Ад под ключ - Наталья Андреева

— Атака была внезапной, — согласился Сажин. — Что показательно: накануне состоялись важные переговоры, в результате которых «БуЗа» заполучила влиятельных союзников. Все уже практически сложилось. И вдруг убирают координатора. Это …опа, — вырвалось у Сажина. — И как из нее выбираться, я пока плохо себе представляю. Хотя я, конечно, справлюсь. Но мне нужно знать, кто его убил.

— Чем я могу помочь? — напряженно спросил Биткоин.

— Когда расшифруют записи с видеокамер, составь график передвижения каждого, кто имел доступ на четвертый этаж, — сказал ему Алексей.

— Хорошо, — с явным облегчением кивнул Волков.

— Больше вы с Ханом не виделись, кроме как в ресторане? Не разговаривали?

— О чем? — слегка удивился Павел. — Он ведь в компах не шарит.

— Ну, мало ли. Может, он спускался в дата-центр? И потому что не шарит, позвал с собой тебя.

— Что Хану делать в дата-центре? — еще больше удивился Биткоин.

— Я просто задаю наводящие вопросы.

— Не понял… — Павел еще больше покраснел. — Ко мне что, какие-то претензии?

— Тукаева предположительно столкнули с крыши, — внимательно посмотрел на него Алексей. — А туда имеют допуск лишь топ-менеджеры.

— Я не был сегодня на крыше! — возмутился Волков.

— То есть ты весь день находился на своем рабочем месте? — уточнил Алексей.

— Это что, допрос?! — взвился Павел. — По какому праву вы меня подозреваете?!

— Успокойся, дурашка, — ласково сказал ему Сажин. — Сейчас всех будет допрашивать полиция. Так что ты на кошках-то тренируйся. Не был так не был. Все видеозаписи сейчас изымут. И тот, кто, кроме Хана, поднимался с пяти до семи на четвертый этаж, рано или поздно будет вычислен.

— Я там не был! — резко ответил Павел.

— Ты ничего не хочешь нам сказать? — также ласково спросил Алексей.

— Нет.

— Уверен?

— Я же не знал, что его убьют!

— Не понял? — они с Сажиным переглянулись, и тот подался вперед:

— Поясни, Паша: что ты имел в виду? Что значит, не знал?

— Да ничего я не имел! — Биткоин напрягся и побагровел. Теперь его щеки были свекольного цвета. — Я не виноват, честное слово! — по-детски заканючил он.

«Отпусти его», — взглядом посоветовал Сажину Алексей. Дмитрий Александрович нахмурился, но замолчал. Откинулся на спинку кресла и стал изучать опущенные жалюзи, словно пытаясь отыскать на них невидимые узоры.

— Тебе предстоит серьезно поработать, — мягко сказал взъерошенному Биткоину Алексей. — Нам необходимо выяснить все передвижения членов правления в период с пяти до четверти седьмого.

— Это пожалуйста.

— Включая тебя.

— Я-то тут при чем? — опять занервничал Павел. — Я же сказал, что весь день был у себя!

— А чего тогда кипятишься? — миролюбиво спросил Сажин. — Не виновен, значит, флаг тебе в руки. Будешь работать здесь. Как только вернется Леня с флешкой, садись за комп — и вперед.

— Да я и сам могу взять эти записи, — Биткоин понял, что сказал лишнее, и осекся.

— Вот они, крутые программеры, — усмехнулся Алексей. — И как их взять за …опу, а, Сажин? Мальчишка везде уже влез. Не дожидаясь Дымова и санкций на взлом системы. Это ведь его карманная фирма, «БуЗа», которую ты, Дмитрий Александрович, считаешь своей.

— Никуда я не лез, — сморщил курносый нос Биткоин. — Чего вы до меня докопались?

— Ладно, иди, — кивнул ему Алексей. — Попей кофейку, ночь будет долгой. Нам с Дмитрием Александровичем надо посекретничать.

Биткоин, все так же обиженно сопя носом, ушел.

— Это он? — в упор спросил у Алексея Сажин, когда за сисадмином закрылась дверь.

— Он был сегодня на крыше, — задумчиво сказал Алексей. — Очень уж рьяно Павел это отрицает. А вот зачем он поднимался в секретную переговорку?

— Скажи лучше: зачем ты его отпустил? — сердито спросил Сажин. — Мы его почти дожали.

— Ошибаешься. Мальчишка ушел бы в несознанку. Потому что он, похоже, влез в систему, не дожидаясь, пока его прихватят. Хорошо, если он стер только себя. Вот ведь влипли! Форс-мажор, Сажин. Твой сисадмин либо сам замешан по уши, либо кого-то покрывает.

— И что делать?

— Действовать по старинке, — пожал плечами Алексей. — Ходить по отделам, спрашивать, сопоставлять, ловить на нестыковках в показаниях. Полиция этого делать не станет. Они изымут записи с видеокамер и, недолго думая, задержат того, кто поднимался на четвертый этаж в период, когда оттуда, с крыши, слетел Хан. Как только получат заключение экспертизы, надо установить время смерти как можно точнее. Но после разговора с Биткоином, я боюсь, моим бывшим коллегам ловить нечего. С системой видеонаблюдения успели поработать. Это теперь фальшивка, Сажин, записи с видеокамер в лифтах.

Сажин встал. Он был зол.

— Что происходит в моей «БуЗе», а? Полгода не прошло, а уже начались проблемы. Мы еще толком и сделать ничего не успели, как ударили в самое уязвимое место. Остальным несложно найти замену, но только не Хану. Он был моим… — Дмитрий Александрович запнулся. — Нет, не другом, конечно. Мы слишком разные. Правой рукой. Нас многое связывало. Своего рода кодекс чести. Я знаю, тебе смешно это слышать, но Хану я доверял, потому что он знал, чем обязан мне.

— Сажин, не стоит так уж доверять блатным, — тихо сказал Алексей. — Поверь, у меня криминального опыта гораздо больше. Хан был далеко не в восторге от того, что за ним долг. И не деньги — жизнь. Такие долги тяготят. Уверен, что Хан искал способ с тобой рассчитаться. Я обещал тебе к утру назвать имя убийцы. Но после разговора с Биткоином попрошу отсрочку. Потому что записи из лифта либо подкорректированы, либо уничтожены. Почему Павел это сделал, я выясню.

— Ты именно на Волкова откопал компромат? — в упор спросил Сажин.

— Да. Все дело в «Ямахе».

— В мотоцикле? — удивился Дмитрий Александрович.

— Езда на сумасшедшей скорости до добра не доводит, — вздохнул Алексей. — Но парень это понял слишком поздно.