Принудительное влечение - Юлия Климова

– Проходите, садитесь, где удобно, – сказал Андрей, поглядывая на девушек. Кажется, он их где-то видел. Да, пожалуй, они были в тот вечер около театра… Но зачем пришли?

Ольга потянула Ирочку к креслам и, усевшись, сразу приступила к очередному вранью.

– Мы ваши поклонницы, только не подумайте, что фанатки. Собственно, мы не стали бы вас беспокоить, но речь идет о вашей жизни…

– Вы видели, кто стрелял? – Андрей потер лоб, взял с подоконника пачку сигарет и, немного подумав, положил ее на прежнее место.

– К сожалению, нет, – развела руками Ольга. – Но совершенно случайно я узнала о том, что прокуратура располагает некоторыми сведениями, которые намеревается скрыть от вас.

Ирочка с благоговением посмотрела на Ольгу – пока все складывалось хорошо.

– Скрыть? Интересно… – Андрей перевел взгляд на Ирочку. Большие глаза, приятная, кажется, волнуется… Сказала ли она, как ее зовут? Неважно, какая разница. – Ну, так удовлетворите мое любопытство, – усмехнувшись, сказал он, – что же наша доблестная прокуратура не хочет мне рассказывать?

– В вас стреляли из пистолета, из которого несколькими днями ранее был убит психоаналитик Самаринский Илья Петрович. Пока я не знаю, какая связь между этими преступлениями, но в Москве орудует маньяк, и на его счету уже достаточно жертв. Вы талантливый человек, – Ольга решила сделать льстивый выпад, – практически достояние нашей страны, и мы бы никогда себе не простили, если бы просто остались в стороне.

Андрей слушал пафосную речь и интуитивно пытался вычислить, в чем тут подвох. Странно все это, странно…

– Я очень благодарен вам за участие в моей судьбе, – начал он, почему-то опять скользя взглядом в сторону Ирочки, – но надеюсь, все обойдется само собой. Не думаю, что моя смерть кому-то так нужна…

– Маньякам, знаете ли, особых поводов не надо, – перебила Ольга. Достала из сумочки помятый чек и ручку, черкнула два телефонных номера – один мобильный, а второй квартиры Уварова – и положила бумажку на стол. – Это телефонные номера, по которым вы сможете с нами связаться. Уверена, как только вы поймете, что прокуратура ведет свою игру, в которой вы будете всего лишь пешкой и, возможно, приманкой, вы позвоните нам… По стечению обстоятельств, я общалась с убитым Самаринским и знакома еще с одним человеком, на которого на днях было совершено нападение. Если вам надоест ждать, когда следователь найдет убийцу, и вы поймете, что лучше взять все в свои руки, наберите этот номер.

Ольга, демонстрируя свою ненавязчивость и полагая, что достаточно напустила тумана и заинтриговала Ларионова, встала и направилась к двери. Ирочка осталась сидеть в кресле, завороженно глядя на предмет своего обожания и, кажется, потеряв способность говорить и двигаться.

– Ирина, нам пора, – строго сказала Ольга.

Душа Ирочки пела и переливалась всеми цветами радуги. Да, она приехала в Москву за своей Мечтой и верила: все обязательно получится, но изнутри терзала заноза отчаяния и сомнения. Он знаменитость, а она кто… А сейчас Андрей совсем рядом, можно протянуть руку и дотронуться до жесткой ткани его джинсовой рубашки, коснуться щеки… Ларионов смотрит на нее, он, конечно, узнал в ней ту единственную, о которой рассказывал журналистке… Где же журнал со статьей? В рюкзаке в квартире Уварова? У Ольги дома? Как он там говорил…

– Ирочка, нам пора, – громко и четко повторила Ольга, понимая, что влюбленной особе пора очнуться, а то кто знает, какой номер она выкинет. Вряд ли стоит торопить Ларионова. Ольга перевела на него взгляд… Высокий, кареглазый, подбородок волевой, на правой щеке ямочка… Н-да… Маловато у Ирочки шансов – самоуверен и холоден. Кстати, надо будет проследить, чтобы он не соблазнил девчонку, хорошего от этих актеров ждать не приходится. Бросит потом, а она от расстройства в петлю полезет.

– Подъем! – скомандовала Ольга.

Ирочка вздрогнула и подскочила.

На улице она с уважением и благодарностью посмотрела на Ольгу и горячо сказала:

– Спасибо большое. Я теперь с тобой до самого конца пойду, если понадобится, то и до скамьи подсудимых. Ты очень смелая, ничего не боишься, и вместе мы о-го-го какие, практически банда!

– Угу, – кивнула Ольга и сунула руку в карман. Погладив скользкий пузырек с успокоительными каплями, она расправила плечи и добавила: – Да, я смелая!

* * *

К обеду Егор Васильевич весь издергался – Ирочка не появилась, Ольга, впрочем, тоже. И где их только носит? По лестничной клетке распространялся аромат жареного лука и запеченного мяса с чесноком, что тоже нервировало и заставляло облизываться и поглядывать в сторону двери Таисии Аркадьевны. А уж если вспомнить ее стройную фигурку в длинном бежевом платье с рюшами, то хоть караул кричи.

Егор Васильевич встал и заходил вдоль лестничного пролета.

– Нужен повод, нужен повод, – бормотал он, покачивая головой. Таисия Аркадьевна пригласила его на обед, но, возможно, она так сказала просто из вежливости и уже давно об этом позабыла… – Нужен повод, нужен повод…

Егор Васильевич замер, сосредоточился и, забыв про уже приносящий некоторые неудобства радикулит, бросился вниз по ступенькам. Вылетел на улицу, потоптался в луже, потом подковырнул носком ботинка грязь, радостно улыбнулся и промаршировал по мокрому газону взад и вперед. Удовлетворившись прогулкой, он вернулся на третий этаж к своим вещам и расстеленной газетке. Немного покрутился на месте и подошел к двери Таисии Аркадьевны. В сердце иголкой заерзало не то смущение, не то нечто большее. Егор Васильевич набрал в легкие побольше воздуха, подергал рыжую бороду и нажал на кнопку звонка.

В этот раз Таисия Аркадьевна предстала перед гостем в бордовой бархатной кофте с рядом многочисленных пуговичек и длинной темно-коричневой юбке с широким воланом. На груди брошь в виде туфельки, в ушах сережки с переливающимися камушками.

– Добрый день, Егор Васильевич, – сказала она, улыбаясь.

Зайцев покраснел и сразу же перешел к делу.

– Я тут опять натоптал, – указывая на грязь на бетонном полу, выпалил он, – мне бы веник и совок. Прибраться хочу.

– Конечно, конечно.

Через несколько минут Егор Васильевич сжимал в руках веник и ведро, в котором плавала бурая тряпка.

– А потом прошу к столу, – гостеприимно, с требовательными нотками в голосе сказала Графиня, оставляя дверь открытой и исчезая в полумраке коридора.

– Получилось, – радостно прошептал Егор Васильевич и принялся за уборку.