Дом с привидением - Анна Михалева

Она схватила Серегу за руку, чтобы он не вздумал спастись бегством, оставив ее на растерзание Лидки и ее странного знакомого.

Та подошла, настолько преисполненная гордостью, словно держала под руку самого Билла Клинтона, никак не меньше.

— Познакомьтесь, господин Ко Си Цин, — представила она своего спутника.

— Очень приятно, — галантно кивнул Серега.

Сашка присела в легком реверансе. Скупой почему-то тоже.

Лидка тут же почувствовала, что ее хотят обидеть. Она поджала губы, потом, видимо, приложив немалые усилия, натянуто улыбнулась и пояснила:

— Господин Ко Си Цин — мой психоаналитик. Кроме того, он специалист по паранормальным явлениям, магистр Белого меча и почетный йог.

— Почетный йог?! — округлил глаза Серега, на которого именно последняя из перечисленных регалий произвела самое неизгладимое впечатление.

— Простите, — вкрадчиво встрял Скупой, — а можно вас как-то покороче именовать? Ну, господин Ко или господин Цин?

— Товарищ Ленин, — шепнул Серега Сашке на ухо, вспомнив ее ассоциацию.

— Лучше полностью, мой любезный друг, — сипло, но с достоинством отвечал Лидкин знакомый. Потом посмотрел на Скупого как-то излишне проникновенно, словно просвечивал рентгеновским взглядом, и уверенно изрек. — Кошелек.

— Простите? — не понял Скупой.

— Ах, — хохотнула Лидка, — я забыла сказать, что господин Ко Си Цин говорит образно. Вас, Леонид, он видит именно Кошельком. Делайте выводы.

— Что ж, я рад. Хорошо, что не дерьмом обозвал.

— А я? — весело спросила Сашка.

Ко Си Цин глянул на нее так, что Сашке стало неуютно, потом он закрыл глаза, глубоко вдохнул воздух широкими жадными ноздрями и прошептал:

— Ангел…

— У-у… — разочарованно протянул Серега.

— А что тебя не устраивает? — возмутилась она.

— Нет. Это духи «Ангел», — кривенько ухмыльнулся Ко Си Цин, — а она Орхидея. Тонкие лепестки, хрупкая душа, много печали…

Сашка сцепила пальцы в кулаки с такой силой, что чуть не воткнула ногти в ладони. Легко, думаете, сохранять непринужденную улыбку на устах, когда на душе кошки скребут? Она едва отвлеклась от тягостных раздумий о судьбе Павла, и вот, пожалуйста, о нем тут же напомнил совсем посторонний человек. Ну и вечерок!

— А обо мне можете что-нибудь лестное сказать? — Серега аккуратно подхватил ее за локоть, словно почувствовал, как ей неуютно, и желал выказать ненавязчивое участие. Ему это было настолько несвойственно, что Сашка вздрогнула от неожиданности, подумав: «Ну надо же!»

— Воин, — не раздумывая, ответил ему почетный йог.

— Что значит — Воин? — Сереге, скорее всего, показалось обидным, что на определение его образа специалисту понадобилось меньше секунды. Он-то рассчитывал как минимум на часовое мучительное размышление. Еще бы, столь уникальное явление, как Серега, и всего секунда!

— Воин значит Воин, — отчеканила за своего психоаналитика Лидка и уперлась взглядом в Андрея Фокина. — Меня больше интересует вот этот молодой человек.

— Как это? — тут уж Серега покраснел от обиды.

Предсказатель взял Лидку за руку и, вместо того чтобы обратить свой звездноокий взор на предложенного его вниманию Фокина, снова повернулся к Сашке. Смерил ее долгим, мучительным для последней взглядом, потом тихо и как-то печально произнес:

— Он придет. Но он не тот, кого ты ждешь…

С этим Ко Си Цин медленно развернулся и пошел к дверям. Лидка напоследок многозначительно округлила глаза и посеменила за своим духовником.

— А кого ты ждешь? — тут же поинтересовался у Сашки Скупой.

— Не твое дело, — грубо ответила она и подумала вслух: — Как это может быть: не тот, кого ты ждешь?

— А это… как если бы ты пиццу заказала с ветчиной, а тебе принесли с анчоусами, — растягивая слова, изрек Фокин и демонстративно зевнул: — Пицца осталась, а наполнитель заменили. Видимо, это самое великий психоаналитик Ко Си Цин и желал выразить.

— Да ладно тебе! — фыркнул Серега. — Какой он, к черту, Ко Си Цин! Косицын из Рязанской губернии. Разбей фамилию по слогам и неси околесицу — вот и вся наука. Получается, что все мы тут немного аналитики.

— Да, но не все мы психи-аналитики, — вздохнул Скупой. — И слава богу.

Прием набирал обороты. Аркадий Петрович спустился в гостиную, приветствовал гостей, потом заиграл струнный квартет. Деревья английского сада по торжественному случаю украсили паутиной проводов с маленькими желтыми огоньками, отчего все они сразу стали похожими на шахматные фигуры, расставленные неправильно. Возле подсвеченного подводной иллюминацией бассейна устроили столы, а немного подальше оркестрик играл латиноамериканские мотивы. Рядом с ним была устроена танцплощадка. Каждый мог найти себе занятие по душе. Многие сразу направились к бассейну, наплевав на струнный концерт. Остались лишь самые ярые почитатели классической музыки. Или те, которые желали присутствовать рядом с хозяином дома, который наслаждался музыкой. Сашка забилась в угол, замерла на скамье с гнутыми ножками, превратившись в дополнение к интерьеру. Больше всего ей хотелось сбежать в свою комнату, но такой вольности она позволить себе не могла. Мало ли кому из гостей вдруг захочется пообщаться именно с ней, и если ее, не дай бог, не найдут, Виола из-под земли достанет и примется занудно распекать. Так лучше уж она посидит в этой треклятой гостиной, все равно, кроме Сереги и прочих ее друзей, никому она особенно не нужна. Ну подошли с десяток отцовских друзей, поцеловали ручку, потрепали по щеке, отметили, что она опять выросла и похорошела. (Десять лет подряд одни и те же фразы. Что же они скажут, когда она состарится и подурнеет?)

В гостиной было торжественно и все-таки довольно многолюдно — человек сорок гостей. Все они либо чинно сидели перед эстрадой, либо стояли группками у стен, тихо переговаривались, тянули выпивку из бокалов, словом, все как обычно. Из знакомых были почти все — отец, Виктория, Виола, Борис, родители Сереги и Андрея Фокина, отец Скупого, еще несколько папиных друзей, близких коллег по бизнесу, несколько правительственных чиновников с женами, несколько депутатов с красными физиономиями, похожими на фонари над неприличными заведениями, немного былых тетушкиных ухажеров, а также два посла.

«Удивительно одинаковые эти послы. Как близнецы, хотя и представляют разные страны: оба высокие, подтянутые, седые и усатые. У них даже выражение лиц совершенно одинаковое…»

Тут Сашкины мысли прервала домоправительница Валя. Она осторожно тронула ее за руку и ласково прошептала:

— А чего ты тут грустишь в уголочке? Пошла бы к своим, потанцевала.

«Почему она решила включить в свои обязанности слежку за моим настроением?» — Сашка с подозрением глянула на отца, подумав, что это его указание, но тот о чем-то увлеченно беседовал с Серегиным отцом.