Перед смертью не накрасишься - Дарья Калинина

– Теперь мы можем двигаться дальше, – сообщили подруги очень довольной и улыбающейся Жанне и отправились в путь.

Дом Гошика оставлял желать лучшего. Трехэтажный коттедж, построенный сразу же после войны, когда стройматериалы, кирпич, штукатурка и все такое прочее было в остром дефиците. Сейчас дом дал трещину, которая шла поперек всей северной стены. Краска на стенах облупилась. Крыша проржавела. То, что творилось в самом подъезде… Плесень на стенах. А где не было плесени, там были похабные картинки и всем хорошо известные надписи.

– Однако домик не из элитных, – пробормотала Кира, поднимаясь по стершимся ступеням и стараясь не дышать, чтобы не упасть в обморок от запаха кошачьей мочи.

– Ничего, бывают и похуже.

– Серьезно?

В квартире Гошика никто не отвечал. Подруги напрасно звонили и стучали в нее. На шум выглянула соседка и рявкнула:

– На работе она! Сегодня не выходной и не праздник! Все нормальные люди на работе!

Себя она, видимо, к категории нормальных людей не причисляла. И правильно делала. Потому что противная тетка, высказавшись, так шандарахнула своей дверью, что с потолка посыпалась побелка вперемешку с паутиной и изъеденной грибком штукатуркой.

– Жуть! – прошептала Леся, отряхиваясь от нападавшего на нее мусора.

– Но она права. Придем вечером, когда мать Гошика будет дома.

– Довольно странно, что умирающий инвалид способен ходить на работу. Ты не находишь?

– Кушать что-то ведь надо. Раз Гошик не помогает матери, наверное, она нашла себе приработок.

До вечера подруги провели время с пользой у себя в офисе. К ним пришел десяток клиентов. И троих удалось отправить в путешествие. Можно было радоваться, день прошел недаром. Хотелось надеяться на то, что и вечер пройдет не хуже.

Вернувшись обратно к маленькому коттеджу, когда уже стемнело, подруги поднялись по знакомым ступеням на третий этаж и позвонили в дверь. На этот раз дверь открылась. И подруги увидели на пороге молодую миловидную женщину. Она никак не могла быть матерью Гошика хотя бы потому, что была его ровесницей, а к тому же цвела и сверкала белозубой улыбкой и розовыми круглыми щеками.

– Здравствуйте, – мелодично пропела она, сразу же выдав в себе приезжую с Украины. – Вы ко мне? Из домоуправления? По поводу протечки?

– Протечки?

– Да, крыша насквозь дырявая. Течет.

И женщина показала на потолок, весь украшенный желтовато-коричневыми разводами. В некоторых местах капало. По стене ползла плесень. Одним словом, вид был еще тот.

– Нет, мы не из домоуправления, – покачали головами девушки.

– Хозяйка сама ходить по комиссиям да инстанциям не может. Я у нее доверенность взяла, сама хожу. Только пока проку мало. Говорят, что крышу перекрыть должны за государственный счет по губернаторской программе. Надо ждать. Вот и ждем уже второй год.

Из всего вышесказанного подруг заинтересовало только упоминание о хозяйке. Значит, девица снимает эту квартиру. Наверное, нуждающаяся мать Гошика сдала ей эти «апартаменты», а сама перебралась… Куда?

– У сестры она живет, – охотно пояснила девица. – Сестра у нее хорошая. Ухаживает за ней. Хотя с деньгами у них напряженно. Много за такую халупу с дырявой крышей никто платить не станет. Но мне-то выбирать не приходится. Живу пока что. Не знаю, может быть, чего получше подвернется. А то заколебало уже жить, когда на башку постоянно капает.

С трудом, но подругам все же удалось выяснить у словоохотливой девицы адрес сестры ее хозяйки. Оказалось, что живут они недалеко, в пригородном поселке Тосно. Ехать сейчас к матери Гошика подругам что-то не хотелось. На улице поднялся ветер, колючие мелкие снежинки летели прямо в лицо. И мысль разыскивать кого-то в такую погоду, блуждая в темноте по незнакомым улицам, подруг не привлекала.

Они поехали в свой дом, к своей тете. Вернее, тетя была, конечно, не их, а Лисицы, но держалась Калерия Дормидонтовна с обеими девушками столь по-свойски, что у них создавалось полное ощущение, что это их родная тетя.

Перешагнув порог дома, они сразу же учуяли странный запах. Нельзя сказать, чтобы он был неприятным, но слегка настораживал.

– Тетя, вы что-то красили? – крикнула Леся прямо от входа.

Прошло минут пять, прежде чем Калерия Дормидонтовна вплыла в прихожую. Хорошо еще, что девушки к этому времени уже успели переодеться. Потому что Калерия заполнила собой все пространство. Повернуться было теперь просто негде. А ведь подруги еще недавно так гордились своей просторной прихожей!

– Во-первых, здравствуй, Леся, – строго произнесла тетя. – Никогда, ни при каких условиях нельзя забывать о правилах хорошего тона. В супружеской жизни случается много моментов, когда хочется забыть о них. Но нельзя. Из ссоры никогда и ничего хорошего не получается. Лучше улыбнуться супругу и сказать ему что-нибудь ласковое, а не кричать на него.

– Я и не думала кричать. Я всего лишь…

– Теперь о твоем вопросе. Скажи на милость, с чего ты взяла, что я стану заниматься ремонтом? На этот случай, запомни это раз и навсегда, и существуют мужчины.

– Значит, это Лисица что-то красил? – догадалась Леся, но оказалось, снова попала пальцем в небо.

– Никто ничего не красил.

– Но откуда же тогда этот запах?

– Запах? – таинственно произнесла тетя. – А это, деточка, мое новое блюдо – «Праздник весны» называется.

– Пахнет… оригинально.

– Это специальные травы, которые я привезла с собой, – похвасталась тетя. – Ну, мойте руки и за стол.

Подруги здорово проголодались. И при мысли о тарелке чего-нибудь горячего и наваристого у них потекли слюнки. Вчера тетя накормила их обыкновенной овсянкой, сваренной на воде. Но сегодня она обещала нечто грандиозное. Так что подруги облизнулись и помчались в ванную комнату. А затем понеслись в столовую, где уже слышались голоса Лисицы и его тети.

Лисица выглядел несколько странно. Сначала подруги долго не могли понять, что с ним не так, но потом сообразили. Волосы Лисицы обычно в беспорядке торчащие во все стороны и придающие ему сходство с невыспавшимся ежиком, сегодня были аккуратно приглажены и расчесаны на косой пробор. Сам он был чисто выбрит.

Да и гардероб Лисицы тоже претерпел радикальные изменения. Никаких джинсов и футболок с рваными краями и скалящимися черепами. Вместо них белая рубашечка, старомодные брюки и галстук! Увидев на шее Лисицы это украшение, подруги чуть не прыснули от хохота. Вот это тетя! Вот это напор! Сколько времени они общаются с Лисицей, но в галстуке они не видели его еще ни разу. Да еще в таком!

Галстук Лисицы заслуживал отдельного упоминания. Он был ярко-синий. И по нему росли зеленые пальмы с желтыми бананами. И прыгали золотисто-коричневые обезьянки. Хорошо еще, что обошлось без попугаев. Эффект от галстука был потрясающий.