В постели с мушкетером - Ирина Хрусталева

— Юля, а вдруг и в самом деле так и было? — спросила у подруги Алиса. — Вдруг Князев действительно был знаком с Анастасией?

— Поговорим с ее родителями, посмотрим, что это за люди, тогда и решим, что к чему, — хмуро ответила Смехова, разворачивая машину. — Катя сказала, что они наверняка алкоголики, судя по внешнему виду, и все, что они сказали о Дмитрии, принимать всерьез — просто нелепо. Ты знаешь, я всегда чувствую плохих людей, а Князев мне показался порядочным мужиком, я ему верю. Да и Катька знает его целых три года.

— Я тебе уже говорила, что твоя Катя — влюбленная женщина, она смотрит на своего обожаемого Димочку сквозь розовые очки и не может судить о нем трезво, — заметила Алиса. — А мне за время адвокатской практики приходилось не раз встречаться с подобными ситуациями. Так что не строй пока радужных иллюзий, смотри на вещи трезвым взглядом.

— Я и смотрю трезвым взглядом, ты же знаешь, мне пить совсем нельзя, — засмеялась Юлька.

Юля была права: как только в организм девушки попадала минимальная порция спиртного и смешивалась с ее кровью, она моментально превращалась в «сыворотку правды», так Смехова в шутку сама назвала это явление, и Юлька выкладывала о людях то, что на трезвую голову никогда бы не сказала. Совершала такие немыслимые поступки, что потом сама удивлялась — как это ее угораздило? По этой причине Юлька совсем отказалась от употребления спиртного, даже пива не пила.

— Ну, а если серьезно, я верю, что Князев не виноват. Причем абсолютно искренне, — сказала Юля.

— Поживем, увидим, права ты или нет, — вздохнула Алиса. — Мне, как адвокату, нужна не вера, а доказательства, чтобы я могла их предъявить суду для защиты подсудимого.

— Ты прямо как следователь Коровин, — заметила Юля. — Тому тоже все по барабану, лишь бы улики были.

— Что же здесь удивительного? — Алиса пожала плечами. — Он всего лишь законник, делает свою работу. А сравнивать меня с ним не нужно, мне-то совсем не по барабану. Я хоть и законник, но отличаюсь от Коровина тем, что он ищет доказательства вины, а я, наоборот, невиновности. Чувствуешь разницу?

— А ведь правда, — согласилась Юля. — Извини, Алиса, я как-то не подумала об этом.

— Что ж, на первый раз прощаю, — кивнула Алиса. — Признание Смеховой в том, что она неправа, дорогого стоит.

Юля въехала во двор девятиэтажного дома и, увидев свободное место у небольшого заборчика, огораживающего детскую площадку, направила машину туда.

— Как хорошо люди стали жить, у домов столько машин стоит, плюнуть некуда, — проворчала она, пытаясь впихнуть автомобиль в небольшое пространство, чтобы потом можно было выехать обратно. — Кажется, здесь, — проговорила она, посмотрев на листок, на котором был написан адрес. — Ну что, адвокат, вперед и с песней?

— Пошли, — ответила Алиса, поправляя прическу перед зеркалом заднего обзора. — На голове вроде порядок, только губы подкрашу.

— Да и так нормально. Для кого прихорашиваться? Для алкоголиков? — засмеялась Юля.

— Адвокат должен всегда выглядеть безупречно, неважно, с кем ему предстоит беседовать, с алкоголиками или олигархами, — заметила Алиса, неторопливо водя помадой по губам. — Я готова, идем.

Девушки вылезли из машины и вошли в крайний подъезд дома. Поднявшись на лифте на последний, девятый этаж, они остановились у двери.

— Давай, жми, — почему-то шепотом велела Юлька, показывая на кнопку звонка.

Алиса послушно позвонила и, вытащив из кармана носовой платок, вытерла вспотевшие ладони.

— Что-то я волнуюсь, сама не знаю почему, — призналась она.