Ледяной лабиринт - Марина Серова

– Смотри, – сказала я, указав на адрес в списке одного из объектов собственности. – Что говорят его передвижения в день убийства?

– Говорят, Татьяна Александровна, – посмотрев в записи, ответил Гарик, – что ухажеров ты себе выбирать не умеешь. Это основание к задержанию.

Выходило и в самом деле скверно. Склады Александра расположились недалеко от цыганской деревни. Сам по себе этот факт мог стать нескончаемой темой для шуток, но, увы, смешного в этой истории ничего не было. И тот факт, что Александр вполне мог под предлогом проверки собственности разжиться наркотиком, на фоне улик выглядел более чем правдоподобным.

– Сомневаюсь я, что это он, – только и нашлась я.

– У него был мотив, он знал, что Кирилл употреблял, и знал, что на вечеринке тоже будет «дурь», – возразил Гарик.

– С этим не поспоришь, – согласилась я. – Но вот что-то не вяжется.

– Тань, как женщину я тебя понимаю, – передразнил он свою бабушку. – А вот как бывшего следователя – нет.

Глава 17

Александр проснулся рано. На часах светилось зеленым точное время шесть ноль семь. Вот уже месяц, как он не спал совсем либо просыпался в испуге, мучимый собственным сознанием.

Ему снилась Лида, его сестра. Она что-то говорила ему, но он не слышал. Потом он видел Кирилла, и тот от него уходил. Александр бежал за ним, кричал, но вместо долгожданной встречи он просыпался с мерзким чувством того, что уже ничего не исправить. Если бы у него был этот шанс!

Сегодня впервые за почти месяц ему ничего не снилось. На какую-то секунду ему даже показалось, что все как прежде. Но потом память услужливо выбросила разом все кровавые воспоминания.

Вот Алиса бросает ему что-то обидное и молча собирает вещи. Кирилл тогда пришел домой пьяный и загадил ковер в гостиной. Вонь стояла несколько дней. В то время они еще жили в обычной трешке на Трактористов. Спрятаться было некуда.

Александр тогда впервые разбил прикроватную тумбочку, в сердцах ударив по ней, когда жена ушла. Наутро Кирилл его нашел все так же сидящим на краю кровати, с расцарапанной в кровь рукой.

Память снова не оставляет его. Знакомая курточка в подъезде за мусоропроводом. Кирилл без сознания, рядом шприц, а рука перетянута медицинским жгутом, и сомнений больше не остается. «Скорая». Коридоры. Осуждающие взгляды.

Последним кошмаром в этой ежедневной экзекуции встает синюшное тело Кирилла с грубым швом вдоль туловища. Парень такой худой, кажется, что ему холодно. Но Александр только смотрит на него, чувствуя боль в затылке.

Ровно в девять утра, когда он заправил свежую кассету в кофемашину, в дверь позвонили. «Не успел», – он с сожалением посмотрел на капающий в чашку кофе. Уже через минуту на нем были наручники и хриплый с утра голос Папазяна произнес: «Пройдемте».

* * *

Я ждала Асю возле входа в институт. Алевтина Ивановна сказала, что пар сегодня немного и к часу дочь должна освободиться. Так и вышло. Поддерживаемая Аней, она вышла на крыльцо. Я помахала ей рукой, на что девушки переглянулись.

– Таня? – робко спросила Ася, почти сомневаясь в моем существовании.

– Я. Сашу задержали.

Ася замерла в ужасе. В глазах была целая истерика, готовая вот-вот вылиться наружу.

– Ему пока не предъявляют обвинение, не волнуйся, – поспешила я успокоить ее. – Просто задержали до выяснения дополнительных обстоятельств.

– Каких? – прошептала девушка. – Почему его задержали?

– В день убийства он ездил проверить свои склады в Поганом Прудке. Там же деревня цыган, а среди них много распространителей героина. Вот и… – я не успела договорить, как Аня запротестовала:

– Какой героин?! Мы только план курили! А Кирилл даже не пил!

– Кирилл умер от передозировки, – решила признаться я. – Не сам, ему помогли.

– Это Александр Николаевич? – на Асю было страшно смотреть.

– Я сомневаюсь в этом, – как бы мне ни хотелось успокоить девушку, но голосу явно не хватало уверенности. – Пойдем домой, Ась. Аня, ты же побудешь с ней?

– Конечно, – потрясенно пообещала девушка. – Я живу в соседнем доме.

Следом появился Марат. Он достал сигарету и по-юношески эффектно прикурил, чуть закрыв огонь от ветра.

– Привет! – серьезно поздоровался он. – Что случилось?

– Дядю Кирилла арестовали, – я чувствовала себя бывалой сплетницей.

– Ничего себе! – присвистнул парень.

– Ты сейчас очень занят? – спросила я напрямик. – Мне бы поговорить с кем.

– Свободен.

Я сжала руку Аси и многозначительно посмотрела на Аню. Горе делает возможным общение взглядами. Жаль, что в обычной жизни мы перестаем понимать окружающих, но и собственные мысли различаем с трудом.

Мы с Маратом шли вдоль институтского сквера в полном молчании. Он курил, а я не торопилась начинать диалог, помня наставления Кири: «После предложения поговорить нервными девицами становятся все! Пусть промаринуются хорошенько».

– Что ты хотела узнать? – Никто из их компании не обращался ко мне на «ты», только Ася, как и было условлено.

– Ты же был лучшим другом Кирилла?

– Надеюсь.

– Нам вернули вещи, изъятые при обыске, – я протянула ему приглашение клуба «Джокер». – Где это?

– Не знаю, – ответил Марат.

– Но ты знаешь, – я остановилась и смотрела ему в глаза, выжидая.

– Нет, – Марат не отвел взгляда, вместо этого он стал разглядывать меня с видом бывалого ловеласа.

– Стоит подумать, если не хочешь отвечать на вопросы следователю, – моему самолюбию его внимание не польстило.

– Могу и следователю ответить, – пожал он плечами, хотя было видно напряжение, с каким он это сделал. – Руслана спроси, он знает больше меня.

– Ты имеешь в виду брата Ирины? Бывшей девушки? – давно нужно было выйти на него.

– Ты ж сестра вроде, – на его лице появилась хищная улыбка.

– А ты лучший друг вроде, – передразнила я. – Кирилл знал, что ты к Асе подкатываешь? Даже в новогоднюю ночь ей писал. Я штук пять сообщений насчитала. Выкладывай!

– Это все Руслан. Мутит он там что-то, – спесь с парня я точно немного сшибла. – Кирилл же с ним иногда пересекался. Меня не посвящал в их дела. Он так и говорил, типа, живи свободным, сынок. Бесил страшно! А Ася мне давно нравилась. На нее Кирилл только поэтому и обратил внимание. Думаете, нужна она ему была?! Если что, я его не убивал. Иногда хотел, но не убивал! – Вмиг раскрасневшееся лицо парня красноречиво свидетельствовало, что я наступила на больную мозоль.

Что ж, по крайней мере, я определилась с предстоящим фронтом работы. Следующая версия,