Соблазни и разведи - Марина Серова

«Ничего, дружочек, придется чем-то жертвовать. Не вечно же мне в дураках оставаться».

– И где же находится этот компромат? – оценил искренность моих слов Лев Николаевич.

– В доме, где мы с ним жили, – уверенно заявила я. – Могу вас туда проводить, но только сразу же после этого вы должны меня отпустить.

– Я же обещал, – расцвел улыбкой Борзов.

Я тоже заулыбалась. Кажется, лед тронулся…

– Тогда развяжите мне руки, а то ужас, какие тугие веревки, – пожаловалась я.

– Матвей! – снова призвал на помощь свою верную гориллу Борзов.

Матвей, явно не ожидавший такой мирной развязки, с неохотой приблизился ко мне и начал распутывать узлы.

– Это просто пытка была, – не угомонилась я. – Даже руки занемели…

– Матвей, распорядись, чтобы мне подали машину! – суетился между тем Борзов. – Поедем прямо сейчас! Это далеко? – Он обернулся ко мне и вопросительно на меня уставился.

– За городом.

Я еще раз глянула вокруг себя. Отличная мансарда, шикарный вид – оценила я. Вот только какой это этаж?.. Я осторожно поднялась с места. На одном запястье все еще болтались веревки. Узлы никак не развязывались, и я сама не спешила их распутывать.

– Значит, за городом. Не беда! Быстро мне машину! Сейчас мы все проверим.

– Поверьте мне, это того стоит, – подливала я между тем масла в огонь. – Такой убойный материал!.. Давайте скрепим наш договор рукопожатием, – пришла мне в голову очередная идея. – Вы получаете компромат, я получаю свободу! По рукам?

Борзов хмыкнул:

– Все же толковая ты девчонка, Женя!

– Да-да.

– За каким чертом только связалась с Кротом?!

Я вложила свою ладонь в сухонькую лапку Льва Николаевича. Остальное было делом пары секунд. Мои пальцы крепко сжали его руку, другой рукой я подхватила конец веревки, в два счета крутанула его вокруг запястья моего незадачливого компаньона. И прежде чем Борзов успел сообразить, в чем дело, а его охрана соответственно отреагировать, я толкнула дядьку прямо на парапет. Он отлетел к перилам, как футбольный мяч, неловко на них опрокинулся, замахал руками, из его горла вырвались какие-то нечленораздельные звуки. Но орать было уже поздно.

Я изловчилась, подставила подножку Борзову, и тот, кудахтая и матерясь, перелетел через парапет. Веревка, которая теперь накрепко стягивала наши запястья, натянулась, но не оборвалась. К тому же Борзов успел ухватиться за один из каменных столбиков парапета и теперь висел на нем. Я глянула вниз и еще раз отметила, что Лев Николаевич явно везунчик – мансарда располагалась на втором этаже. В общем, случись беда, мужику далеко падать не придется…

Но до беды я решила дело не доводить, а обернулась и, стараясь не обращать внимания на отборную ругань Борзова, рявкнула:

– Все положили рации на пол, туда же и оружие! Иначе будете соскребывать вашего шефа с асфальта!

Братки во главе с Матвеем даже не шелохнулись.

– В чем дело? – удивленно вскинула я бровь. – Мне кажется, вашему шефу там не очень нравится… Верно?

Я с силой дернула рукой, к которой была привязана веревка с Борзовым на другом конце.

– …А-а-а… – выл мужик. – Делайте все, что она говорит!!! Остолопы чертовы!!!

Рации и пистолеты попадали на пол. Растерянная охрана осталась теперь не только без шефа, но еще и вооружения лишилась.

– А теперь отвяжите его, да живо, – я кивнула в сторону Крота, который во все глаза следил за происходящим. – А то ваш шеф что-то тяжеловат. Не ровен час, свалится вниз…

На этот раз охрана не стала бестолковничать, а кинулась исполнять мое распоряжение, так что через минуту Сергей уже стоял рядом со мной.

– Забирай оружие! – толкнула я Крота в бок и снова обернулась к Матвею и его дружкам:

– Кому принадлежит этот дом?

– Загородный дом Льва Николаевича. В десяти километрах от города по Новорижскому шоссе, – как по команде отчеканил Матвей.

– Сколько еще охраны в периметре?

– Двое на вахте у ворот.

– И все?

– Все.

Носком туфли я подтолкнула в его сторону рацию.

– Связывайся с ними и говори, чтобы через пять минут у ворот стояла машина!

Матвей наклонился к полу, поднял рацию.

– И смотри – без шуток! – предупредила я, прежде чем он успел нажать на кнопку соединения. – У меня, знаешь ли, плохо с чувством юмора!

Матвей глянул на меня маленькими злыми глазками и наговорил в шипящую рацию:

– Машину для гостей Льва Николаевича к воротам! Живо! Чтобы через пять минут все было готово!

– Отлично, – одобрила я, поудобней перехватывая веревку. Рука просто занемела, казалось, еще немного, и я действительно отпущу чертов жгут. С виду сухонький Борзов на деле оказался изрядно откормленным боровом.

– Еще немного! Если ваши гориллы пошевелятся, то все будет ок! – утешила я Льва Николаевича. Нецензурная брань бедолаги набрала новые обороты, а начавшие было затихать вопли снова поднялись до высоких децибел.

– Где сумка с моими вещами? – обратилась я к Матвею.

– Вон, – кивнул тот в сторону одного из стульев, придвинутого в угол мансарды.

– Сергей, забери!

Крот тут же метнулся в сторону.

В этот момент в руках Матвея зашипела рация. «Машина на месте», – донесся через мембрану искаженный голос.

– Рацию на пол!

Титановая трубка выпала из рук охранника.

Я глянула на Сергея. Тот понял меня без слов, в его руках уже был пистолет, спущенный с предохранителя, – разнесчастная троица горе-охранников была под прицелом. Я же, не теряя времени даром, быстро развязывала веревки на своем запястье.

– Крепко держитесь? – перегнувшись через парапет, спросила я у красного от ярости Борзова.

В ответ мне понеслась отборная брань.

– Надеюсь, что да… – пожала я плечами и выпустила один конец веревки.

– Ловите своего босса! – крикнула я охранникам и пулей отскочила в сторону.

Провинившиеся гориллы наперегонки помчались выручать Борзова. Я же подхватила с пола рацию, по которой вел переговоры Матвей, и кинула ее Сергею, который был уже около дверей. Вор на лету перехватил незамысловатый аппарат.

– Вперед, Женя! – поторопил он меня.

Я обернулась, удостоверилась, что одураченная охрана бросила все силы на спасение Борзова, и прошмыгнула за порог стеклянных дверей, услужливо распахнутых для меня Сергеем.

Дальше мы мчались через какие-то комнаты и коридоры вперед, не разбирая дороги, не особо понимая, куда именно нужно бежать, чтобы наконец-то выбраться из этого чертова дома.