Убийство напрокат - Наталья Александрова

Надежда медленно разогнулась. У нее было что ответитьнахальной Алке.

Во-первых, можно было свести все в шутку и сказать, чтоприехала прямо с дачи. Но Алка не поверит, будто она таскала на дачу компьютер.

Во-вторых, можно было обидеться, хлопнуть дверью и уйти. НоНадежде нужно было выяснить у подруги, что та знает про директора школы СергеяИвановича Лунгина, а в случае ее демонстративного ухода беседа откладывается нанеопределенный срок.

В-третьих, можно было высказать Алке все, что Надежда думаето ней и ее туалетах по принципу «сама такая». Действительно, кто бы говорил ободежде, только не Тимофеева. Это ее пристрастие к летним платьям в крупныйцветочек… Или шелковые блузки с воланами в самых неподходящих местах… ЗимойАлка тоже любила эпатировать публику. То есть она-то не замечала, что ученики иколлеги буквально в шоке от ее любимого красного костюма. Жакет, как назло, былеще с широченными плечами, так что в этом костюме Алка при ее габаритахнапоминала трехстворчатый шкаф довоенного времени.

Но Надежда понимала, что пытаться перевоспитать Алкубезнадежно, да это и не входило в ее задачу на сегодняшний день.

— Непременно учту твои замечания, — миролюбивосказала она.

Алка, которая настроилась на возражения, несколькоразочаровалась, но легко утешилась.

— Чай будем пить, — сообщила она, — я торт подороге купила!

Кроме торта она еще отрезала четверть батона и солидныйкусок ветчины.

— Обед сегодня не успела приготовить, — вздохнулаона, — опять на сухомятке.

— Это плохо, — осторожно заметила Надежда.

— Конечно, некоторые сидят дома и изощряются, готовясуфле из кабачков! — вскипела Алка. — Мне Тимофеев все уши прожужжална обратном пути. Очень, говорит, вкусно и совершенно некалорийно!

Очевидно, Петюнчик, доведенный до ручки Алкиными габаритами,осмелился высказаться в том смысле, что надо бы его жене сесть на диету.

— Ладно, не будем ссориться, — примирительносказала Надежда, — я вообще-то к тебе по делу. Знала ты такого человека —Лунгина Сергея Ивановича?

— А тебе он зачем? — подозрительнопоинтересовалась Алка.

Надежда немного подумала. Все же Алка ее близкая подруга, иникогда ничего не сделает ей во вред, в этом Надежда уверена. Она откашлялась ирассказала Алке все, что с ней случилось две недели назад.

— Ты опять, Надежда? — вскричала Алка. —Опять занимаешься самостоятельным расследованием?

— Не опять, а снова, — огрызнулась Надежда, —ты еще будешь меня воспитывать!

Небось забыла, как два года назад мы твоего Петюнчика спасали?Тогда ты по-другому рассуждала! <См, роман Н. Александровой «Две дамы спопугаем».>.

Алка стихла, потому что ей-то самой чуждо было чувствоблагодарности, но Петюнчик, два года назад правильно разобравшись в ситуации,дал жене понять, что Надежда в том деле была не последним человеком и что еслибы не она, то вряд ли Алка добилась бы цели.

Алка, конечно, с мужем не согласилась, но все же проникласьк Надежде некоторым уважением. Поэтому она сбегала к Пашке и поглядела вкомпьютере фотографии.

— Точно, — это он, — сказала она, вернувшисьи наливая себе вторую чашку чая, — я его раньше знала. И про историю этуслышала краем уха. Скверная, скажу тебе история. Но вот я лично в нее не верю.Хоть мы с Сергеем Иванычем не так чтобы близко знакомы, сразу тебе скажу: мужикбыл приличный. Хороший был мужик, спокойный и деловой.

— Ну всякое бывает… — подначила Надежда, — кстарости кровь взыграла…

— Может, и взыграла, — неожиданно согласиласьАлка, — только он бы в этом случае кровь свою дурную сумел обуздать. Онсвою школу очень любил, это я точно знаю, так что не стал бы уж прямо вкабинете к девчонке приставать. Это уж последнее дело — в собственном домегадить…

Надежда не могла не согласиться с такой постановкой вопроса.

— Слушай, а как бы мне поподробнее про эту историюузнать, а? — попросила она. — Самое лучшее, это, конечно, с ним самимпознакомиться…

— Ты думаешь, он будет с малознакомой женщиной такоеобсуждать? — здраво спросила Алка. — Насколько я его знаю — вряд ли.

— Это ты точно заметила, — вздохнулаНадежда. — Но понимаешь, очень нужно узнать, что там на самом деле было,что произошло, и не сплетни, а из первых рук…

— Из первых рук я тебе, наверное, могла быустроить, — неуверенно проговорила Алка. — Дело в том, что завуч тойшколы Лариса Павловна Медянко моя старинная и очень хорошая знакомая. Толькоона сейчас не работает, на пенсии второй год.

— Так это же еще лучше! — обрадоваласьНадежда. — На пенсии, значит время есть, поговорить хочется…

— Ну тебе, конечно, виднее, — ехидным голосомзаметила Алка.

Надежда вздохнула и в который раз задала себе вопрос, за чтоона терпит Алку вот уже… дай Бог памяти, больше сорока лет. Вопрос этот былриторическим, поскольку ответа на него быть не могло.

— Позвони этой Ларисе Павловне, дай мнерекомендацию, — попросила она смиренно.

Но, очевидно, Алка что-то заметила в Надеждиных глазах,потому что поглядела с подозрением.

— Позвонить-то я могу, — протянула она, —только что я ей скажу? Кто ты такая, что расспрашиваешь о Сергее Ивановиче?

— Ну, — неуверенно заговорила Надежда, — вдетективных романах героиня всегда представляется частным детективом…

— Угу, книжек начиталась! — вскричала Алка. —Это только в детективах героиня скажет, что она — частный детектив, и людисразу же ей все рассказывают. А на самом деле попробуй скажи — тебя мигомподальше пошлют! Да еще и милицию вызовут! А если сказать, что ты из милиции,то Лариса Павловна документы потребует, а потом Сергею Иванычу позвонит — мол,что случилось, отчего это вами милиция интересуется… Она такая.

— Алка, а ты скажи, что я твоя хорошая знакомая исобираю материал для книги, — осенило Надежду, — ну к примеру, оботношении учителей и учеников, а также их родителей…

— Что? Материал для книги? — Алказахохотала. — Надежда, мои лавры не дают тебе покоя! Ты не забыла, что этоя пишу книгу?

— Да какие лавры? — не выдержала Надежда. —Ты пока еще ни строчки не написала, а уже возгордилась сверх всякой меры! Алка,опомнись! Написать книгу не так просто! А ты уже всем растрепала, так что еслиничего не выйдет, будет потом неудобно!

— Вот как ты, оказывается, обо мне думаешь! —вскипела Алка. — Не веришь, значит, в мои творческие способности? Вы сТимофеевым прямо как сговорились!

— А что, он тоже выражает сомнение? —полюбопытствовала Надежда.

— Мы с ним даже поругались! — сообщила Алка,намазывая очередной бутерброд. — И началось все, между прочим, в тоговечера, когда у тебя побывали. Всю дорогу он мне твердил, какая тызамечательная жена! Готовишь, за собой следишь, о Саше заботишься…