Магический камень апостола Петра - Наталья Александрова

– Как раз в таком состоянии ей требуется утешение и поддержка любимого человека! – перебила Елена Юрьевна. – Или… или вы и в этом не преуспели?

– Нет, тут все в порядке. Она привязана ко мне, мечтает о том, чтобы мы были вместе…

– Так действуйте, Виталий, действуйте без промедления! Вас мне рекомендовали как первоклассного специалиста в своем деле, говорили, что у вас не бывает проколов. Так что я жду результатов. И как можно скорее.

Елена Юрьевна отвернулась, и тогда Виталик решился, преодолев страх перед этой женщиной.

– Так не пойдет, – сказал он, решив, что полиции он боится больше, чем этой женщины. Эти убьют сразу, а там буду мучить, посадят в камеру, потом отправят на зону… – В моем договоре, – сказал он, – не шла речь ни о каком убийстве. Это не было предусмотрено. Так что я готов вернуть вам аванс и расторгнуть договор.

– Вот как? – Елена Юрьевна круто развернулась в кресле и посмотрела на него в упор. – Что ж, вероятно, вы не поняли сути нашего договора. Видите ли, дорогой мой, дело обстоит так: либо вы выполняете все, что вам поручено, выполняете точно и в срок, либо… либо вы имеете дело с Лизой. Уж извините, что я объясняю так подробно, но вы оказались очень непонятливы.

Виталик почувствовал, что волосы у него встали дыбом. Раньше он думал, что так не бывает, что это просто метафора, оборот речи – но вот сейчас он это почувствовал сам. И перехватил взгляд собаки. Она снова обнажила клыки в презрительной усмешке.

– Ни о каком расторжении нашего договора не может быть и речи, – сухо сказала Елена Юрьевна, снова разворачивая кресло к столу, – идите и принесите мне камень. Даю вам сроку три дня. Воспользуйтесь своим даром, вполне можете успеть.

Виталик понял, что пора уходить. Он попятился и открыл дверь на ощупь, чтобы не поворачиваться спиной к собаке, хотя та зевнула равнодушно и улеглась поудобнее у ног хозяйки.

Как сомнамбула, спустился он вниз и пересек просторный холл, так же сел в машину и выехал со двора. Проехал несколько километров на автопилоте и только перед самым выездом на шоссе приткнул машину к обочине.

Приходилось признать, что он попал в очень непростую ситуацию. Да что там непростую – выражаясь прямо и грубо, наступил для него полный абзац.

Обычно Виталик старался не употреблять грубых, вульгарных выражений, зная, что женщины этого не любят. Но сейчас не было у него других слов.

Он посидел немного в машине, ожидая, когда перестанут трястись руки.

Выход у него только один: добыть у Алисы этот проклятый камень, а потом бежать. Уехать срочно куда-нибудь к теплому морю. Познакомиться там с какой-нибудь богатой скучающей дамочкой и спрятаться. И больше не связываться ни с какими опасными поручениями. Бог с ними, с деньгами, богатых дам на него хватит…

Он нашел в машине бутылку воды, выпил ее всю и позвонил Алисе. Но телефон ее был выключен.

Капитан Перченок был мужчина упорный. Он никогда не сворачивал с раз выбранного пути. И дело об убийстве бизнесмена Канарского расследовал тщательно. При первом осмотре основного подозреваемого определить не удалось, так что предстояла теперь кропотливая работа по поиску свидетелей. С этой целью рано утром капитан подъехал к дому на Малой Конюшенной улице, в котором проживал покойный господин Канарский.

Этот дом производил сильное впечатление.

Стройные колонны и пилястры по всему фасаду, могучие, широкоплечие кариатиды, поддерживающие пышно украшенные цветами балконы с коваными решетками…

Особенно заинтересовала капитана одна кариатида. Она была удивительно похожа на судебно-медицинского эксперта Варвару Михайловну Голубец.

– Просто удивительное сходство! – пробормотал вполголоса капитан, внимательно разглядывая эту кариатиду.

Ему показалось, что для полного сходства с Варварой Михайловной той не достает только дымящейся папиросы в углу рта.

Он хотел было даже сфотографировать кариатиду на камеру своего мобильного телефона, чтобы потом показать сослуживцам, но вовремя одумался, вспомнив, что участок перед домом наверняка просматривается видеокамерами и его поступок может быть оценен коллегами весьма неоднозначно.

Капитан подошел к подъезду и хотел уже нажать на кнопку связи с охраной, но в это самое время с другой стороны к тому же подъезду подошел респектабельный пожилой мужчина с далматинским догом на поводке. Не обратив внимания на капитана, владелец дога поднес к домофону электронный ключ и открыл дверь.

Но тут его далматинец заметил проходящую мимо кошку и устремился за ней, вырвав поводок у хозяина.

– Стой, Чарли, стой! – закричал хозяин и метнулся за псом, отпустив дверь.

Капитан Перченок придержал эту дверь, дождался, пока хозяин догонит свою собаку, и, пропустив обоих в подъезд, вошел следом. Таким образом, ему не пришлось звонить охраннику, что капитан посчитал несомненным плюсом: он предпочитал не предупреждать заинтересованных лиц о своем появлении.

Войдя в холл, он уверенно направился к скромно укрытой под мраморной парадной лестницей застекленной кабинке, в которой находился дежурный охранник.

Охранник ничуть не интересовался происходящим в подъезде, он сидел, уткнувшись в какую-то газету, и невольно вздрогнул, когда капитан постучал костяшками пальцев в стекло.

– Что такое? – Охранник недовольно уставился на капитана, оглядел его с ног до головы.

Тут же он осознал, что пришелец не относится к числу обитателей элитного дома, да и по своему внешнему виду нисколько на них не похож, и придал своему лицу суровый начальственный вид.

– Кто такой? Чего надо? Как проник на охраняемую территорию? – грозно осведомился он, сведя брови. – Если ты торговый агент, то я тебя сейчас…

– Капитан Перченок, полиция Центрального района! – отчеканил капитан и предъявил свое служебное удостоверение.

– Мало ли что капитан! – процедил охранник, презрительно оглядывая посетителя. – Невелика птица! Здесь – частная территория, и ты своим удостоверением можешь не размахивать! У меня свое начальство есть, я сейчас ему позвоню, и ты, капитан, вылетишь отсюда на второй космической скорости…

При этом охранник для удобства самовыражения открыл окошко своей кабинки.

Капитан не замедлил этим воспользоваться, ловко запустил руку в окно и схватил газету, которую охранник засунул под журнал дежурств. Газета оказалась сборником кроссвордов, почти все были разгаданы, только последний, над которым охранник трудился перед появлением капитана, был не совсем закончен.

– Так-то мы несем службу? Кроссворд, значит, разгадываем? А тем временем кто угодно может проникнуть в охраняемый дом? Ну что ж, звони своему начальству, мне с ним будет о чем поговорить! И мы посмотрим, кто из нас отсюда вылетит и на какой скорости!

– Я извиняюсь… – залепетал охранник. – Почему кто угодно? Я же понял, что вы – при исполнении, поэтому и пропустил… а другого кого ни за что…