Корпорация "Винтерленд" - Алан Глинн

Церемония проходит быстро, как во сне: те же слова, те же переживания, то же неверие в происходящее. И, так же как вчера, самая изощренная часть пытки — публичное выражение соболезнований. И все же, когда скорбящие проходят мимо первой скамьи, Джине открывается нечто новое: только тут она понимает, на какие высоты вознесся Ноэль. Она знала, что он успешен, но не думала, что настолько. Перед ней вышагивают настоящие знаменитости: политики, бизнесмены, звезды спорта и телевидения. Значит, он их знал, значит, вращался в их кругах. А она даже не догадывалась. Как плохо она знала собственного брата! От этого еще больнее.

Настроение после церемонии у всех мрачное, но с легким оттенком веселости: люди здороваются, пожимают друг другу руки, хлопают по плечам, болтают.

Дженнифер держится молодцом, хотя на самом деле окоченела от горя, двигается как в тумане, почти не разговаривает. Ивон с Мишель, уставшие не меньше Джины, тоже еле языками ворочают.

А вот Джина заставляет себя общаться. Она не знает, с чего начать или с кого, но ходит кругами, знакомится, пытается хоть как-то вывести разговор на события понедельника. Для начала давайте хотя бы установим хронологию. Но странно: никто, кроме нее, не задает вопросов. Официальная версия обстоятельств аварии Ноэля разлетелась со скоростью света и так же резво прижилась. Позвольте, неужели никто не задумался: ведь случившееся по меньшей мере… гм, странно? Небывалое совпадение двух смертей, неожиданная поездка Ноэля в Уиклоу и уж совсем нелепое утверждение, что Ноэль вел машину в пьяном виде!

Легко сказать, сложнее сделать. Как подойти к людям с расспросами, не рискуя показаться резкой, грубой и, хуже того, спятившей? А если ты еще устала как собака? Наверное, сейчас момент не лучший. А когда будет лучший? Когда еще она застанет всех знакомых Ноэля вместе?

Поэтому она разговаривает: с людьми, работавшими с Ноэлем, но толком его не знавшими; с людьми, хорошо его знавшими, но не видевшими целую вечность; с господином, потчующим ее шутками на тему работоспособности Ноэля и его прославленного перфекционизма; с телепродюсером, игравшим с Ноэлем нередко в покер.

А когда народ начинает расходиться, Джина впадает в панику: о боже, все пропало. Столько слов, столько мнений. А вместе — чепуха. Как собрать китайскую стену по кирпичикам? Как выйти из лабиринта? Как это удается частным сыщикам? Биографам? Она еще не начала, а уже парится: задача не по силам.

Всех приглашают домой — в новый домище Дженнифер и Ноэля на Клайд-роуд. Джина страшно умоталась, но решает идти. Ее берется подвезти брат Дженнифер, Гарри. Ивон с Мишель не едут: им нужно возвращаться к Катерине. Народ прощается и быстро кто куда: машины вереницей выезжают за ворота и присоединяются к вечерним пробкам.

На месте гостей принимают, раздевают, потчуют. Дженнифер сидит в гостиной, отогревает душу чаем. Комнаты постепенно заполняются людьми. Джина здесь впервые: дом поражает ее размерами. Ноэль с Дженнифер всего пару недель назад переехали сюда из Килмакада и вроде собирались пригласить семью. Джина стоит с бокалом вина в эркере гостиной, скорее напоминающей бальную залу, и смотрит на освещенную лужайку.

Стоит она одна — без компаньона и совсем без сил. Вдруг к ней подходит некто. Она собирается, заглядывает в резервное хранилище и вытаскивает оттуда завалявшуюся энергию. Представляется. Скоро оказывается, что перед ней старший инспектор Джеки Мерриган. И — бинго: он разговаривал с Ноэлем в понедельник вечером. От этого Джина окончательно просыпается. Оказывается, он старый приятель Ноэля и это он оповестил друга о смерти племянника.

— Вы позвонили ему?

— Да.

Джина ухватывается за эту нить и пытается вызнать максимум возможного. Мерриган высок, сутуловат. Ему за пятьдесят, и волосы уже седеют. Наверное, он видит, как она отчаянно цепляется за информацию, наверное, объясняет это горем. Джина, со своей стороны, видит, что он позволяет ей эту слабость, и чувствует признательность.

В ходе беседы выясняется: когда Мерриган позвонил Ноэлю, тот где-то выпивал с девелопером Пэдди Нортоном.

Джина кивает:

— Ясно.

Мерриган поворачивается и окидывает взором комнату.

— Кстати, — произносит он и жестом указывает на группу мужчин, — а вот и он — в бордовом галстуке.

Джина отпивает вина.

— Спасибо, — еле слышно благодарит она.

В гостиной негде яблоку упасть. Люди мнутся по двое-трое, но перед камином (огромным, мраморным, с ревущим пламенем) расположился кружок хозяев жизни — пять четких менов в костюмах. В руках бокалы с вином и виски, в зубах сигары. Один из них молод: на вид двадцать четыре — двадцать пять; остальные постарше: кому слегка за пятьдесят, а кому хорошо к шестидесяти. Тот, что в бордовом галстуке, вещает, остальные слушают.

Чем ближе она подходит, тем больше лиц узнает. Молодой — высокий крепыш — капитан ирландской сборной по регби. Мужчина справа от Нортона — повернулся спиной к камину — член кабинета министров Ларри Болджер. Еще двоих она не знает, но они выглядят универсально: как адвокаты, прокуроры, бухгалтеры, управляющие активами, банковские служащие, да кто угодно.

Она подходит совсем близко и останавливается. Что делать дальше, непонятно. Не может же она так запросто вклиниться. Или может?

Мимо проходит брат Дженнифер с бутылкой вина, предлагает освежить.

Почему бы и нет?

— Спасибо, — говорит она. — Как Джен?

— Нормально. Думаю, она еще толком не осознала.

— Я тоже.

— Больно смотреть на нее. Ходит по дому как привидение и не верит. Они еще толком коробки не распаковали — так и стоят наверху заклеенные.

Почему-то эта деталь иголкой вонзается в сердце Джины. Она восклицает: «О боже!» Очередная неизвестная подробность жизни брата.

Потом Гарри отвлекается — наливает кому-то вина, и Джина тоже отворачивается. А отвернувшись, оказывается нос к носу с Пэдди Нортоном. Последний теперь молчит, слушает адвоката-бухгалтера, изучает ковер. Через секунду он отрывается от ковра и поднимает глаза на Джину. Они встречаются взглядами. Джина автоматически скашивает глаза: просит отойти в сторону. Нортон удивляется, но сразу же откликается: просит извинения у всех сразу и ни у кого в отдельности и выходит из круга. Джина двигается ему навстречу, и вот они уже рядом.

— Простите, мистер Нортон, — она протягивает руку, — что выдернула вас из разговора. Меня зовут Джина. Я одна из сестер Ноэля.

— Моя дорогая, — произносит Нортон и энергично пожимает ей руку, — дорогая моя. О чем вы говорите! Джина. Как вы? Я так сочувствую. Примите мои глубочайшие соболезнования.

— Спасибо.

— И все-таки как вы себя чувствуете?

Люди постоянно задают один и тот же дебильный вопрос: как она себя чувствует? Может даже показаться, что они действительно волнуются, но на самом деле они просто соблюдают формальности.