Призраки не лгут - Ларс Кеплер

После сеанса Флора скупо простилась с гостями. Она знала, что в эти минуты людям хочется побыть наедине со своими фантазиями и воспоминаниями.

Медленно ходила она по комнате, задувала свечи и расставляла стулья по местам. Она всем телом ощущала блаженство оттого, что все прошло так хорошо.

Перед сеансом Флора поставила в прихожей ларчик, куда посетители бросали плату. Флора посчитала деньги; оказалось, что их не хватит, чтобы вернуть взятое у Эвы. На следующей неделе состоится еще один спиритический сеанс. Это ее последний шанс вернуть деньги так, чтобы ее не разоблачили.

Флора давала объявления в «Феномене», но посетителей все-таки было слишком мало. Она начала просыпаться по ночам; лежала, уставясь в темноту сухими глазами, и размышляла, что предпринять. В конце месяца Эва обычно оплачивала счета, так что день, когда она заметит недостачу, неотвратимо приближался.

Когда Флора вышла на улицу, дождь уже перестал. Небо было черным. Уличные фонари и неоновые витрины отражались в мокром асфальте. Флора заперла дверь и бросила ключ в почтовую прорезь антикварного магазина «Карлен».

В тот момент, когда Флора, сняв картонку с объявлением, совала ее в сумочку, она заметила в дверях рядом с собой чью-то фигуру. Тот молодой человек с сеанса. С извиняющейся улыбкой он шагнул к Флоре:

— Добрый вечер. Я хотел спросить… можно пригласить вас на бокал вина?

— Нет, — ответила Флора со своей обычной застенчивостью.

— Вы просто невероятная.

Флора не знала, что отвечать. Она почувствовала, что заливается краской, и чем дольше он на нее смотрит, тем больше.

— Понимаете, я завтра улетаю в Париж, — соврала она.

— Я успею задать несколько вопросов?

Флора сообразила, что он, видимо, журналист из какой-нибудь газеты из тех, с которыми она пыталась связаться, и продолжила:

— Улетаю завтра рано утром.

— Дайте мне полчаса. У вас ведь найдется полчаса?

Пока они быстрым шагом поднимались по улице к ближайшей закусочной, молодой человек успел сообщить, что его зовут Юлиан Борг и что он пишет для газеты «Нера».

Через несколько минут Флора уже сидела рядом с ним за столиком, покрытым одноразовой скатертью. Она осторожно попробовала красное вино. Сладость и горечь смешались во рту, по телу растекся жар. Юлиан Борг ел салат «Цезарь», с любопытством поглядывая на Флору.

— Как все началось? — спросил он. — Вы всегда видели духов?

— В детстве мне казалось, что все могут видеть духов и нет ничего странного в том, что они являются мне. — Флора покраснела — очень уж легко она соврала.

— Что именно вы видели?

— Что у нас дома живут люди, которых я не знаю… Я думала, что это просто такие люди… Иногда ко мне в комнату заходил какой-то ребенок, и я пыталась играть с ним…

— Вы рассказывали о том, что видите, своим родителям?

— Я довольно рано научилась молчать об этом, — сказала Флора и отпила еще вина. — Только сейчас я по-настоящему поняла, что многие люди нуждаются в духах, даже если сами их не видят… а духи нуждаются в людях. Так я и поняла свою задачу… Я стою между мирами и помогаю людям и духам встретиться.

Несколько секунд она отдыхала в теплых глазах Юлиана Борга.

На самом деле все началось, когда Флора потеряла место санитарки. Она все реже видела своих прежних коллег и за год растеряла всех друзей. Когда Флора лишилась и страховки, и пособия по безработице, ей пришлось вернуться к Эве и Хансу-Гуннару.

На курсах по маникюру, организованных биржей труда, Флора свела знакомство с Ядранкой из Словакии. У Ядранки случались приступы тяжелой хандры, но когда она чувствовала себя хорошо, то зарабатывала деньги тем, что принимала запросы на сайте под названием «Журнал Таро».

Они начали общаться, и однажды Ядранка взяла Флору на большое собрание Искателей Правды. После собрания они задумались, как облегчить жизнь себе и другим, а всего через несколько месяцев нашли то самое подвальное помещение на Уппландсгатан. После двух сеансов депрессия подруги усилилась, и ей пришлось лечь в клинику. Флора стала проводить сеансы самостоятельно.

В библиотеке она взяла книги о хилерах, прошлой жизни, ангелах, про ауру и астральные тела. Она читала о сестрах Фокс, о кабинете с зеркалами и Ури Геллере, но больше всего она читала о том, какие усилия предпринял скептик Джеймс Рэнди для разоблачения обманов и трюков.

Флора никогда не видела ни ангелов, ни привидений, но заметила: ей хорошо удается говорить людям то, что они хотят услышать.

— Вы говорите — «духи», а не «привидения», — заметил Юлиан и положил вилку на тарелку.

— Это одно и то же. Но «привидения» звучит неблагодарно или негативно.

Юлиан улыбнулся, его глаза были располагающе честными.

— Должен признаться… мне весьма трудно поверить в духов, но…

— Надо, чтобы разум был открытым, — пояснила Флора. — Конан Дойл, например, был спиритом… помните, тот, что писал книжки про Шерлока Холмса.

— Вам случалось когда-нибудь помогать полиции?

— Нет, я…

Флора ужасно покраснела. Не зная, что сказать, она посмотрела на часы.

— Простите, — извинился Юлиан и накрыл ее руку своей. — Я просто хочу сказать, что знаю — вы хотите помочь людям. И считаю, что это прекрасно.