Рекрут - Владимир Престолов

— На работе мы, — серьезным тоном произнес Петухов, от которого разило перегаром за версту.

— Так для аппетита, — покраснела Надежда Макаровна, не зная что и сказать.

Петухов махнул рукой, словно пропивал последние подштаники в азартной игре.

— Ладно, мать, уговорила! — смягчившись, согласился он, — Только после работы.

— Как скажете, — обрадовалась женщина.

— Вы идите по своим делам на кухню, а я тут уж сам справлюсь, — засуетился вдруг Петухов, заслышав глухие шаги где-то внизу. — Я сейчас под ванну полезу, посмотрю что там да как, а вы дверь прикройте, чтобы мы не мешали друг другу.

— Конечно, конечно, — согласилась удивленная женщина.

Петухов на всю катушку открыл краны в ванной, вода полилась, загудела, зашумела. Водопроводчик открыл пробку слева и, подвинув за стиральную машину свой чемоданчик, заглянул под ванну. Между дном ванны и бетонным полом зазор был небольшой, но все же можно было протиснуться к ржавым трубам и посмотреть, откуда сочилась вода…

Надежда Макаровна поплотнее закрыла дверь в ванную, из которой доносился гул и шум падающей воды, и направилась на кухню.

Глава 5

Старший лейтенант не спеша брел по переулку Багратиона, иногда заглядывая в подворотни, но не придавая особого значения тому, что там происходит. За долгое время службы он привык отличать баловство от хулиганства, точно определяя криминальную ситуацию.

Его мысли были заняты неожиданным визитом в участок гражданки Лефтовой, пенсионерки из дома номер шесть… Собственно говоря, неожиданным его не назовешь, квартиросъемщица и раньше была неугомонной и воспринимала в «штыки» разные огрехи, вечно влазила не в свои дела с предложениями и советами, учила администрацию тому, чего сама толком не знала и в чем мало смыслила. Глотова это раздражало. То она накатает «телегу», что молодежь собирается в подъездах, то мужики «забивают козла» во дворе, матюкаясь и распивая спиртные напитки, что пагубно отражается на воспитании подростков, и так далее и тому подобное.

Одним словом — достала! Но, с другой стороны, участковый понимал, что старая учительница права, однако как он уследит за всем, если самим жильцам было на все наплевать. Конечно, старший лейтенант как мог боролся с беспорядками, но было много причин, по которым он не в состоянии был решить эти проблемы в одиночку.

Теперь возникла новая проблема. Дом по плану должен был реконструироваться. Многие жильцы уже переехали на новые квартиры, а другие, которых осталось раз-два и обчелся, сидели на чемоданах. Двор опустел. Лефтова же с удвоенной энергией стала атаковать участкового. Пожилая одинокая женщина вдруг стала жаловаться, что ее преследуют, что в городе орудует мафия, ей угрожают и хотят убить.

Вот и сегодня Надежда Макаровна Лефтова заявилась в участок ни свет ни заря и наговорила столько страхов, что старший лейтенант, устав выслушивать жалобы и домыслы нервной женщины, подал ей чистый лист бумаги и попросил изложить свою историю письменно.

Одного листа бумаги не хватило и пришлось выдать второй. Только после того как испуганная и недовольная пенсионерка написала заявление, она успокоилась и удалилась.

* * *

Участковый Глотов долго размышлял над тем, что ему предпринять в данной ситуации и, не найдя ничего лучшего, позвонил в вышестоящую инстанцию…

— Алло, — донесся из телефонной трубки усталый строгий голос, — слушаю вас!

— Доброе утро, — поздоровался участковый, — старший лейтенант Глотов.

— Доброе, — недовольно буркнул начальник. — Только, думаю, Глотов, оно не очень доброе, коли звонишь спозаранку.

Глотов слегка откашлялся, соображая, как преподнести информацию старшему по званию.

— Дело тут такое, — начал старлей.

— Да не тяни ты, Глотов, — недовольно бросил начальник, слегка повысив голос. Участковый сразу перешел к делу:

— Пенсионерка Лефтова написала заявление!

— Что за Лефтова?

— Ну та неспокойная учительница из дома номер шесть по переулку Багратиона, — доложил старлей.

— A-а, та, — протянули в задумчивости на другом конце провода, — понятно, понятно…

— Оставила заявление и просила разобраться…

— Ну так и разберись!

Старший лейтенант провел ладонью по усатому лицу и покачал головой.

— Вы же знаете ее, она не остановится, — объяснил Глотов, — она дальше пойдет…

На другом конце воцарилось долгое молчание, нарушаемое лишь недовольным сопением. Участковый терпеливо ждал, подперев телефонную трубку к уху погоном, и водил ручкой по бумаге.

Наконец, начальник «проснулся».

— Слушай, Глотов, а что она там настрочила в своем заявлении? — спросил он.

Участковый пожал плечами и скорчил ехидную гримасу на недовольном усатом лице.

— Да что она может написать? — ответил старлей. — Угрожают, запугивают, ну и разные подробности…

— Хорошо, — резко оборвал его командный голос, — слушай, Глотов, ты сходи к пенсионерке, отметься, ну, в общем, не мне тебя учить, присмотрись, или… — Вдруг последовала долгая пауза, а потом начальник продолжал: — знаешь, Глотов, вообще-то ты прав, эта строптивая гнилая интеллигентка может много нам крови попортить… Ты вот что, старлей, перезвони мне минут через пятнадцать-двадцать, есть одна дельная мыслишка…

— Хорошо.

В трубке послышались короткие гудки. Глотов нажал на рычаг. Старший лейтенант, решив, что от него в данной ситуации ничего не зависит, медленно потянулся, встал из-за стола, подошел к сейфу и, открыв его маленьким ключиком, достал бутылочку недопитого коньяка, благо в последнее время он не переводился у «поумневшего» стража порядка.

Через пятнадцать минут старший лейтенант Александр Владимирович Глотов сделал контрольный звонок для получения инструкций…

Глава 6

План был прекрасный, можно сказать беспроигрышный. Петухов на чем свет стоит проклинал своих дружков Сивого и Лома, которые раньше условленного времени решили «навестить» несчастную пенсионерку. Если бы Миха не поторопился выставить из ванны хозяйку, то его алиби в этом деле было бы существенно подмочено, а верное дело прогорело бы.

Теперь же, когда он залез под ванну, делая вид, что сильно занят работой, а вода шумит, словно водопад Ниагара, у него нет причин для беспокойства: он не мог ничего видеть и слышать, а следовательно, ничего предпринять и оказать какую-либо существенную помощь хозяйке.

Пока он, Петухов, наводчик и генератор криминальной идеи, будет отлеживаться в засаде, его дружки вынесут все ценности, ведь он организовал им беспрепятственный пропуск в квартиру. Минут десять, а то и пять им хватит вполне, а после… После вбежит очумелая перепуганная старушка и застанет его, Петухова, все там же, под ванной, при исполнении служебных обязанностей…

* * *

Миха лежал под ванной и чутко прислушивался к происходящему в квартире, однако, как он ни старался, как ни напрягал слух, как ни оттопыривал и без того лопоухие уши, не мог услышать почти ничего. Правда, раздавались какие-то голоса, но шум падающей воды заглушал