Камин для Снегурочки - Дарья Донцова

Если вы думаете, что Глафира сказала мне спасибо, то жестокоошибаетесь. Когда я, почесываясь и кашляя, влезла в машину, певица ехидноосведомилась:

– Ну как? Понравилось быть звездой?

– Не слишком, – честно ответила я.

– И почему?

– Все тело горит, «снег» такой ядовитый!

– Ты еще в декабре в речке со счастливым выражением наморде не плавала, – хохотнул Свин.

Глафира отвернулась к окну.

– А что, – веселился продюсер, – давай,Танька, из тебя звезду сделаем.

– Спасибо, не надо, – поспешила отказаться я.

– Не хочет, – заржал Свин, – другие, междупрочим, на все ради такого предложения готовы.

– Только не я.

– Заткнитесь, – сквозь зубы прошипела хозяйка.

– Сама замолчи!

– Дурак!

– Кретинка!

– Сволочь!

– Мерзавка!

– Скот!

– Дебилка!

Я вжала голову в плечи.

– Да ты дрянь! – завопил Свин.

Всю дорогу до очередного клуба они матерились и поливалидруг друга грязью, используя такие «выражансы», что я чуть не умерла со стыда.

Концерт прошел как всегда. Отпев свое, Глафира влетела вгримерку и рявкнула:

– Где мой суп?

Я поспешила подать ей термос.

– Вот!

Хозяйка хлебнула из горлышка и взвизгнула.

– Это что?

– Ну как? Щавелевый…

В ту же секунду содержимое термоса выплеснулось на меня.Слава богу, суп оказался не огненно-горячим, а просто теплым. Певичка затопаланогами и завизжала на такой высокой ноте, что у меня мигом закружилась голова:

– Гадость, дрянь, бульон из половой тряпки!

Я выскочила в коридор, добежала до окна и в растерянностиостановилась. Господи, что мне теперь делать? Совершенно не помню, кем я была впрошлой жизни, но в этой мне очень не нравится, особенно когда в лицовыплескивают суп. Уйти прочь? Куда? Без денег, документов, биографии, работы… Нет,надо взять себя в руки, умыться, отчистить одежду и вернуться к Глафире. У менянет альтернативы. Потом, я сама виновата, не умею вкусно готовить, хотя,конечно, поведение хозяйки отвратительно, но оно имеет под собой основания…

Вдруг к горлу подкатил огромный горький комок, и я, не всилах справиться с собой, разрыдалась.

– Что случилось, дорогуша, – произнес тихий,вкрадчивый, голос, – повернитесь, душенька, кто вас обидел?

Я машинально повиновалась и увидела стройного мужчину несамого юного возраста, одетого в ярко-красный костюм. Короткие белокурые,скорей всего, крашеные волосы были при помощи геля зафиксированы в причудливуюприческу, в ушах сверкали бриллиантовые серьги.

– Кто вас обидел? – повторил он.

В ту же секунду я поняла, кто стоит передо мной. ЛеонидБорисеев, одна из самых эпатажных эстрадных звезд, певец, танцор, человек,который, абсолютно не стесняясь, говорит о своей нетрадиционной сексуальнойориентации. Лично мне глубоко все равно, чем занимаются двое взрослых людей втиши спальни, но Борисеев не тот человек, перед которым стоит раскрывать душу,он просто надо мной посмеется. И потом, мы находимся на разных ступеняхсоциальной лестницы, я в самом низу, Леонид наверху, очень ему надо выслушиватьсопливые рассказы чужой домработницы.

– Вы кто? – не успокаивался Борисеев. – Богаради, перестаньте плакать, я не могу слышать рыдания. В чем дело, в концеконцов? Кошелек потеряли? Сколько там было? Я вам дам, не переживайте. Деньги –это всего лишь бумажки.