Штрафной удар сердца - Алекс Винтер

– Придурок, ты видел, куда прыгаешь? – орет он. – Таньку чуть не убил.

– Ну, не убил же, – дурашливо ухмыляется Денис. Антон впечатывает его в стенку и с отвращением шипит:

– Я же тебя предупреждал!

– Эй, братан, да расслабься, – отмахивается Денис, но тот не отпускает, и глаза наливаются кровью. Денис пытается отпихнуть Антона, но это равносильно тому, чтобы сдвинуть с места асфальтовый каток. И тогда он хрипит:

– Ну-ка, быстро отпустил! Иначе я…

– Иначе – что? – орет Антон в ответ. К месту происшествия уже торопятся Алиса и Дима. Лена остается с Таней, обе смотрят на парней с испугом. Алиса хватает Антона за руку.

– Антоша, не связывайся с ним.

– Да, пацаны, давайте жить дружно, – смущенно вклинивается Денис.

Антон сверкает глазами, Денис извивается и пытается освободиться, губы сжимаются в тонкую линию, а лицо наливается кровью. Но затем он обмякает, и тогда Антон отпускает его, позволяя стечь по стене. Денис садится на пол и утыкается головой в сложенные на коленках руки. Алиса все еще держит Антона за руку и тащит его в сторону.

– Слушай, ну это уже ни в какие ворота, – говорит она и улыбается, думая, что это выглядит соблазнительно. – Кажется, вечеринка зашла в тупик. Давай бросим все и поедем ко мне.

– Зачем? – спрашивает Антон. Это звучит довольно грубо. Алиса моргает.

– Ну… Сам знаешь…

Антон поворачивается к ней и глядит сверху вниз. Его лицо каменное, челюсти стиснуты так, что зубы вот-вот рассыплются, но, несмотря на раздражение в голосе, он говорит мягко, как ребенку:

– Алис, ну мы же обо всем поговорили. И все выяснили. Чего друг другу мозг парить? Все ведь было понятно с самого начала. Я очень хорошо к тебе отношусь, но я тебя не люблю. Понимаешь? Не люблю!

Он будто кувалдой вдалбливает эту фразу. Лицо Алисы жалкое и растерянное. Рядом с гигантским Романовым маленькая Серебрякова выглядит совсем крохой. Она еще пытается держаться с достоинством и задирает подбородок, замечая, что Антон смотрит куда-то поверх ее плеча. Там, позади, стоят девчонки. Одна, самая высокая и фигуристая, бросает на Алису вызывающий взгляд и победоносно ухмыляется. Виски Алисы сдавливает болью. Она не выдерживает и бьет Антона кулачком в грудь. Ощущение такое, будто она ударила в стенку. Однако он охает и она тоже.

– Это она, да? – визгливо кричит Алиса. – Ты променял меня на эту шмару? На дешевку? Ну, удачи вам! Вы друг друга стоите… Убила бы, тварь, скотина!

Антон пытается ее удержать, но Алиса вырывается и с разбегу прыгает в бассейн, чтобы не плакать. Сильными гребками рассекает воду, выдыхая правильно, как учил инструктор в свое время, ведь она научилась плавать всего три года назад, а до того воды боялась. Теперь ей все нипочем.

Алиса проплывает бассейн за какие-то чемпионские минуты, хотя ей кажется, что прошла целая вечность, поднимается по лесенке с другой стороны и садится на край, болтая ногами в воде. Ей все нипочем, она сильная, уверенная, независимая, и только внутри все трясется, как желе, от перенесенного унижения и ярости. Если бы она могла испепелять взглядом, то спустя мгновение осталась бы в бассейне одна, посреди жалких кучек пепла. Она ненавидит Антона и Алекс, эту сладкую парочку, что спелись, пока она надрывалась на льду, и теперь наверняка смеются над ней, идиоткой, посмевшей обнажить свою слабость. Плюхая в воде ногами, Алиса смотрит на свои ступни и думает: «Жалко, что она босая. Были бы при ней коньки, подошла бы и пробила этому жалкому изменщику голову, нашинковав ее, как сыр». Тошно и больно, – никогда в жизни ей никто не смел так отказывать, что она чувствовала себя ненужным мусором.

Ссору между Алисой и Антоном видят все, и становится неловко. Особенно, когда Алиса выбирается из воды и сидит на другом конце бассейна совсем одна. Все переглядываются. Разве что Алекс не расстроена. Напротив, к ней приходит понимание, что ей, собственно, плевать на Серебрякову и ее переживания. А вот на Романова не плевать, и она смотрит на него с тоской, понимая, что эта история ее жизни закончилась навсегда. Вечеринка увядает, на часах уже почти три ночи. Сомов отправляется утешать Алису, и Алекс идет в душ одна.

Выйдя, она натыкается на Сомова, который выглядит несчастным и понурым. Она жалко улыбается ему.

– Ну, что? Отшила?

– Отшила, – признается Димка, и Алекс становится даже немного жаль этого здорового, как дуб, увальня. – Иногда я думаю, мир был бы намного проще, если бы в нем не было антонов и алис. От них одни беды.

– Да брось, – смеется Алекс и шутливо бьет его кулачком в плечо. – Тогда мир был бы намного скучнее.

– А что? Разве это плохо? Я бы иногда с удовольствием поскучал без Антохи. Мне было бы вообще легче дышать, если бы он взял и исчез из моей жизни. Особенно сейчас.

Алекс понимает, о чем говорит Димка, ведь ей и самой тошно, хотя она бы никогда не влезла в серьезные отношения Антона. Она не догадывается, что за страданиями Сомова прячутся гораздо более серьезные демоны, и потому в голову приходит шальная мысль пожалеть Димку. Так, как может пожалеть только женщина. Она обвивает его шею руками и впивается в губы жадным поцелуем. Оторопев от неожиданности, он быстро приходит в себя, подхватывает ее и утаскивает в вестибюль, где среди тропических деревьев зимнего сада любит Алекс на неудобной, обитой искусственной кожей скамейке. А она, отдаваясь ему, с удовлетворением думает, что вновь отомстила Серебряковой.

Сейчас

В своей компании Александра Кротова явно была за главную. Довольно высокая для фигуристки, с крупными плечами и внушительным бюстом, квадратным волевым подбородком и копной непослушных темных волос. Красавицей ее назвать было сложно, но характер чувствовался за версту. Явилась в Следственный комитет она уже под вечер, я как раз завершил свои дела на районе и подскочил к Агате с малоутешительным отчетом: лучший друг Романова – Дмитрий Сомов пропал, телефон выключен, а все близкие упорно делают вид, что не знают о его перемещениях. Отдел кадров спорткомплекса тоже не порадовал. Ни один Денис у них в последнее время не работал и тем более не увольнялся.

Кротова так решительно вторглась в кабинет, что на мгновение