Я люблю - Борис Седов

– Это было прекрасно! – сказал он и этими тремя словами уничтожил все очарование момента. Они прозвучали фальшиво – похоже, малыш не имел общения с женщинами или – скорее всего – общался не с теми женщинами. Он потянулся к ней, но она уже встала, сделав вид, что не заметила этого движения.

– Я хочу включить телевизор!

– Здесь нет телевизора! – сказал он. – Сто километров от города, плохо ловит!

Ах, малыш, малыш! Вот так и вытаскивают секреты из любовников во время войны всякие там МатыХари. Анжелика хмыкнула.

– Тогда я послушаю радио! – сказала она. – Хочу знать, каков общественный резонанс после нашего налета!

Она перешла в его комнату, как была – голышом, но вместо радиоприемника, взяла совсем другую вещь.

Еще утром, только открыв глаза, она поняла, что уйдет отсюда. Этой же ночью – другого такого случая может еще долго не представиться! А сейчас все благоприятствовало – ее хозяева, похоже, уверены, что она не рискнет бежать.

Бутылка шампанского могла разбиться. Она не хотела чтобы его лицо пострадало. У него такое красивое лицо, а шрамы далеко не всегда украшают мужское лицо. К тому же звон могли услышать! Она огляделась.

На тумбочке под репродукцией с русским пейзажем стояла статуэтка – лисица, умело вырезанная из дерева. Лика сразу обратила на нее внимание. Лиса была скорее сказочной, чем настоящей, – на ее мордочке застыло хитрое выражение. Лиса как будто ожидала, что вот-вот в поле зрения появится легкомысленный Колобок! Лика взвесила ее в руке – подойдет!

– Где ты?! – позвал Марьянов. – Принеси мне сигареты, они там, в кармане…

Надо полагать, бедняга всерьез рассчитывал на продолжение банкета. Минет для разминки и новое бурное совокупление в новой позиции – для разнообразия… Знаем мы ваши штучки! А получил деревянной лисицей по голове. Впрочем, он это заслужил.

Маркиза быстро осмотрела его – идеальный удар, Марьянов потерял сознания, но вряд ли сильно травмирован. До свадьбы заживет! Только Анжелики Королевой на этой свадьбе не будет! Интересно, где он хранит чертов пистолет – в тумбочке его нет, в шкафу тоже – одна кобура. Что за дела, господин Марьянов, неужели вы настолько не доверяете коллеге?! Или, может быть, сдали личное оружие в ремонт?

Ага, вот, нашла! Пистолет «Беретта», штатное оружие американской полиции и весьма уважаемое в Конторе, как Лика успела заметить. Теперь нужно было незаметно покинуть остров. Технические средства она исключила еще при первоначальном планировании. Можно было попытаться по-наглому пройти по лестнице вниз к парадному входу, но там она могла попасться на глаза припозднившемуся работнику – еще десять минут назад Лика слышала, как скрипели двери одного из сараев во дворе. Рисковать не будем. Сделаем все чисто! В конце концов, это ведь принцип Конторы!

Быстро собравшись, она ушла по-английски – не прощаясь. Выбралась из окна и, пройдя по узкому карнизу, легко спрыгнула вниз, туда же предварительно отправив собранный заранее рюкзак. Рюкзак был позаимствован тайком из кладовой, в течение дня в него перекочевало кое-что из съестного, фонарик, компас, старый бинокль, мазь от комаров, кое-какие тряпки и аптечка. Хотелось взять максимум, чтобы обеспечить себе более-менее комфортное путешествие по русскому лесу. Однако все, что хотелось, взять не удалось – Лика боялась, что ее приготовления будут замечены. Ничего, успокаивала она себя – выкрутимся. Сейчас не зима!

Во дворе она огляделась. Из-за угла дома выбежала овчарка и уставилась на нее с подозрением. Это был Рекс, сторожевой пес лесничества. Однако Лике уже удалось наладить с ним тесный контакт посредством небольших гостинцев, и сейчас Рекс не стал поднимать шум, а, повиляв хвостом, подошел поближе, чтобы проверить, нет ли у девушки и на этот раз чего-нибудь вкусненького. Вероятно, он решил, что именно за этим она и спустилась вниз.

Лика выругала себя за недогадливость, нужно было прихватить что-нибудь. Рекс, однако, не был по натуре мстителен и не стал поднимать тревогу. Заворчал разочарованно и, лизнув Маркизу в нос, потрусил дальше – обходить владения дозором.

Она вздохнула с облегчением и двинулась дальше. Короткими перебежками миновала двор. Во дворе сейчас никого не было, но она решила не испытывать судьбу и только так – почти на карачках, укрываясь за хозяйственными постройками, волоча за собой рюкзак, добралась до ближайших кустов. Оглянулась напоследок – в окне второго этажа за тюлевой занавеской маячил силуэт Лаевского. Лика подняла вверх руку и прицелилась из воображаемого пистолета. Что тебе не спится, не лежится, Валентин Федорович?! Проблемы с эрекцией? Докторица не дает? Или, может, почувствовал что-то? В самом деле, неужели интуиция охотника не подсказывала господину Лаевскому, что птичка упорхнула?

Отойдя подальше от лесничества, Лика разогнулась и пустилась трусцой в сторону берега. Здесь она быстро разделась, сложила одежду в рюкзак, рюкзак упаковала в большой пластиковый мешок, прихваченный как раз для такого случая. Вода в озере была холодной, рюкзак не тянул ко дну – в плотно завязанном пластике оставался воздух, – но все равно тащить его было не такто легко.

Выбравшись на берег, она в первую очередь отошла подальше в лес. Потом вынула из рюкзака полотенце, растерлась, оделась и побежала в направлении, которое выбрала заранее. Не к городу и дороге – там ее искать будут в первую очередь. Нужно было сделать приличный крюк, чтобы сбить погоню со следа.

Мне уже приходилось однажды пробираться сквозь ночной лес. Зимой. Теперь же стояло лето, и ночи становились светлыми. Всего каких-нибудь несколько часов абсолютной темноты. Однако эти несколько часов стали настоящим испытанием для моих нервов. В лесу было жутковато – страшнее, чем зимой. Сейчас лес казался живым, в темноте что-то шуршало, двигалось. Пищали какие-то зверьки, копошившиеся в лесной подстилке. Неподалеку сорвалась и с треском полетела сквозь чащу большая птица. Кто ее спугнул? Я остановилась и долго прислушивалась с замирающим сердцем. Что я там читала в детстве о следопытах? Фенимор Купер, Кожаный чулок, Верная рука… Боюсь, мистер Купер, ваши уроки прошли для меня даром. Через десять минут, когда комары уже плотно облепили меня, несмотря на фирменную мазь, я решила, что стоять на месте глупо. Если кто-то и таится во мраке, то лучше встретиться с ним лицом к лицу, а не тратить время попросту.

Нет, никто не ждал меня ни за темными соснами, ни за огромным, поваленным ветром стволом. Убрав за пазуху пистолет, я продолжила путь. Быстрее, быстрее, чтобы компенсировать потерянное время, но в то же время внимательно глядя себе под ноги.