Самая последняя правда - Марина Серова

Видимо, как во мне неискореним был дух сыщика, так в Людмиле Захарченко господствовал дух администратора, которая, хоть и желала искренне помочь подруге, в первую очередь блюла интересы бизнеса, которым она занималась.

– Я не публичный человек, – ответила я. – Так что жить предпочитаю уединенно.

– Ну и живи себе, пожалуйста, – милостиво разрешила Людмила. – Но тебе, как я понимаю, вначале нужно сделать ремонт, чтобы устранить последствия твоих сегодняшних бытовых неудач.

– Ладно, – вздохнула я. – Вызову ремонтную бригаду. А насчет временного поселения в ваших апартаментах… ты меня, пожалуй, уломала!

– Вот и отлично, – обрадовалась Людмила, уплетая бифштекс под грибным соусом, пока я вяло ковыряла вилкой котлету по-киевски. Не то чтобы котлета была невкусной, скорее наоборот, просто печальные события, постигшие меня дома, отнюдь не прибавляли аппетита. – Поезжай туда прямо отсюда, я им позвоню и обо всем предупрежу. Сегодня там дежурит Анжела, она все сделает в лучшем виде.

– Но я даже вещи не собрала!

– Ой, тебе там все дадут! – замахала руками Захарченко. – И халат, и тапочки, и полотенце, почувствуешь себя как дома, даже лучше, в тысячу раз!

Людмила вся прямо светилась от радости. Я, вообще-то, не страдаю подобным восторженным идиотизмом, но все-таки, надо признать, немного успокоилась, приняв это решение. И даже с большим аппетитом доела второе блюдо, а за десерт принялась и вовсе с удовольствием. Но при этом я не забывала о скрытой цели своего визита в «Эльф». Когда к нам подошла молоденькая официантка в белом фартучке поверх форменного платья, я обратилась к ней с любезной улыбкой:

– Моя подруга не зря говорила, что у вас лучшее кафе в городе!

– Спасибо! – улыбнулась девчонка.

– Вы каждый день работаете? Тяжело, наверное?

– Нет, мы меняемся, – простодушно сообщила девушка.

– А вчера вы работали?

– Да, – немного удивленно произнесла она. – А что?

– Ничего особенного, просто… – я заговорщически подмигнула ей. – Мы тут поспорили с подругой на две тысячи рублей, – небрежно кивнула я в сторону Людмилы. – Не стану объяснять вам суть нашего спора, но если вы ответите мне буквально на пару несерьезных вопросов, я его выиграю. И тогда десять процентов – вам, за помощь.

Я достала две сотенные бумажки и положила их на край стола. Девушка несколько напряглась. Людмила смотрела на меня настороженно, но молчала, видимо, впав в легкий ступор из-за моего беспардонного вранья.

– Ничего страшного, успокойтесь, пожалуйста, – поспешила я с улыбкой заверить их обеих. – Речь идет о третьей нашей подруге, насчет нее у нас и возник спор. Я говорю, что она в городе, а вот Людмила утверждает, что она уехала. А я только сегодня созванивалась с ней, и она сказала, что вчера была у вас. Помогите нам, пожалуйста!

И я, не прекращая лучезарно улыбаться, извлекла из сумочки одну из фотографий, на которой была изображена Ирма в компании Виктории.

– Я помню эту женщину, – сразу же указала девушка на Суханову. – Хотя и не обслуживала ее. Она вчера сидела за одним из центральных столиков, по-моему, вон там, – она показала рукой. – Ее обслуживал Игорь, но у него сегодня выходной.

– Она все время была одна?

– По-моему, да. Но сидела долго, ушла уже в девятом часу. Мы еще обратили внимание на то, что она сделала заказ, но ничего не ела. Наверное, ждала кого-то. Но потом она все-таки попробовала пару блюд и ушла. К десерту даже не притронулась.

– А вторую девушку вы видели когда-нибудь? – показала я на Ирму.

– Нет. Во всяком случае, не помню. Но вчера ее здесь точно не было.

– Спасибо, – поблагодарила я, протягивая ей две сотни. Небольшая, конечно, сумма, но за услугу на три минуты – вполне достаточная. К тому же моей заказчицей была Екатерина Михайловна Малеванная, а она вовсе не принадлежала к числу слишком богатых людей. Я стараюсь блюсти интересы своих клиентов и не сорить их деньгами направо-налево.

Официантка пожала плечами, быстро взяла деньги и отошла. Людмила смотрела на меня во все глаза.

– Ну ты даешь! – протянула она. – И зачем тебе это понадобилось?

– Работа, матушка, работа, – небрежно отозвалась я. – Что ж, теперь я могу с чистейшей совестью отправляться в твои владения.

– Да-да, пойдем, – закивала Захарченко и встала из-за стола.

* * *

Ночь в парк-отеле «Богемия» прошла чудесно. Мне предоставили номер «Люкс улучшенный с полупансионом». Номер мне понравился, обслуживание тоже было на уровне, всем необходимым меня снабдили, даже сверх надобности, так что, едва лишь за коллегой Людмилы закрылась дверь номера, как я с удовольствием растянулась на свежей простыне и, немного подумав о сегодняшнем дне, полном противоречивых впечатлений, быстро уснула, потому что звонить в службу, предоставляющую ремонтные услуги, все равно было уже поздно. Засыпала я с приоткрытым окном, с наслаждением вдыхая аромат хвойных деревьев, растущих во дворе, и думала, насколько он приятнее запаха французских духов. К тому же в сочетании с растворителем…

Завтракала я в кафе на первом этаже, ощущая удовольствие оттого, что мне не нужно тратить время на бытовые проблемы. Потом я вернулась в свой номер, чтобы наметить план действий на сегодняшний день.

Вначале я позвонила Екатерине Михайловне, коротко отчиталась перед нею по поводу вчерашнего расследования и поинтересовалась, нет ли новостей. Увы, об Ирме по-прежнему не было ни слуху, ни духу. Никаких звонков или писем с требованиями выкупа им тоже не поступало.

Похоже, пришла пора наведаться в милицию. Мне требовались дополнительные сведения, добыть которые самой мне было бы сложно, а продолжать расследование, не располагая ими, – еще сложнее. В сущности, мне было не так уж важно, к кому и в управление какого района обратиться, поэтому, мысленно перебрав все возможные кандидатуры друзей-приятелей, я остановилась на Андрее Мельникове. Это был один из моих старейших друзей еще со времен юности, дослужившийся до подполковничьих погон и даже надеявшийся в ближайшем будущем получить полковничьи.

Мне нравилось с ним сотрудничать, в первую очередь потому, что Мельников отличался от других работников милиции некоторым тактом и интеллигентностью, что в сочетании с присущей все-таки многим представителям силовых структур грубоватостью и прямолинейностью создавало некий шарм, который был мне вполне по душе. Впрочем, как мужчина Андрей интересовал меня в последнюю очередь – собственно, как и я его. К тому же он был глубоко и прочно женат. Между нами всегда существовали чисто дружеско-партнерские отношения. Может быть, именно поэтому они и длились так долго.

Словом, отбросив всяческие колебания, я набрала его рабочий номер и, услышав знакомый, несколько вальяжный баритон, скороговоркой проинформировала друга, что через полчаса я окажусь в его кабинете. Тот, не успев толком ничего понять, принялся было выяснять подробности, но я уже положила трубку. Незачем тратить время на дополнительные пересказы, все равно я все изложу ему при встрече, по порядку.