Магнит для неприятностей - Марина Серова

— То есть и здесь перспективы небольшие?

— Говоря откровенно, я вначале больше на расследование в торговом центре надеялась. Там изначально было гораздо больше перспектив. И служба безопасности, и камеры, и возможные свидетели. Но то ли расследование провели спустя рукава… А теперь, после того, как выставка закрыта и штат распущен, ничего не исправить. То ли преступник нынче пошел грамотный, технически подкованный и умеющий виртуозно заметать следы.

— И что же нам тогда стоит сделать? — растерялась Анна. — Просто смириться?

— Конечно, нет. Злоумышленники еще обязательно проявят себя. А ты теперь не одна, у тебя имеется телохранитель с креативным мышлением и отличной реакцией. Так что бояться совершенно нечего. Рано или поздно мы обязательно призовем их к ответу.

— Я тебе полностью доверяю и совершенно спокойна. А раньше, и правда, очень нервничала и всего боялась, но тогда я была одна. Так что теперь, вместе с тобой, мне ничего не страшно.

— Вот и замечательно.

Мы немного помолчали.

— Анна, скажи, а ты можешь прийти с визитом к кому-нибудь из соседей? Например, принести пирог или печенье к чаю. Обменяться новостями, посидеть, поболтать по-приятельски?

— Вот так, запросто? — растерялась женщина. — Честно говоря, даже не знаю. Это здесь как-то не принято. Или я просто не завела ни с кем таких отношений.

— Ладно, постараемся тогда найти достойный повод. А к пенсионерам тоже нельзя прийти? Ты говорила, вы общаетесь периодически.

— Вот разве что к ним можно. Только не с пустыми руками, и правда, пирог нужно испечь.

— А можно? Сегодня к вечеру было бы неплохо.

— Ладно, продукты есть, время тоже, так что я все сделаю.

— Замечательно! Значит, договорились, сегодня вечером идем в гости?

— Давай попробуем. То есть я сделаю пирог, ты проанализируешь бумаги, но это чуть позже, ближе к вечеру. А сейчас чем займемся?

— Помнится, ты обещала показать мне шкатулку, что оставила Лидия Дмитриевна в наследство, да так и не собралась. Тем не менее, мне на нее нужно взглянуть, это может быть важно.

— Действительно, как-то закрутилось все, я и забыла. А пока я ее в сейф засунула, прямо так, целиком.

— Зачем? — я растерянно усмехнулась. — Ведь в сейф можно было сложить только лишь ценные вещи.

— А я подумала, что вдруг там какие-то подсказки хранятся, которые я умудрилась не заметить? Вот и решила, что спрячу лучше от греха подальше и от чужих любопытных глаз.

— Ты говорила, что шкатулка украшена узорами?

— Да, резные такие, витиеватые. Птички там, веточки, листики и цветочки разные.

— А там было что-то, похожее на сапоги или брюки? — озадаченно протянула я.

— Нет, конечно же. Но знаешь, я подумала, что прабабушка Лида ведь не все подсказки мне сообщить успела.

— Скорее всего, так и есть.

— Вот именно так я и предположила! А вдруг подсказки все же имеются на шкатулке или на самих драгоценностях, просто я их пока не вижу, потому как не знаю, что именно искать. А если злоумышленники немного больше меня знают? И смогут их как-то рассмотреть? Или вообще выкрасть ценности?

— Мне понятны твои опасения. Давай попробуем что-то выяснить сами, чтобы знать наверняка.

— Тогда я принесу шкатулку.

— А я захвачу из своей комнаты увеличительное стекло. Кстати, драгоценности лучше в зале рассматривать, там и освещение гораздо ярче, и дверь закрыть можно. Для соблюдения секретности и усиления безопасности.

— Да, как скажешь.

Мы переместились в зал. Анна принесла довольно увесистую шкатулку. Сначала я тщательно осмотрела ее, уделяя особое внимание резным узорам и внутренним стенкам, обитым подкладкой. Потом осмотрела ничем не примечательные вещицы, которые всегда лежали внутри для прикрытия, и не нашла ничего особенного. Потом настала очередь потайного отделения. Внутри были золотые монеты, десятки царской чеканки. Их я отложила пока в сторону. Невероятной красоты черепаховый гребень, инкрустированный бирюзой и жемчугом. Изящная, старинной работы, жемчужная подвеска и в комплект к ней массивный перстень. Кольцо с крупным изумрудом каплевидной формы в окружении небольших брильянтов. Золотой браслет с бирюзой и кораллами. Рубиновые серьги, кольцо и невероятной красоты брошка-бабочка. Она была выполнена из золота, головкой служил небольшой круглый рубин, тельце изготовлено из светлого перламутра, а крылья представляли собой четыре рубина, внизу — два поменьше, яркого оттенка, ограненные обычной огранкой. И сверху крыльев два других, более крупных рубина, они были более насыщенного цвета гнилой вишни и огранки, которая называется «кабошон». Ее достигают, когда камень просто полируют, оставляя максимум изначальной, природной формы и красоты. Каждый камень переливался и отбрасывал яркие блики, а все это в комплексе смотрелось очень эффектно.

Кроме того, в потайном отделении была подвеска с сапфиром на толстой золотой цепочке. Перстень с топазом треугольной формы и колье из пяти больших, тоже треугольной формы голубых топазов, соединенных светлой цепочкой. Оттеняли чудные, чистейшей воды камни мелкие брильянты. Еще я бы отметила брошку в виде веточки, усыпанную, словно росой, мелкими брильянтами, и брошку, выполненную в виде ландыша из белого металла, где вместо цветочков были белые, достаточно крупные камни. А еще стильную золотую брошь в виде жука-скарабея с синей и голубой эмалью. Завершал коллекцию мужской перстень-печатка с крупным, квадратным, огненно-оранжевого цвета камнем, возможно, турмалином. Перстень был украшен узорами и искусственно затемнен с помощью техники, именуемой «чернение».

Я долго молча и вдумчиво рассматривала все это богатство. Никогда не была особой любительницей украшений и разных драгоценностей, но периодически с моих губ срывались возгласы восхищения, потому как вещи, собранные в этой коллекции, были действительно неординарные и почти все достаточно дорогие. Рассматривая, я разложила украшения на три неравные кучки. Потом я осмотрела монеты и тоже разделила их на две кучки. Анна молча наблюдала за моими маневрами и терпеливо ожидала пояснений.

— Что скажешь, Женя? Ты так долго и, я бы сказала, загадочно молчишь.

— Просто было что обдумать. Для начала наши предположения не подтвердились. Узоры на шкатулке нанесены резчиком. Тем мастером, что ее изготавливал, и никто, насколько я могу судить с помощью увеличительного стекла, не наносил сюда дополнительных изображений. Также нет никаких подсказок внутри шкатулки. Подкладка оригинальная, она везде цела, а по возрасту, похоже, совпадает с самой шкатулкой. То есть тайных посланий никто внутри не прятал. Простые украшения, видимо, лежат здесь исключительно для прикрытия. Чтобы не возникало лишних вопросов и никому не пришлось удивляться тяжести шкатулки. На украшениях я тоже не нашла ничего особенного. Но есть и хорошая новость.

— Правда? Какая именно?