Добро пожаловать в ад - Марина Серова

Порядок – я отряхнула руки, испытывая легкие угрызения совести. Затем заперла дверь, выходящую в коридор. Вся операция с поваром заняла не больше трех минут – отлично, Таня!

Довольная собой, я скинула куртку и ботинки, облачилась поверх своих брюк и кофты в поварскую пижаму, нахлобучила на голову колпак, заправив под него кукольные черные пряди парика. Затем я положила пистолет в сумку и спрятала все свои манатки под раковину за дверцы. Плиточный пол леденил мои пятки через тонкие носки, но я же не могла выступать на своих каблуках в роли повара. Китаец слабо мычал и дико вращал глазами.

– Потерпи, родимый, скоро выпущу! – сказала я, уставляя поднос чашечками с салатами. – Вот эти, что ли, заказывали? Или эти?

Он закивал, и я поставила нужные чашки. С горячим мне придется сложнее – в кастрюльке что-то плавало, должно быть, соус. Я, конечно, большим кулинарным опытом не обладала, но могла допетрить, что соус идет ко второму.

Затем я с подносом и замирающим сердцем нырнула в темноту за дверью. Там оказался небольшой предбанник, где у меня тут же выхватили из рук поднос и недовольно проворчали:

– Шевелись быстрее, второе пора подавать!

Затем невидимый официант отдернул занавеску, и в полоске мелькнувшего света я мгновенно узрела всю компашку, сидящую за длинным столом. Во главе восседал Дато. Я успела заметить, что Абзац с видом побитой собаки сидел без тарелки в дальнем углу. Мелькнула еще какая-то знакомая фигура, но я не успела ее толком разглядеть. Возвращался официант, и я пошла за вторым.

Вторых блюд было приготовлено и разложено четыре порции. Все их я щедро полила соусом из кастрюльки, причем китаец задергался в страшных конвульсиях и попытался что-то там замычать.

Я поняла, что сделала что-то не то, – видимо, соус надо было подливать не сюда, или это вообще не соус, или его вообще не надо. Но не могу же я его вылить обратно с тарелок? Сойдет и так. Не отравятся. Хотя хорошо бы было! А я вовсе не обязана услаждать вкусовые ощущения Дато!

Возня с переставлением тарелок навела меня на мысль прилепить «жучок» ко дну тарелки, немного сбоку, под возвышающейся ее частью. А чтобы ушлый бандит его не обнаружил, я отлепила с новенькой кастрюльки лейбл «Цептера» и закрыла им «жучок» на тарелке.

Тарелки с подгаженным горячим и «жучком» благополучно были отправлены на стол, причем, наблюдая за официантом, я поняла, что «жучок» достался именно главарю. Хотя я и так всех отлично услышу. Официант занял свое место за занавеской и бросил мне:

– Рыбу через полчаса. В соусе.

Ах вот для чего соус! А я, интересно, куда его налила? Однако хрен с ним, с соусом, теперь у меня есть восхитительные полчаса в наушниках!

Я уселась на стул, наладила приемник и надела наушники. Конечно, был риск, что сюда запрется официант, но без риска мою профессию не представишь никак. И без подобных парадоксальных ситуаций! В уши полился низкий голос с грузинским акцентом:

– Плохо паступаешь, Абзац. И ты, дарагая, плохо! Бог вас накажет – молодые еще, глупые! Я даверие аказал – тебя, бабу, взял в дело! Никагда не брал! Бабе место дома, с детьми.

– Ну, Дато, – раздался голос Светы. – Ну ты же знаешь, на меня можно положиться! А все этот говнюк, все он!

– Свэта, что за лэксикон! – раздался бас этого грузинского филолюба. – Нэльзя же вэчно оставаться торговкой из пивного ларька, откуда я тэбя выцепил. Нэ забывай, дэвочка!

– Я ничего не делал! – раздался испуганный глас Абзаца.

– Вот именно, дарагой, вот именно! Ты задание получал не мокрухой заниматься! – сказал Дато. – Твое дело было въехать на доверии в квартиру врача и уж потом любой ценой доставить нам наш заказ. И ты, Свэта, должна была ему в помощь также получить законный доступ в квартиру. А что надэлали вы? Одын спит с женой, другая спит с мужем, а что в итоге? Кто убил врача? Теперь ваше дело – это узнать! Теперь будут мэнты, шумиха, его баба все барахло вывэзет и спрячэт, и ваабще канцов не найдешь!

– Мы все исправим, Дато, все найдем! – сказала Света.

– Нэ знаю, как уж тэперь вам вэрить. Асобэнно тэбе – сабака наемная, – проревел грузин, относя последние слова, видимо, к Абзацу.

Мое сердце давно трепыхалось где-то в животе, ухая и проваливаясь. Я была пока не в состоянии анализировать услышанное. Благо работала запись.

– Тэбя, Абзац, я взял на чистое дэло, а ты его своими грязными руками замарал, – продолжал делать вливания вор в законе. – И дело-то было фиговое: войти в доверие к жэне врача и доставить нам всэ их статуэтки. Ну что сдэлать с тобой после этого?

– Дато, ты не забывай, – вставила Света, – это же именно я сообщила вам об этой коллекции! Я вытрясла всю информацию из Целикова! Я старалась, но и Абзац не виноват! Мы сами обалдели, когда его крякнули!

– Кароче, – мне в ухо опять врезался грузинский бас. – У вас абоих есть сутки, чтобы доставить нам всю каллекцию вместе с тем, кто убил врача и пасмел пэрэбэжать нам дарогу! Панятно гаварю?! А если нэ будет, то ты, Абзац, рой сэбэ яму. Сам рой на Кумысной палянэ!

– Почему только себе? – возмутился Абзац.

– Патаму что я с жэнщинами нэ ваюю! – И тут Дато разразился жутковатым глухим хохотом, отчего я мурашками покрылась изнутри и снаружи. А Света довольно подхихикнула. У нее-то, похоже, все было схвачено. Вот что случается с женщинами, у которых муж уезжает на три дня. А может, у нее и вовсе никакого мужа нет?

– Все сделаем, Дато, весь город перевернем, всех ребят на ноги поднимем, всех ментов на уши поставим, – заверила обнадеженная Света.

Да, не везло Целикову с женщинами, хоть ты плачь. Вот и эта ему как следует промывала мозги.

– А главное, знать, кто пасмел пэрэйти дарогу, кто замочил врача! – внушал главарь. – И все статуэтки найти до единой. Поняли, пан Кшиштоф ждет. Мой коллега из Польши, хозяин игорных домов в Европе, мой друг и коллекционер – я давно обэщал ему эту коллекцию в обмен на... Ну, у нас свой интерэс. Его рэбята так нэ работают плохо, как вы. Паэтому его рэбята много дэнег палучают, а вы получите кое-что пахуже! Да, пан Кшиштоф? – обратился Дато к невидимому пану. Видимо, это тот длинноносый. Вот кому позарез нужно это добро.

– Дорогой пан Дато, – с сильным акцентом сказал таинственный коллега Кшиш-тоф. – Я, конечно, еще подожду, но и ваши дела в Европе тоже пока подождут. Счета в банке пока заморожены. Пока... вы сами знаете что. Эта Диана – за ее головой я охотился по всему свету, Езус-Мария! Она была в прошлом веке во Франции, в доме барона де Лаваля, затем попала в Россию, и ее след затерялся. За ней охотились все коллекционеры. И вот вы мне показываете ее фотографию в доме обычного врача, о Езус-Мария!

Я чуть не свалилась со стула в наушниках: подумать только, какие у меня дома раритетные ценности!

– И заметь, Дато, – опять встряла Света, – фотографии доставила я. Я их стащила у Целикова.