Осколки любимого сердца - Марина Серова

Илья Андреич очнулся на третий день, когда гроб с телом матери понесли к выходу. Молча поднялся и пошел следом, как был, в вытянутых на коленях трико и грязной рубашке… Его никто не остановил.

Маму похоронили. И все они стали учиться жить без нее.

Это получалось у них плохо. Вместе с маминой энергией («Живчик!» — всего какой-то год назад говорили о ней знакомые) из дома ушло и еще что-то очень важное. Сама атмосфера тепла и уюта, осознание того, что они — одна дружная семья, где каждый нужен другому, что друг без друга им ни за что не прожить…

* * *

— Да, но что же случилось тогда? Когда Саша пошла на свидание? — перевела я разговор ближе к теме, которая меня особенно интересовала.

— Дальше… Ну, Ромка, расскажи! — затеребила девочка своего друга. — Ты же все знаешь!

— Ну что рассказать, что? Ладно, коли уж начал…

Саша сбежала по ступеням подъезда к ожидавшему ее «Бентли». Облокотившись на открытую дверцу великолепного авто, рядом стоял и улыбался ей жемчужной улыбкой знающего себе цену мужчины ее сегодняшний спутник — сам Руслан Карманов!

— Ты прекрасна, спору нет, — сказал он вместо приветствия. И улыбнулся.

— Я опоздала?

— Ровно на столько, на сколько это могут позволить себе красивые девушки.

Он распахнул дверцу пассажирского сиденья, и девушка юркнула в салон, надеясь, что парень не заметил, как запылали у нее щеки. Опустив ресницы, Саша боковым зрением наблюдала за Русланом. Не красавец. Даже не высокий — до сих пор девушке нравились именно высокие мужчины… А в знаменитом Карманове было не более метра семидесяти. И еще у него очень близко посаженные глаза, конечно, это предубеждение, но, наверное, именно из-за этого свойства Саше казалось, что глаза у парня все время лгут…

— Куда мы едем? — спросила она робко.

— Это важно? — не отводя глаз от дороги, ответил вопросом на вопрос Руслан. И вдруг положил руку ей на колено, пройдясь вороватыми пальцами по ноге и внутренним сторонам бедер.

Девушка не то чтобы обмерла или испугалась, но все-таки была неприятно удивлена. Она никак не ожидала такого стремительного начала. Всего лишь вторая встреча… И первое свидание… Ее кольнуло неприятное чувство.

— Не то чтобы важно… Просто не люблю неожиданностей, — ответила она, осторожно снимая с колена короткопалую, поросшую густыми рыжими волосками, руку.

— Даже приятных?

— Ну… Приятные, наверное, люблю, — призналась Саша.

— Приятные — любишь? Ишь ты, девочка-сладкоежка, — ответил Руслан непонятно. Ей послышалось или в его голосе действительно мелькнули какие-то сальные интонации?

— А если я сейчас предложу тебе заехать на квартиру… скажем, одного моего друга, который, допустим, в командировке… на всю ночь, допустим, в командировке. Если я тебе это все предложу, то это как — приятная будет неожиданность или неприятная?

— Я не понимаю, о чем вы говорите. Вчера речь шла о ресторане… то есть о ночном клубе… Мы же хотели потанцевать?

— Детка, давай-ка называй меня на «ты», — поморщился Руслан. — Я хоть и старше тебя немного, но не сказать же, что прям в отцы гожусь, верно? Хотя… это, наверное, приятно — быть отцом такой аппетитной попки, как у тебя.

— Что?

— Милашка ты, говорю.

Миновав шумный проспект и рабочие кварталы, они выехали на шоссе и оттуда — в центр города. Руслан был очень уверенным, даже хамоватым водителем. Подрезав две дешевые иномарки и обойдя две другие машины посолидней, он проделывал какие-то замысловатые виражи и получал явное удовольствие, когда какой-нибудь чахлый «жигуленок» сползал в кювет или врезался в бордюр заграждения.

— Надо уметь расслабляться! — кричал он Саше в самое ухо. — Настоящий мужик должен вкалывать через «Ах!» и расслабляться через «Нах!», — добавил он очевидную, на Сашин взгляд, глупость и заржал, оскалив зубы и высоко закидывая стриженую голову. Ее опять передернуло. — Ты чего это такая строгая, а, малышка? Пойдем-поедем, развеселимся, расслабимся, разомнемся перед приятными упражнениями.

— Какими упражнениями? — пробормотала Саша.

— Физическими! — Руслан игриво хлопнул ее пониже спины. — Ну что ты, в самом деле, девочку тут из себя строишь? Можа, тебе допинг нужен? Так это мы в два счета организуем…

Она вдруг заметила, что они очень быстро выехали за пределы города. Замелькали пригородные коттеджи. «Наверное, он хочет срезать путь, чтобы побыстрее при-ехать. Все-таки уже поздно… — подумала Саша, отметая внезапно взявшее ее сомнение. — Нас видели люди во дворе, соседи, ребятня на детской площадке… Все они в случае чего могут подтвердить, что я уехала именно с Русланом. Ничего плохого не случится. Нет, не случится, просто не может случиться…»

Она пыталась себя в этом убедить, но получалось не очень… Шоссе было очень плохо освещено, и девушка совсем не понимала, по какому именно маршруту они едут. Она видела только живую стену из деревьев по правую сторону дороги и пустырь, по которому скоро замелькали редкие одноэтажные домишки, — по левую.

Вдруг машина остановилась. Не говоря ни слова, Руслан хлопнул дверцей авто, обошел «Бентли» спереди и открыл дверь с Сашиной стороны.

— Куда мы приехали? — спросила девушка, со страхом вжимаясь в сиденье.

— В хорошее место. Здесь всем хорошо и все получают друг от друга удовольствие. По крайней мере, я-то уж точно свое удовольствие получу. А если будешь хорошей девочкой — то и ты тоже.

Как будто не слыша ее протестующих криков и мольбы, он резко вытащил, нет — выволок девушку из машины и хорошенько встряхнул. В неясном свете фар она увидела очертания какого-то большого деревянного дома с мансардой. В нижних этажах горел свет.

Парень крепко держал Сашу за плечи, сдерживая ее сопротивление. Потом вдруг наклонился и больно поцеловал прямо в губы, запустив широкую ладонь в волосы пленницы. Девушка вдруг услышала мерзкий, исходивший от него запах кислого пота и чуть не потеряла сознание от охватившего ее приступа тошноты.

— Отпусти меня! Пожалуйста, отпусти меня! — умоляла она.

— Не сейчас, цыпочка, не сейчас. Сначала мы с тобой чуток поработаем, а потом ты будешь свободна, как птичка. Ну согласись же, несправедливо будет, если ты не дашь мне сегодня небольшого подарочка. Я тебя возил, я тебя поил, я тебя кормил, тратил на тебя время и кровные свои деньги — тебе придется отработать хотя бы половину… На большее я не претендую. Но свою половину я получу. Я привык всегда получать то, чего хочу. Такое у меня воспитание.

Говоря это, причем слова произносились откровенно издевательским тоном, он, заломив Саше руку, силой вел ее к высокому деревянному крыльцу. Где-то вдалеке раздался шум удаляющегося поезда. Залаяла собака. Руслан толкнул незапертую дверь, провел плачущую Сашу темным коридором, где стоял тяжелый влажный воздух, пахло березовыми вениками и смолой. Пнул ногой вторую дверь.