Подлость плюс - Алексей Батраков

Вы бы видели этого Берёзкина, уважаемый читатель. Больше двух метров роста и полтора центнера веса. Не мудрено с такими габаритами до начальника областного УгРо дослужиться…

— Ты чего там за бардак развёл! — в ответ на «здравия желаю» начал обычную беседу с подчинённым увэдэвский полковник — Вообще уже ничего не контролируешь! Скоро весь отдел вырежут на хер…

— Валерий Степанович, разрешите доложить — за многие годы совместной работы Моисеев давно привык к подобной манере разговора собеседника — Весь личный состав поднят по тревоге…

— Ты, Моисеев, не води меня сорок лет, как Моисей евреев- перебил Берёзкин — Говори по существу — Раскрыли?

— Так ещё осмотр даже не закончили — поперхнулся докладчик от такой наглости высокого начальства — Работаем. Вы бы помогли, Валерий Степанович, прислали бы своих орлов. А то у меня — три пацана глупых в розыске, да пять голодных участковых, третий месяц без зарплаты…

— Ты сопли там распускай и демагогию мне не разводи! — начал было свирепеть Берёзкин, но тут же, буквально в секунды, сменил тон — Не могу я тебе сейчас помочь, у самих в городе два убийства зависают, одно — двойное… Анатолий — голос стал уже тёплым, почти отеческим — ты же старый волчара, сам раскроешь… Короче, держи меня в курсе — положил трубку.

«Курс» определился буквально в течение часа, когда в кабинет «старого волчары» явился радостный Котов.

Анатоль Сергеич, участковые подворный обход проводили и задержали двоих пьяных мужиков. И эти двое, сдаётся мне, очень нужные нам люди. На Зелёной притончик небольшой есть. Хозяйка, тётя Клава, самогонку гонит на продажу. Так вот у этой самогонщицы в доме вся местная шваль и трётся. Она и сама гульнуть не дура… А из этих двоих только один наш, злобинский, Миша Столетов. Он сам не судимый и на убийство не способен, так — шавка подзаборная. А вот второй… — оперативник сделал многозначительную паузу — мишин двоюродный брат. Из Казани неделю как сюдаприехал. Так всю неделю и гуляют. А этот «брат» — наглый такой. Видно, что судимый гад и не раз, наверное. Они до сих пор пьяные, спали на полу в терраске у Клавдеи. У «казанского» футболка порвана и треники кровью запачканы, и ещё морда вся разбита. А самое главное — Костя перешёл почти на шёпот — Столетов поплыл сразу, рассказывает, как его брательник Головина замочил. Говорит, забил его до смерти. Нож не видел, темно всё-таки, да и пьяный был, конешно. Короче, Анатоль Сергеич, похоже здесь обычная хулиганка, пьяная драка с «мокрухой» и всё — сделал окончательный вывод довольный начальник местного УгРо — следователь пусть отрабатывает. Мы разместили обоих по разным камерам, пока «по-мелкому» оформили…

— А что среди ночи наш гаишник делал на Зелёной, в шортах, майке, кроссовках и без автомобиля? — не разделил восторга подчинённого Моисеев — За Динамо бежал? Дом у него в центре… Что Головину нужно было в час ночи чуть ли не за последней околицей посёлка? В шортах, майке и кроссовках? — начал повторяться Анатолий Сергеевич.

— Не знаю пока, но узнаем — не смутился Котов — Главное зацепились, а остальное доработаем.

— Твоими устами да мёд пить — согласился в целом начальник милиции — Давай сюда этого твоего Семилетова.

— Столетова?

— Без разницы.

Столетовым оказался худющий хилый мужичишка среднего роста с пропитой физиономией и хриплым не по внешности басом. Находился он в очень даже не трезвом состоянии, но в обстановке ориентировался.

— Ну, рассказывай, как докатился до жизни такой? — без всяких предисловий начал разговор Моисеев.

— Не катился я никуда, просто гулям. Братан приехал, семь лет не видались. Всё нормуль — собеседник разговаривал вполне прилично и выглядел адекватным.

— За что убили Головина!?

— Какова Головина? — не сразу понял вопрос, а потом испугался задержанный — А, гаишника што ли, этова взятошника?… — Столетов сморщил лоб, мучительно что-то вспоминая, или подбирая слова — Нихто его не убивал — произнёс, как отчеканил — На хер нам не нужен… Серёга, брательник, морду ему начистил с мужиком каким-то. За дело, штоб не нахальничал… и всё — основной на сей момент свидетель неожиданно ткнулся головой о стол и громко захрапел.

— Второй такой же? — загрустил Анатолий Сергеевич.

— Хуже. Вообще не вавакает.

— Ну ждёмс тогда. До первой звезды… А ты, Константин Иванович, проехался бы пока по своим людям, может информация какая появиться.

— Всё сделаю — не дал себя уговаривать Котов. Резко поднялся со стула и, прихватив за шиворот только-только разоспавшегося Мишу Столетова, удалился из кабинета.

Через двенадцать часов после убийства Головина…

— Не помню я ничего, командир, заспал — не складывался разговор с проспавшимся мишиным братом по фамилии Кузин — лишку вчера принял и самогонка с дустом, похоже…

— Вспоминай, Ваня — проявлял явную бесчеловечность и упорно не отставал от больного Кузина начальник милиции — В твоих это интересах. Кровь-то на одежде твоей убитому принадлежит — нагло врал, не имея ещё результатов экспертизы. И свидетель прямо показывает, что ты нашего сотрудника убил — полностью заврался Моисеев.

— Не убивал я никаво! — взвизгнул подозреваемый — Не способен я на это, хоть в умат бы пьяный был! — неожиданно расплакался полупьяными слезами.

— Москва слезам не верит — продолжал сурово гнуть свою линию Анатолий Сергеевич. Поднялся с кресла, склонился над собеседником, прошептал на ухо добрым, отеческим таким тоном — Рассказывай, Ваня. Тебе ж самому легче будет, и вспоминай, куда нож дел…

— Ты чё, издевашся што ли!? — взбеленился моментально «Ваня» и пытался вскочить со стула.

— Не дёргайся, Кузин — попридержал разбуянившегося было клиента Моисеев — Иди лучше… подумай — вызвал конвой.

Через пятнадцать часов после убийства Головина…

— Ситуация осложняется, Анатоль Сергеич — начальник Злобинского уголовного розыска был задумчив и явно обескуражен — В общем ситуация так складывается — стал понемногу успокаиваться — я по своим-то «шурикам» проехался, и от одного из них информация поступила… — оперативник сделал многозначительную паузу — Головина-то, може, и «крутоярские» грохнули — назвал одну из городских ОПГ.

— И что у нас тут «крутоярские» забыли — не разделил сомнений подчиненного и скептически усмехнулся Моисеев, открывая вторую за день пачку и прикуривая сигарету — им у себя в городе делать уже нечего?

— По информации выходит, что Головин должен был в том году ещё передать взятку следователю нашей прокуратуры, Валентину Ивановичу — игнорируя сарказм начальника, продолжил доклад оперативник — Но, похоже, баблосы присвоил или что-то в этом роде… Всё началось с того, что один из «крутоярских», Гена Бекетов родом из нашего района и вырос тут. Он год назад приезжал летом к матери и по-пьяни соседа застрелил. Я Гешу тогда ещё сам задерживал. Прокуратура его закрыла, а в этом году, в апреле или мае Бекетова осудили на девять лет по сто пятой. А вчера, со слов «шурика», к вечеру приезжали два пехотинца из «крутоярских», Головина искали. Как пить дать они нашего гаишника грохнули, допрыгался с баблом этим бандитским… — Костя перевёл дыхание — шестой отдел надо подключать, Анатоль Сергеич. Сами, наверное, не потянем…