубу!

— Обидеть меня хочешь?

— Нет, но шубу верну!

— Жду! — кивнул он, холодно глядя на нее.

— Жди! — Ульяна медленно взялась за ручку двери.

Возможно, она уже раздумала уходить. Возможно, она предложит прогуляться по городу, время-то еще, в общем, не позднее, а денег на хороший ресторан у него хватит. И квартира у него уютная. Маленькая, съемная, зато никто не помешает их уединению. А можно и номер в гостинице снять.

Но Ульяна все же вышла из машины и, знаком велев немного подождать, скрылась в подъезде. Не предложит она ничего, кроме шубы, не будет романтической ночи, даже не стоит губы раскатывать. Нужно брать инициативу в свои руки, но Ульяна не любит нажима, он и это понял. Если у нее и возникают какие-либо чувства к нему, то лишь на расстоянии от него. Возможно, Ерема ошибался. Не исключено, что Ульяна кокетничала с ним, набивала себе цену, а сама ждала, когда он сам сделает ей непристойное предложение. Он сделает, она согласится. Но не сразу… Сначала отдаст ему шубу, разыграв оскорбленную невинность, пошлет его к той самой чертовой матери, а потом будет смотреть и усмехаться, глядя, как он бегает за ней.

Ерема накрутил себя и все же, тронув машину с места, почувствовал себя идиотом. Сам же набивает себе цену, сам же бежит от своего счастья…

И все же он не остановился, не повернул назад. Но напиваться с горя не стал. Дождался, когда рынок окончательно заснет, и отправился домой, пешком, через пустырь. До дому было всего десять минут ходу.

А утром, чуть свет, он был уже на месте. Дел хватало, и это его радовало, только одних договоров об аренде торговых мест он заключил с десяток. А на следующий день это число увеличилось вдвое. Завтра будет спад посещений и продаж. Рынок не закрывался, просто наступал Новый год, праздник великого похмелья.

Но Новый год еще только предстояло встретить. Поляну накрыли в кафе, пригласили музыкантов, намечался отличный сабантуй. Только вот настроение у Еремы совсем не праздничное. Ульяна не давала о себе знать, а он все никак не мог переступить через себя и поехать к ней.

— А Деда Мороза со Снегурочкой мы заказали? — спросил Вахлам.

— А это кто, по-твоему? — Лиля тронула Ерему за руку и глазами указала на Ульяну, которая шла к ним через уже опустевший рынок.

Пальто на ней с меховым воротником, на голове серебристо-серый песцовый «шарик», а в руках пакет, перевязанный упаковочной бечевкой. Ульяна шла вернуть шубу. Шла, демонстративно глядя куда-то мимо Еремы, и при этом незаметно покусывала ярко накрашенные губы. Незаметно для себя. Видно, что волнуется девушка, переживает. А время канун Нового года, и если она здесь, то надеется, что ее возьмут в шумную веселую компанию. А он хотел ее взять. Всю целиком. И прямо сейчас. Ее красота запустила в нем цепную реакцию, как будто раскаленная лава хлынула в низ живота.

Ерема бросил сигарету в урну, глянул на Вахлама и протянул руку, требовательно пошевелив пальцами. «Девятка» у него новая, ни царапинки, сиденья обтянуты натуральной кожей, стереосистема, все навороты. Он пылинки с нее сдувал, но Ереме отказать не посмел.

— Всего на час! — забрав ключи от машины, сказал он.

И шагнул навстречу, заметив, как Лиля взяла Вахлама под руку, чтобы увести в кафе.

— Вот! — Как и ожидалось, Ульяна протянула ему сверток.

— Не сюда! — сухо сказал он.

— А куда?

— Поехали!

Он пошел к машине, и она покорно последовала за ним. Так же покорно заняла предложенное место. А минут через десять уже выходила во дворе высотного дома. И только в лифте догадалась спросить:

— Куда мы идем?

— Не идем, а едем.

— Куда?

— В гардероб. Шубу сдавать.

— А почему так высоко? — спросила она, глядя на светящуюся кнопку с цифрой «десять».

— А чтобы моль не долетела!

— Ты шутишь? — спросила девушка, завороженно глядя на Ерему.

— Тебя не пугает моль?

— Меня пугаешь ты! — сказала она, но все же вошла к нему в квартиру.

Он пропустил ее в дом, закрыл дверь, помог снять пальто. Ульяна осталась в одном платье с открытыми плечами. Все та же средняя длина, но как же волнующе платье облегало ее тело. Плечи у нее красивые, ключицы будто точеные, бюст просто само совершенство… А ведь нарядное платье, значит, Ульяна настраивалась на романтический вечер. И макияж праздничный, это тоже о многом говорило. Но сохранность макияжа Ерема не гарантировал. И за себя не отвечал.

Он помог ей снять сапоги. Усадил на пуфик, вытянул ногу, расстегнул молнию. Он смотрел только ей в глаза, и тревога в них, и смирение перед грядущими порывами судьбы. А порывы будут, она ведь не маленькая и встречалась, наверное, не только с Кириллом. Но ему сейчас все равно, с кем встречалась и чем занималась Ульяна. Их общий отсчет времени