Беда идет по следу - Росс МакДональд

Миссис Тессинджер, сдавшись, позволила себе выпить полную порцию, а Рите разрешила налить половину.

— Вы сказали, что умеете читать мысли, мистер Траск, — повторила Рита, когда Тедди начал укладывать свое хозяйство. — Мне кажется, было бы ужасно интересно, если бы вы прочитали чьи-нибудь мысли.

— Сожалею, что проболтался. Без помощника у меня едва ли что-то получится.

— Я помогу вам. Скажите только, что надо делать.

— С радостью взял бы вас в помощницы, — скалясь, будто сатир, отвечал Траск. — Но мне нужен опытный партнер. Мой ассистент сейчас во Фриско.

— А она поедет с вами на Тихий океан?

— Он. К сожалению, поедет. Конечно поедет.

— Не понимаю, зачем вам партнер?

— Видите ли, разумеется, читать мысли может и один человек, но это требует особой подготовки. Вдвоем получается гораздо лучше. У нас с Джо есть свои маленькие хитрости. Когда-нибудь вы непременно увидите.

— Мне бы очень хотелось.

Траск, снова наполнив все стаканы, пустил их по кругу.

— Очень даже ловкие приемы, — охотно продолжал он разглагольствовать, приступая к новой порции спиртного. — Я обычно стою на сцене, а Джо спускается к публике. Он просит парня или девушку достать что-нибудь из кармана или из сумочки и зажать в руке. Я продолжаю стоять на сцене, чувствуете? И говорю публике, что это такое оказалось. Как по-вашему, откуда я узнаю?

— Думаю, вы используете что-то вроде сигнальной системы, — предположил я.

— Это и правда весьма любопытно, — с добродушной детской улыбкой сказал Андерсон.

Все, кто находился в нашем конце вагона, слушали Траска, и только смуглый мужчина с продолговатым мрачным лицом, сидя вполоборота к окну, смотрел на затопленные земли северо-восточного Миссури, словно был в ответе за опустошительные воды реки.

— Естественно, мы передаем друг другу сигналы, — продолжал Тедди Траск. — У нас есть целая дюжина систем. Например, Джо коснулся левого глаза — это означает губную помаду. Коснулся правого — часы. Пригладил волосы — носовой платок. Но это простейший способ. Допустим, я с завязанными глазами, тогда он не срабатывает. У меня на глазах повязка, я ничего не вижу. Что мы в таком случае делаем?

— Вы можете использовать речевые сигналы, — сказал я. — Ключевые слова, которые для вас имеют значение, а для других нет.

— До чего умный мальчик! Ну разве он не умница? — обратился Траск к Андерсону.

— Верно, мы используем ключевые слова, — подтвердил он. — Но нашу лучшую систему вам ни за что не разгадать. Наша лучшая система — просто чудо. Слушайте. Мы с Джо вместе считали с помощью метронома. Ставили метроном на один удар в секунду и считали по три-четыре часа целый месяц. Мы научились считать вместе до ста и оба всегда останавливались на одном и том же числе.

Итак, мы даем представление. Я на сцене, с завязанными глазами. Джо внизу, беседует с публикой. Он подает сигнал, чтобы я начинал счет, и мы считаем вместе. Он продолжает свою скороговорку: болтает и одновременно считает. Затем подает мне знак, чтоб я остановился. Мы оба перестаем считать и останавливаемся на одном числе, ясно? Скажем, тридцать пять. Тридцать пять — это брошь. Сорок пять — автоматический карандаш. У каждого числа свое значение.

— До чего же умно! — восхитилась Рита. — Но что, если у какого-то предмета не окажется номера?

— Такого практически не бывает, — гордо сказал Тедди. — Люди носят в карманах и кошельках не больше сотни предметов. Конечно, если в зале военные, мы меняем кое-какие значения. Но не так часто, как может показаться.

— Я думал, что знаю кое-что о кодах, — сказал я. — Но о временном коде слышу впервые. — Вы его сами придумали?

— Конечно. Мы с Джо их много придумали. Я пытался сообщить о них в Штаб войск связи, но там не захотели слушать. Сказали, что все это годится только для развлечений.

Я заметил, что маленькие темные глазки мужчины, сидевшего у окна, следят за Тедди. Под его неподвижным, как у пресмыкающихся, взглядом я чувствовал себя неловко. Он был молчалив, будто змея, и в его долговязой широкоплечей фигуре таилось змеиное коварство. Меня заинтересовали коды Тедди Траска, и я хотел узнать о них больше. Они растревожили мое воображение и привели меня в необъяснимый восторг, словно я нашел ответ на давно терзавший меня вопрос. Но я решил подождать, пока мы с ним останемся наедине.

Встретив Тедди через несколько минут в купе для курящих, я поблагодарил его за доставленное удовольствие.

— Всегда в вашем распоряжении, — сказал он, растягивая рот в улыбке. — Помогает не потерять форму. Кстати, что вы скажете о младшей Тессинджер?

— Чертовски мила. Если бы я не был уже…

— Но вы ведь уже… правда? Давно не встречал такой симпатичной блондинки, как ваша девушка. Хоть руки у вас и заняты, поклажа — всем на зависть.

— А вы, по-моему, сумеете найти общий язык с Ритой Тессинджер.

— Думаю, сумею. Мне нравятся молоденькие. Чтобы выглядели до того свеженькими, будто дотронешься и испачкаешь. Но, похоже, для начала придется заняться старшей. Впрочем, это как раз проще простого.

— У вас и тут есть своя система?

— Следите за мной, — посоветовал Тедди. — И вы увидите.