Одна против секты - Марина Серова

Но если своей пострадавшей недавно головой она думала, что для того, чтобы я сидела смирно, покорно принимая подобные выпады, мне достаточно надеть наручники, она глубоко ошибалась.

Сцепив руки в замок, я точным, почти без замаха ударом заехала ей в висок. Когда, потеряв сознание, она начала сползать под сиденье, мне оставалось только заботливо помочь этому движению, добавив на десерт пару ударов ногами.

– Ого! – тоном знатока оценил Толя, взглянув в зеркало заднего вида. – Да ты просто неукротимая!

Но у меня сейчас не было настроения обмениваться комплиментами. Разделавшись со Стеллой, я уже примеривалась к находящемуся в приятной близости затылку Толи, но он, похоже, был явно умнее Стеллы.

– Даже не думай, – не оборачиваясь, произнес он, и я увидела направленный прямо на себя ствол пистолета. – Сиди смирно и не шали. Мы уже почти приехали.

Мы действительно подъезжали сейчас к некоему населенному пункту, по всей вероятности, деревенского формата, поскольку все строения, которые я видела, были одноэтажными и, несомненно, частными.

Вскоре машина притормозила у полуразвалившегося домика, очень похожего на тот, в котором остался навсегда приснопамятный Ник. Выйдя из машины, Толя открыл заднюю дверь и начал тормошить Стеллу.

– Да очухайся ты уже, – нетерпеливо говорил он, дергая и тряся ее.

Наконец она открыла мутные глаза и, кажется, не очень соображая, где она и что происходит, задала не слишком осмысленный вопрос:

– А?

– Два, – сострил Толя. – Давай вылезай, мне девушку нужно выгрузить. Как ее зовут, кстати?

– А-а-а, – обернувшись, начала вспоминать Стелла. – Сучка, я тебе!

Она было сделала движение в мою сторону, видимо намереваясь осуществить свою жестокую месть, но Толя вытолкнул ее из машины и обратился ко мне, дулом пистолета указывая направление:

– Выходи.

Спорить было бессмысленно. Как послушная девочка, я вышла на свежий воздух, не забывая все так же внимательно осматривать окружающие пейзажи и фиксировать их в памяти.

Толя швырнул Стелле какие-то ключи. Она открыла калитку, а во дворе отомкнула огромный навесной замок, висящий на двери дома.

Все так же держа на прицеле, Толя завел меня внутрь, следуя сзади и краткими фразами уточняя направление.

– Направо, сюда, в комнату, – говорил он, когда мы оказались в доме, по виду еще более заброшенном, чем тот, в котором привечали нас Стелла и Ник.

Здесь практически не было мебели. В комнате, куда привел меня Толя, стоял только стул, зато имелись весьма прочные решетки на окнах. Арматурные прутья со всей очевидностью свидетельствовали, что тому, кто сюда попал, просто так не выбраться.

– Это что, комната для пыток? – с неподдельным интересом осматривая помещение, спросила я Толю.

– Вроде того, – усмехнулся тот. – Так как же тебя зовут?

– Я тебе сказала.

– Женя ее зовут, – встряла в разговор Стелла. – Имя как у мужика и дерется как мужик. Слышь, сучка, а ты не лесбиянка часом?

– Еще какая. Иди поближе, я тебя приласкаю еще разок.

Но подходить ближе Стелла почему-то не стала, предпочитая язвить из дверного проема.

– Брэйк, девушки, у вас еще будет время обменяться любезностями, – повелительно проговорил Толя. – Стелла, принеси-ка из бардачка еще одни наручники. А то здесь что-то совсем голяк, даже сраного карабина нет.

Когда послушная Стелла принесла то, что требовалось, Толя, не мудрствуя лукаво, защелкнул одну дужку на наручниках, сковывающих сейчас мои руки, а вторую – на узкой железной трубе, соединявшей между собой трубы, идущие по всему внутреннему периметру дома и предназначенные для отопления в зимний сезон.

– Присаживайся, в ногах правды нет, – говорил Толя, ногой подтолкнув ко мне единственный стул. – Стелла, принеси табуретку, что ли. Что за халупа, ни хрена нет!

Стелла снова появилась в комнате, неся в руках раздобытый где-то вполне приличный, почти не ободранный стул. Толя, по-хозяйски развалившись на нем, неспешно приступил к тому главному, ради чего, собственно, и пригласил меня в эти гости.

– Побеседуем о делах наших скорбных, Женя. Так ты, значит, у наc Робин Гуд. Помогаешь всем сирым, убогим и несправедливо обиженным.

– Вроде того, – настороженно ответила я.

– Мы, значит, с тобой из одного лагеря. Я тоже за справедливость. Поэтому и не трогаю тебя и разговариваю так вежливо. А ты не ценишь.

– Ценю. Только ты, когда еще кого-нибудь не тронуть соберешься, кого-нибудь поумнее найди. А то стерва эта слишком уж неприкрыто действует, даже неинтересно, – не стала я упускать возможность еще немного насолить Стелле.

– Да? – проговорил Толя, бросив злобный взгляд в сторону своей напарницы. – Это мы выясним со временем. А ты мне лучше вот что скажи: куда же ты друзей-то своих подевала? Сама разъезжаешь туда-сюда, а их бросила. Беззащитную женщину с маленьким ребенком оставила на произвол судьбы. Где они?

– Да теперь разве вспомнишь? – вновь простодушно отвечала я. – Она, подруга-то твоя, так мне по башке треснула, что я и имя свое позабыла, не то что еще что-нибудь.

– Ты меня, Женя, наверное, не поняла, – все еще спокойно говорил Толя, но в голосе его уже звучали весьма явственно угрожающие нотки. – Я вот сейчас с тобой разговариваю по-хорошему, правильно? Правильно. А могу и по-плохому. Ведь могу? Могу, – после небольшой паузы сам себе ответил Толя. – Могу что угодно с тобой сделать. Могу все кости переломать и оставить тебя подыхать здесь в муках, могу башку оторвать и сказать, что так и было, могу на кусочки порезать и на шашлык замариновать, и ты, как последняя дура, будешь терпеть, хотя в этом нет совершенно никакого смысла. Ведь у нас одинаковые цели. Мы с тобой одного и того же хотим.

– Правда?

– Правда. Тебе что нужно? Чтобы мальчик и его мать остались живы и здоровы, правильно? Так и я только об этом и мечтаю. Я в этом заинтересован лично, и это самая лучшая гарантия, что я не причиню им никакого вреда. Где же они?

– Я ведь сказала: не помню.

– Нет, Женя, ты, похоже, глупее, чем кажешься. Я тебе так доходчиво все объяснил, а ты…

В это время от входа послышались грузные шаги, и в комнату ввалились двое амбалов, которые сопровождали Толю в «Лендровере».

– В лагере их нет, – коротко доложил один из них, взглянув на Толю.

– Нет? Что ж, на нет и суда нет. Отдохните пока, я сейчас закончу.

Парни протиснулись в дверь и затопали в обратном направлении, а Толя снова обратился ко мне.

– Надо же, – медленно и с каким-то даже удивлением проговорил он, внимательно меня осматривая. – А я так просто не сомневался, что они там, на этой лодочной базе. Если ты на этой заправке, то вполне логично… И куда же ты их дела?