Умри богатым! - Дарья Калинина

Дорога не отняла у Мариши много времени. В самолет людей пригласили на посадку без опоздания. Мариша приятно провела время в полете, дремля над книжечкой, которую она даже не начала читать. И уже на следующее утро Мариша стояла у дверей отделения милиции, где надеялась на помощь и поддержку сотрудников.

Как очень скоро оказалось, зря она на нее надеялась. По непонятной причине все сотрудники небольшого отделения дружно и не сговариваясь приняли Маришу за присланного из столицы ревизора. И даже билет из Питера, который Мариша совала им всем подряд под нос, и рассказанная ею история об их убитой соотечественнице ничуть не убедили их.

Поэтому с Маришей разговаривали вежливо, но помочь ей отказались категорически.

– Вы же посторонний человек, поймите это! – твердили опера в один голос, испуганно таращась на деньги, которые Мариша им протягивала. – Мы не имеем права давать адреса проживающих в нашем городе граждан. И помогать вам в ее поисках не имеем права! Мало ли с какой целью вы интересуетесь этой Уткиной! Может быть, вы ее убить хотите?

– Так ведь она уже мертва! – злилась в ответ Мариша. – Сколько раз вам повторять?! Мертва! Мертвешенька!

– Или ограбить ее захотите! – твердили эти идиоты.

– Хотела бы, так еще в Питере бы ее ограбила. Пока она жива была! Дайте адрес!

– И не просите даже!

– Я же не бесплатно прошу. Я вам заплачу!

– А за взятку мы обязаны отправить вас за решетку! Так что спрячьте лучше скорее ваши деньги. Мы взяток не берем!

В конце концов Мариша поняла, что если она станет настаивать и дальше, то и в самом деле может оказаться за решеткой. И она отступила. Такое в ее жизненной практике случалось впервые, чтобы людям предлагали деньги, а они бы их не брали! Но, видимо, брянские менты крепко держались за свои места. И страх потерять их был сильнее жажды наживы.

Или они в самом деле были такими неподкупными и честными? При мысли об этом Мариша почувствовала себя как-то неуютно, словно она отстала от времени на много десятков лет и оказалась совсем в другом веке. Это что же за страна такая, если менты в ней не берут взяток?! Совершенно невозможно себе такое даже представить! Мариша выросла в то неспокойное время, в середине девяностых годов, когда взятки брали все. И еще радовались, что с ними поступили церемонно и предложили взятку, а не выпустили сразу же пулю в лоб.

Выйдя из отделения милиции на улицу, Мариша растерянно огляделась по сторонам. Она совершенно не представляла, куда ей направиться дальше. Приставать к прохожим, чтобы они помогли ей делом или советом? Возможно, за неимением лучшего плана Мариша этим и занялась бы, но внезапно услышала у себя за спиной сдавленное покашливание. А обернувшись, она увидела симпатичного парня в форме брянской милиции.

– Вам Уткина нужна? – шепотом спросил он. – Мила? Я верно понял?

– Верно! А вы ее знаете?

– Знал, – поправил ее парень. – Вы ведь сказали, что Люда убита. Правда это?

– Чистая правда!

– Я вам верю, – неожиданно горько произнес мужчина. – У Люды на роду было написано – от чужой руки умереть. Ей еще гадалка это в детстве нагадала.

– И вы поверили этой гадалке?

– Почему нет? Ведь все, что старуха сказала, – все у Люды в жизни в точности исполнилось. Так почему же и последнему пророчеству не сбыться?

Мариша пожала плечами. У нее тоже была бабушка, которой колдун еще в ее далекой юности напророчил, что будет у нее двое родных детей и один приемный мальчик. Напророчил он ей также двух убитых на войне сыновей и дочь, которая благополучно переживет войну и останется с ней и в свое время подарит ей внучку.

И вся бабушкина жизнь сбылась именно так, как предсказал ей этот чародей! И сыновья погибли. И дочь родила внучку – Маришу. И еще много разных деталей было предсказано, и все они тоже сбылись. Вот только с годом смерти старый колдун ошибся. Сказал, что бабушка едва дотянет до семидесяти. И когда бабушке исполнилось семьдесят, она легла в кровать и принялась ждать своей смерти. Из дома никуда не выходила, ждала. И ждала она еще долгих восемь лет, умерев, скорее, не от болезней, потому что ничем она и не болела, а просто-напросто устав ждать свою кончину.

Так что сама Мариша относилась к предсказаниям колдунов и экстрасенсов неоднозначно. Далеко не всем им суждено сбыться. Но сейчас она удивилась:

– Извини, а откуда тебе-то известны такие подробности о жизни Милки?

– Так мы с Людой в одном классе учились! Это потом она уже с Дятлом связалась, а позже и со Жгутом снюхалась. Кабы деньги ей ум не застили, мы бы сейчас с ней давно уже женаты были. Небось и детишек бы уже народили. И внучков бы дождались.

И парень тяжело вздохнул. Присмотревшись к нему, Мариша поняла, что он совсем не так молод, как ей показалось вначале. Впечатление юного мальчика он производил потому, что был мелким и щуплым. А маленькая собачка, как известно, до старости щенок. Парнишка едва доставал Марише до плеча. И как такого заморыша взяли в милицию? Уму непостижимо!

– Батька у меня в милиции работает, – словно отвечая на ее вопрос, пояснил молодой человек. – Вот и меня туда же пристроил. Служба неплохая, жаловаться не стану. А вы правду говорите, что Люду убили?

– Убили.

– А кто?

– Это я и приехала выяснить. В ее убийстве обвиняют мужа моей подруги. Но он клянется, что этого не делал.

– Так вы – частный детектив?

– Детектив-любитель, – поправила его Мариша. – Официальных корочек не имею. Так что…

И она развела руками.

– Ну и не надо! Ну их, эти корочки! – отмахнулся парень. – Вы лучше скажите, сюда, к нам, зачем вы приехали? Люду ведь не тут убили!

– Так я хочу о Люде поподробнее узнать. Что она за человек была? С кем зналась? Ты можешь мне помочь найти ответы на эти вопросы?

Молодой человек задумался. А потом внезапно махнул рукой:

– А, пошли! Вообще-то, я сегодня на дежурстве, но плевать. Влепят выговор, так ведь не каждый день человек с такой новостью приезжает! Пошли, покурим и поговорим.

Мариша не курила. И крайне неодобрительно относилась к этой пагубной привычке. Ведь курильщик травит не только самого себя, он еще и отравляет приличную по площади зону вокруг себя. И совсем даже не курящие люди вынуждены нюхать и вдыхать ядовитый дым. А потом – тяжело болеть, даже раком.