Искры из глаз - Марина Серова

— Спишь? Дай-ка я посмотрю, как ты это делаешь.

Охранник вошел в гараж и приблизился ко мне, продолжая светить фонариком прямо в лицо.

— Убери свет! — потребовала я.

Лампа была очень большой мощности и резала глаза, как электросварка.

— Что ты говоришь… — осклабился бандит.

Он перестал светить в лицо, зато луч фонаря пробежал по бедрам. Теперь я разглядела вошедшего человека — это был Еськов.

— Что ты делаешь? — возмутилась я.

— Просто смотрю.

Охранник подошел ко мне вплотную и протянул руку к моему колену.

Удар носком ботинка в грудь отбросил его назад. Фонарь упал на койку и продолжал светить. Но уже в оштукатуренную стену. Я соскользнула с кровати и двумя ударами в голову вырубила бандита, заставив «заснуть» на неопределенное время.

Затащив бесчувственное тело на лежанку, я приковала его наручниками. Причем сделала это похитрее, чем обошлись со мной, — защелкнула браслеты на внешней стороне перекладины, просунув наружу кисти парня. Если у меня была свободна одна рука, то охраннику не придется пользоваться обеими.

Я взяла в руки фонарь и обошла гараж. Наконец-то я буду знать, что здесь хранится.

Обнаружив небольшой моток алюминиевой проволоки, я примотала ноги охранника к койке. Теперь он не сможет двинуться с места. А рот ему завязала его же собственным безразмерным носовым платком. Если вздумает кричать, то мало в этом преуспеет.

Фонарик был неплохим приобретением, в темном месте он незаменим. Первым делом я посветила на левую кисть охранника, туда, где он носил часы. Половина третьего утра. Время почти соответствовало тому, когда я собиралась начать действовать.

Ключ от гаражной двери торчал снаружи. Так что я была избавлена от необходимости искать его, шаря по чужим карманам. Я заперла гараж, положила ключ в карман и направилась было к дому, но внезапно изменила свое намерение: решила посмотреть, что там с крышей, которую начала разбирать на куски.

Поравнявшись с предполагаемым местом высадки моего десанта с крыши, я посветила фонариком и увидела пролом. А рядом лежал остроконечный кусок, который я выломала. Если таким «наладить» кому-нибудь по башке — мозгов не соберешь.

Долго любоваться красотами крыши не пришлось, потому что сзади послышалось глухое рычание. Я обернулась медленно-медленно, как при соответствующей съемке фильма, и посветила фонарем. Передо мной стояла здоровенная немецкая овчарка.

— Пошла вон! — приказала я и дернула фонарем в сторону, будто хотела показать, куда именно псу нужно ретироваться.

Любая другая псина на ее месте отошла бы в сторонку и не мешалась под ногами. Но эта была не из самых умных, а скорее наоборот. И она кинулась на меня со всей дури.

Фонарь отлетел в сторону и погас, я оказалась лежащей на лужайке головой к кирпичной стене гаража. Схватив псину за шею, я старалась сделать так, чтобы овчарка не приблизила свою пасть к моей голове, а она надрывалась от лая, брызгая мне в лицо слюной.

И в этот момент что-то свалилось сверху и ударило собаку в нижнюю часть головы. Овчарка вякнула напоследок и закатила глаза.

Я ничего не понимала. Свалив с себя пса, я поднялась на ноги и стала шарить по траве, разыскивая фонарь. Наконец нашла его, но долго не могла включить, пока не потрясла как следует.

Смешно, но так иногда бывает в жизни: остроконечный кусок шифера «не выдержал» и сорвался-таки вниз, прямо на собаку. Мне повезло: если бы я не упала головой почти в самую стену и если бы меня не загородило тело собаки, он свалился бы на меня. И сейчас не овчарка, а я лежала бы здесь, закатив глаза.

В одном из окон дома на первом этаже зажегся свет. Послышались голоса. Я выключила фонарь и отпрянула за угол гаража.

Из дома вышли двое. Интересно, кто? Сам Панин, сопровождаемый кем-то, или же молодые бандиты?

— Паша! — раздался голос. Кто-то звал того охранника, которого я поселила вместо себя в гараже, превращенном в тюрьму.

Я решила отозваться вместо него, чтобы сбить парней с толку.

— М-м-м, — громко промычала я, сделав голос как можно грубее.

— Ты где?

— Все нормально, — сквозь зубы прошипела я.

— Где ты?!. — повторился вопрос.

Под звездами силуэты бандитов были видны неплохо, я разглядела, куда они движутся.

А двигались они в мою сторону. Впереди один, за ним другой. Но оружия у них в руках вроде бы не было.

Я стояла за углом и готовилась к большой драке.

Тот, кто шел первым, споткнулся в темноте о лежавшую собаку и, не удержавшись на ногах, рухнул на траву.

Я не стала больше ждать. Первым вырубила того, который оставался на ногах, нанеся ему удар ногой в голову. Пока второй поднимался на колени, я ударила его в шею.

Ребята притихли. У меня было достаточно времени, чтобы опознать лежащие тела. Козлов и Гуркин.

Я подтащила обоих к гаражу. Отперла дверь и перетащила их через порог. Пусть полежат, больше возиться с ними некогда. Жаль, наручников на всех не хватает. Затем заперла дверь. И тут обнаружила, что рядом с ней лежит крепкая палка. По всей видимости, ее подсовывали под ручку. Поэтому я и не смогла открыть дверь изнутри.

Прихватив фонарик, я пошла в дом, не зная точно, какое количество людей осталось в нем, как они вооружены и что именно сейчас делают.

Приоткрыв входную дверь, я прислушалась. Вроде бы все тихо.

Вот и хорошо.

Мне нужен сейф. Тот засекреченный ящик, в котором Олег Петрович Панин хранит свои сбережения на черный день. Судя по обрывкам фраз, собранным мною воедино, все деньги босса находятся именно здесь, в доме.

Я начала свое путешествие по дому. Комната, где вчера утром меня принимали в качестве «почетного» гостя, была заперта на ключ. Прекрасно понимаю, что сие необходимо, и не возражаю против этого.

На первом же этаже я нашла еще комнату для охраны, кухню, санузлы и кладовую.

Тихонько ступая, я поднялась на второй этаж. Наверху имелись четыре комнаты. Какая-то из них — спальня, еще три могли быть предназначены для разных целей. Скажем, спальня для гостей, кабинет и еще одна гостиная.

Все четыре комнаты были также заперты на ключ. Я не стала ломиться в них, решив начать тщательное обследование с первого этажа.

Я спустилась вниз и принялась колдовать над замком той самой большой комнаты, в которой состоялась милая беседа с Олегом Петровичем.

Странно, но в доме стояла абсолютная тишина. Никто не проснулся, что ли? Подозрительно…

Дверь открылась минут через пять после того, как началось наше с ней общение, и я оказалась в комнате, где подвергалась допросу с пристрастием. Заперев дверь изнутри, я включила фонарик. Все осталось на своих местах. Камин, мягкая мебель, стол, ваза, картина и другая мелочь. Еще вчера я видела, что никакого сейфа здесь нет, но что-то не давало мне покоя, в голове вертелся один и тот же сигнал: будь внимательна.