Аффект - Катрина Фрай

– Что плохого, если тебе делают сюрприз? Видишь, как на меня влияет утренний секс, я решил сегодня вырядиться в форму. Но если у вас ворчливое настроение детектив Берч, поговорим о чем-нибудь другом. Как чувствует себя твой ненаглядный доктор Гейб?

– У меня не ворчливое настроение, – отчеканила я. – Ворчат старики, которые гуляют по парку и грозят детям пальцем. Гейб чувствует себя прекрасно. Настолько хорошо, что проедал мне всё утро плешь, чтобы я не забывала кушать во время рабочего дня.

– Ну, Гейб уже должен был к этому привыкнуть.

Я фыркнула носом.

– Второй человек за утро напоминает мне об этом!

– Глория, я с твоим врагом на дружеской ноге… Похоже, сейчас не лучшее время сообщать о том, что мы с этой очередной девкой, кстати, её зовут Саманта, подумываем съехаться.

– О боже! Ты, что совсем спятил!? – я, раздосадованная ударила кулаком по баранке. – Не говори мне таких вещей, когда я за рулем!

– Она хотела как раз подыскать себе жилье побольше, потому что её квартирка стала ей мала, вот я и подумал, а почему бы нам не съехаться и не пожить вместе!? – выпалил Брайн, боясь, что я вот-вот взорвусь. – Вот я и подумал…

Когда ты успокоишься, может, придёте к нам на ужин с Гейбом?

– У меня звенит в ушах. Я тебя не слышу. Сколько ты знаешь эту Саманту?

– Глория не включай копа, ты еще спроси, пробил ли я её по базе данных.

– И спрошу, – негодовала я. – Ты не ответил на вопрос.

– Пару недель. Мы познакомились в клубе.

– О боже!…Без комментариев.

– А что такого? Может это любовь, Глория? – возмущенно сказал Брайн, поправляя свои темные очки.

– Ты что, как маленький ребенок! Тащишь всех кого подберешь на улице в свой дом?

– Глория… – жалобно сказал Брайн.

– Не смотри на меня так. Я ненавижу, когда ты на меня так смотришь. Как какой-нибудь чертов кокер-спаниель! Ладно, спрошу, спрошу я Гейба об этом бредовом предложении с ужином… Только, ради всего святого, больше не говори об этом!

– Спасибо, уважила. – Брайн попытался плотно сжать губы, но все же не смог скрыть довольную улыбку.

– Не смей улыбаться! – я выкрутила руль и сумела проехать без остановки целый квартал. – Может быть тебе интересно, чем я занималась в свое свободное время?

– Да. У меня в ушах уже не звенит. Они в твоем распоряжении.

– Ох, надрать бы тебе зад, детектив Уэйн! Я успела утром встать пораньше и поработать немного дома. Я написала Кейт Браун, спросила её о прежних парнях Оливии, подумала, может это кто-то из бывших Оливии решил отомстить. Она сказала мне, что до Макса, Оливия встречалась только с одним парнем по имени Ларри Ковыч. Работает в какой-то семейной пиццерии, называется «Четыре сыра». Расположена между Нью-Йоркским городским и Колумбийским университетом, обслуживает в основном студентов и преподавателей. Ларри там что-то вроде управляющего, повышает авторитет своей забегаловки. У него имеется несколько приводов за мелкое хулиганство и травку, но его отпускали за недостаточностью улик.

– Значит, на ленч у нас сегодня будет пицца? – потирая ладони, воскликнул Брайн.

– А что? Я люблю пиццу. Свяжись с Дейвом, я хочу знать, как обстоят дела на сегодняшнее утро. Что по камерам наблюдения, удалось ли им восстановить какие-нибудь данные и может ему все-таки удалось расшифровать для нас загадочные числа.

– Вчера вечером перед сном, я звонил ему, было всё без изменений.

– Наверняка нам не стоит ехать в лабораторию к Курту? А вдруг ты состоишь в интимной связи и с лаборантками тоже?

– Фу!

– Ну что ж, моя вера в тебя восстанавливается. По крайней мере, частично.

Прибыв на место, я увидела перед собой Эдриана Курта, на нём был одет белый халат поверх красной рубашки. Он не сводил глаз с одного из экранов и жевал пончик в шоколаде.

При виде меня он кивнул:

– Снова в моих пенатах, детектив? Что, дорогая, не можешь без меня жить?

– Куда же мне без тебя! Давай колись.

– А не хочешь спросить, как у меня сегодня настроение?

– Нет. Макс и Элизабет Эвансы, Оливия Браун. Вот что меня интересует Курт…

– Я за сутки поспал два часа, пытаюсь включиться в работу, утром я поднялся на второй этаж и немного побегал в нашем небольшом спортивном зале.

– У вас есть мини спортзал? – удивленно спросил Брайн, зайдя следом за мной и наливая себе в стаканчик кофе, который стоял в кофейнике на столе рядом с Куртом.

– Да. Я организовал его в первую очередь для себя. Можно сказать, я тут живу ребятки по вашей, кстати, милости – это вы мне постоянно проедаете плешь, вам всё, всегда, срочно надо.

– Ты бегал на беговой дорожке в шортиках и тренировочной майке? И никто не умер и не сошел с ума от ужаса за это время? – улыбнулась я.

– Обижаешь. Вообще-то я неплохо сложен, Глория. Если захочешь ещё раз проверить, я всегда…

– Курт, хватит трепаться. Рассказывай, что удалось узнать.

– Пока мне с моими ребятами удалось только поверхностно обследовать Оливию Браун, нам еще предстоит с ней работать. Сегодня надеюсь успею заняться займусь Максом и Элизабет. – Скучно с тобой, Глория! Одна работа на уме… – Он покачал головой и переехал на вертящемся стуле к другому экрану. – Время смети Оливии примерно между одиннадцатью-двенадцатью часами ночи. Опиум в организме присутствует, последняя трапеза овощной салат, паста, никаких сексуальных контактов не обнаружено. Мы нашли на её теле несколько волокон.

Он поиграл паучьими пальцами на клавиатуре и экран ожил.

– На её ступнях ворс от коврового покрытия. Похоже на коврик, который лежит обычно в ванных комнатах. Я сделал для тебя анализ. Трудность все та же – это самый обычный коврик для санузла. Во всяком случае, для большинства людей. Сочетание голубых, бежевых и белых волокон. Такой можно купить даже на автозаправке.

Он постучал по увеличенному изображению, где волосок напоминал разлохматившийся канат.

– Если найдешь коврик, мы сделаем сравнительный анализ. Но если не найдешь, всё бесполезно.

– Ничего получше у тебя нет? – нахмурив брови, спросила я.

– Немного терпения и чуть больше уважения, детективы. – Он сунул в рот остатки пончика.

Курт передвинулся к другому экрану.

– У этого вашего парня явно с «кукушкой» проблемы. Посмотрите сюда, он не экономил на гриме. Сравни эти снимки и фото с места преступления. Перед тем как убить, он сделал Оливии едва заметный макияж и только ей, почему?

– Да, теперь вижу.

– Судя по любительским снимкам которые криминалисты нашли дома, жертва косметикой редко пользовалась, – задумчиво сказал Брайн и взяв из коробки с пончиками один, засунул его себе в рот. – Просто не нуждалась. И так была свеженькая.