Парад женихов - Дарья Калинина

– Ваш дядя – Никитин Александр Васильевич, скончавшийся две недели назад при невыясненных обстоятельствах.

И снова появлялся этот Никитин!

Ната покачала головой.

– Вы ошибаетесь. Да, я знаю, что у меня был дядя с таким именем, но он умер много лет тому назад.

– Ваша семья хотела так думать. Ваша мать и ваша тетя сочли своего брата Александра мертвым, потому что иначе им было бы слишком сложно принять его живым.

– Я вас не понимаю.

– В конце восьмидесятых ваш дядя угодил под маховик советских репрессий в отношении частного бизнеса. Коммунистическая партия никак не хотела признавать за гражданами своей страны права трудиться не только на общее благо, но и на собственное обогащение. Всякое частное предпринимательство осуждалось, и весьма строго.

– Да, я знаю об этом, но ведь это было страшно давно!

– Ваш дядя оказался в числе последних, кого судили в СССР за экономические преступления. Всего спустя полгода прежний режим рухнул, но тюремный срок вашим дядей был уже получен. И ему даже пришлось отсидеть некоторую его часть. Вашему дяде еще очень крупно повезло, потому что статья, по которой он шел, была расстрельной.

Ната прикинула, в СССР расстреливали исключительно предателей Родины и проворовавшихся директоров заводов, магазинов и торговых баз. Но чтобы человека расстреляли за экономические преступления, нанесенный им ущерб народному хозяйству должен был измеряться сотнями тысяч советских рублей. В стране, где машину можно было купить тысяч за десять – это были очень серьезные деньги.

– Значит, дядя проворовался, и его посадили, – пробормотала она. – Что же, это укладывается в мои представления о том, что он был за человек.

– А ваша семья решила, что иметь дело с уголовником они не хотят, и поспешила объявить его мертвым.

– Что же, это многое объясняет.

– Ваш дядя освободился, но не пожелал объявлять об этом. Он затаил глубокую обиду на сестер и родителей, которые не только не поддержали его в трудную минуту, но даже вовсе вычеркнули его из своей жизни. Однако время шло, он богател, а наследника, которому мог бы оставить свое состояние, у него так и не появилось.

– Дядя не был женат?

– Был. И трижды.

– И у его жен не было детей?

– Каждая супруга поспешила принести вашему дяде по одному ребеночку.

– Так почему же вы говорите, что наследников нету? Эти дети умерли?

– Живы и вполне благополучно здравствуют по милости вашего дяди, который не пожелал оставить своих бывших жен в бедственном положении и взял на себя заботу как о них, так и об их детях.

– Не понимаю. Разве это были не его дети?

– К сожалению, своих детей женщины рожали от других мужчин. Ваш дядя заказывал генетическую экспертизу, по результатам которой становилось ясно, что он в очередной раз стал жертвой обмана. Когда это случилось в третий раз, дядя сказал, что больше не желает связываться с женитьбой на очередной распутнице. У него есть племянник и племянница, которые и получат все, чем он владеет.

– Но дети, даже если они были рождены не от дяди, но в законном браке, все равно являются его наследниками первой очереди.

– Для этого, Избранное мое Дитя, и существует такая вещь, как завещание. Ваш дядя был в здравом уме, он оставил своим женам и их детям достаточное содержание, они до конца своих дней не будут ни в чем нуждаться, но основную массу наследства он оставил вам с братом.

– А теперь мне одной, – пробормотала Ната, в голове которой проворачивались самые разные ситуации.

А если предположить, просто так, для хохмы и всего на минуточку, что этот обаятельный старичок не врет, не разыгрывает ее, а говорит чистую правду. И тогда получается, что сбылась мечта Наты, она стала богата. И не просто богата, а очень и очень богата, если от того состояния, которое она унаследует, пасется еще шесть человек – три бывших жены ее дяди и три их отпрыска, а ему, то есть состоянию, ничего от этого не делается.

– И сколько же я должна унаследовать?

– Деньги, помещенные в ценные бумаги, акции и облигации на данный момент приближаются к отметке в десять миллионов долларов. Кроме того, имеются еще недвижимость и бизнес, который оценивается еще где-то миллионов в сто. Ну, где-то плюс минус миллион-другой.

– Плюс минус, – пробормотала Ната.

У нее в голове никак не укладывалось, как можно было столь небрежно плюсовать и минусовать сумму с шестью нулями, даже если она в рублях. А уж если она в долларах, тут уж и вовсе непонятно.

– Точнее вам смогут сказать Счетовод и Первый Советник. Кстати, вот и они!

Ната взглянула в ту сторону, куда указывал старичок. Там стоял Беловолосый с каким-то молодым и уже знакомым Нате мужчиной.

Она видела его в момент своего первого «похищения». Ната еще тогда оценила его опытным взглядом и пришла к выводу, что мужчина ей по вкусу. Он был не старше сорока, но явно следил за собой и позволял следить хорошим специалистам, которые сделали его кожу гладкой, волосы блестящими, а рельефные мышцы крепкими и призывно бугрящимися под тонким полотном рубашки.

И сейчас Ната не могла отвести от него глаз. Мужчина тоже смотрел на нее, потом подошел и протянул руку.

– Герман! С этой минуты ваш Первый Советник, если позволите.

– Первый? – уточнила Ната. – Если есть первый, значит, есть еще и другие?

– Еще есть Главный Советник. Но с ним вы уже знакомы.

Старичок склонил голову. Мол, это я.

– А Счетовод, надо полагать, это мой финансовый директор?

Беловолосый подошел и встал рядом.

– Мы трое управляем от вашего имени всеми фондами и ведем дела бизнеса вашего дяди, дабы при вступлении в права наследства вы ни в чем не понесли бы убытка, а напротив, многомиллионное состояние вашего дяди еще умножилось бы за эти месяцы. Таково было пожелание вашего дяди, законно оформленное должным образом.

– Я очень рада, что вы ведете дела, потому что сама я в этих делах ровным счетом ничего не понимаю. Но объясните, к чему был весь этот маскарад? Эти игры в Избранное Дитя? Вы своим ритуалом напугали меня до колик. Я решила, что вы сборище чокнутых психопатов, которые собираются принести меня в жертву или что-то в этом роде.

Счетовод потупился.

– Признаюсь, мы немного заигрались! Но ваш дядя хотел, чтобы церемония вступления вас в права наследства прошла бы каким-то оригинальным образом, чтобы она навсегда запомнилась бы вам, как самое восхитительное событие в вашей жизни.

Главный Советник перебил его:

– А я настаивал на том, чтобы предварительно ввести вас, Дитя, в курс дела. И сделать это где-нибудь в тихом и спокойном месте, хотя бы вот в этом ресторане, куда я вас изначально и вез.