Прыткая особа - Марина Серова

— Говорите же, Женя, — поторопил меня Мелихов, как только я расположилась на мягком диване.

— А что тут рассказывать? На вашу дочь, Андрей Вениаминович, открыли нешуточную охоту. И я думаю, вы уже знаете, чьих это рук дело.

— Да. Георгий Владимирович поставил меня в известность.

— За то время, пока мы с вами не виделись, на Оксану было совершено два покушения, — продолжила я. — Одно во дворе дома, другое, где-то с час назад, непосредственно в квартире.

— В квартире? — не поверил Мелихов. — Не может быть.

— Факт.

Не спеша я поведала ему о событиях сегодняшней ночи. За все время рассказа Андрей Вениаминович ни разу не перебил меня, слушал очень внимательно и напряженно. Оксана тоже молчала. У нее, видимо, наступило состояние транса.

— То, что происходит, — ужасно, — вынес резюме банкир, когда я умолкла.

— Полностью с вами согласна.

— И что вы намерены делать? — Мелихов переводил взгляд с Оксаны на меня и обратно.

— Обороняться.

— Каким образом?

— Хороший вопрос. Знать бы еще на него ответ.

— Так вы не знаете? — Мелихов тревожился все больше.

— Нет, — честно ответила я. — Сейчас я намерена повидаться с Челноковым. Пока не знаю, что это даст, но нужно искать хоть какой-то выход из ситуации. До аукциона остается все меньше и меньше времени, страсти накаляются. Я считаю, что целесообразнее сейчас не ждать нападения, а самим предпринять контрдействия.

— Я разделяю ваше мнение, — поддержал меня Андрей Вениаминович. — Возьмитесь за это, Женя. Я все оплачу сполна.

Я поморщилась. Конечно, я не была альтруисткой, но в такой напряженный момент разговор о деньгах показался мне неуместным. Впрочем, у Мелихова это мог быть просто крик отчаяния.

— Проблема в другом, Андрей Вениаминович, — сказала я. — Сейчас очень опасно оставлять Оксану одну, тем более в собственной квартире.

— А как же быть? — От расстройства Мелихов потерял способность быстро соображать.

— Пусть она останется с вами. Максимум часика на полтора.

— Не оставляйте меня! — очнулась Оксана.

Я перевела на нее взгляд. В глазах моей клиентки застыла неподдельная мольба.

— Это ненадолго, — уверила я Оксану. — Обещаю тебе.

— Я возьму тебя с собой в банк, — сказала ей отец. — Можно?

Последний вопрос был уже ко мне.

— Конечно, — ответила я. — Когда вы выезжаете?

— Через полчаса.

— Я доеду с вами. Провожу вас до банка, а потом отправлюсь к Челнокову. Все равно он, если верить досье Георгия Владимировича, появляется на работе в начале восьмого.

— Ладно, так и поступим. Хотите позавтракать? — предложил Мелихов.

— Это можно, — я не стала скромничать.

— Пойдемте на кухню.

Я с удовольствием попила кофе, съела пару бутербродов с черной икрой и кусочек торта. Можно было продолжать жить.

В пятнадцать минут седьмого мы всей дружной компанией отправились в «Мелбанк». Поехали на двух машинах. Впереди в своем темно-синем «БМВ» ехал Мелихов. Кроме него и водителя Николая, в салоне, как и при нашей первой встрече с банкиром, находились качки-близнецы. Один на переднем сиденье, другой, с Мелиховым, — на заднем.

Нам выделили другой автомобиль. Андрей Вениаминович предварительно позвонил куда-то и вызвал резерв. Мы с Оксаной уселись на заднее сиденье вишневого «Опеля». Помимо водителя к нашей компании присоединился еще один джентльмен, из спицинской бригады. Парня с гориллообразной внешностью навязал нам Мелихов в качестве дополнительной охраны в пути, хотя я и пыталась убедить его, что в этом нет необходимости. Но упрямство было семейной чертой Мелиховых.

Вот таким тандемом мы и прибыли к месту работы Андрея Вениаминовича.

Я много слышала о «Мелбанке», но внутри этого заведения оказалась впервые. Вот где была неподдельная помпа. О состоянии своего детища Мелихов очень заботился. Полы надраены до блеска, кругом зеркала, чистота и порядок повсюду.

Прямо как за границей, в самых престижных западных банках.

Мелихов приветливо улыбался тем немногим служащим, кто в сей ранний час уже прибыл на работу. Сотрудники же прогибались перед ним в низком поклоне. Андрей Вениаминович, наверное, чувствовал себя в такие минуты королем.

Телохранители довели нас до кабинета президента банка. Мелихов вставил ключ в замочную скважину, провернул его и любезно пропустил нас с Оксаной вперед.

— Вот тут я и работаю, — похвастал он передо мной.

— Внушительно, — оценила я.

Весь кабинет Андрея Вениаминовича отливал темно-зелеными тонами. Обивка на мебели, тяжелые гардины и даже ковры.

— Располагайтесь, — Мелихов кивнул на диванчик и, пройдя к рабочему столу, нажав кнопку селекторной связи, спросил вполголоса:

— Зиночка, Георгий Владимирович уже пришел?

— Да, минут десять тому назад, — откликнулась секретарша, которую мы встретили в приемной.

— Замечательно, — Мелихов довольно потер руки. — Пусть зайдет ко мне.

— Хорошо, — ответила Зиночка.

Андрей Вениаминович уже собирался отключить аппарат, как вдруг она добавила:

— Кстати, шеф, вас уже с полчаса ожидает Горностаев.

— В самом деле? — Мелихов вскинул брови. — А где же он?

— Пошел прогуляться по банку, — засмеялась секретарша. — Сказать, чтобы нашли его?

— Разумеется. Если бы я знал, что он приехал, был бы на работе уже в четыре, — пошутил Андрей Вениаминович.

На этом он закончил свои переговоры и обернулся к нам:

— Сейчас мы узнаем новости о тендере из первых рук, так сказать.

— От кого? — поинтересовалась я.

— От Горностаева. Помните, я вам рассказывал о нем.

— Это тот самый ваш друг, председатель горкомимущества?

— Совершенно верно. Он самый. Я сейчас познакомлю вас.

— Буду очень рада.

Я не соврала. Мне действительно хотелось познакомиться с человеком, в руках которого сосредоточились все нити грядущего аукциона. Даже Челноков отошел на второй план.