Казино «Рояль» - Ян Ланкастер Флеминг

Он резко сменил тон и спросил, с ненавистью глядя на Бонда:

— Где деньги?

В покрасневших глазах Бонда сквозила пустота.

Вновь взмах колотушки, и Бонд вновь изогнулся от боли.

Намбер подождал, пока Бонд придет в себя и приоткроет глаза.

— Наверное, я должен вам объяснить, — сказал Намбер. — Я намерен продолжать причинять боль наиболее чувствительным частям вашего тела до тех пор, пока вы не ответите на мой вопрос. Я не знаю, что такое жалость, поэтому передышек у вас не будет. На помощь вам в последнюю минуту никто уже не придет, а бежать отсюда невозможно. Это не романтическое приключение, в котором злодей в конце концов будет побежден, герой получит награду и женится на красавице. Увы, в жизни так не бывает. Если вы будете упорствовать, вас будут пытать до тех пер, пока вы не окажетесь на грани безумия, затем мы приведем сюда вашу красавицу и займемся ею в вашем присутствии. Если и этого будет мало, вас обоих убьют самым мучительным способом. Я с сожалением распрощаюсь с вашими трупами и отбуду за границу, где меня ждет симпатичный домик. Займусь каким-нибудь полезным и доходным делом и буду жить до глубокой старости со своей семьей, которой непременно обзаведусь. Вот видите, мой мальчик, я ничем не рискую. Отдадите деньги — прекрасно. А нет — тоже ничего.

Он умолк на секунду и слегка приподнял над коленом орудие пытки. Бонд сжался, почувствовав, как колотушка коснулась тела.

— Что касается вас, то надежда только на то, что я избавлю вас от новых страданий и оставлю в живых. Только на это, ни на что больше.

Бонд закрыл глаза, ожидая удара. Он знал, что в пытке самое худшее именно начало. Это как агония. Нарастающее до максимума крещендо. Потом нервы все слабее и слабее откликаются на боль, затем беспамятство и смерть. Единственной надеждой было быстрее достичь этого максимума боли, уповая на то, что силы воли хватит дождаться желанного мига. А там можно отпустить тормоза и катиться под гору.

Коллеги, которые побывали под пытками немцев и японцев и выжили, говорили ему, что под конец наступает момент приятной апатии и почти физиологического наслаждения, когда боль оборачивается удовольствием, а ненависть и страх перед мучителями уступает место мазохистской сосредоточенности. Высшее проявление силы воли, какому говорили, — скрыть в тот момент признаки этого состояния. Если палач поймет, что с вами происходит, он либо немедленно убивает, либо оставляет вас на время в покое, чтобы нервы заработали вновь. И потом продолжает.

Бонд на секунду открыл глаза.

Намбер ждал именно этого мига. Словно гремучая змея прыгнула вверх. Намбер бил и бил. Бонд закричал и потом, как брошенная марионетка, обмяк в кресле.

Намбер бил до тех пор, пока не заметил, что реакция Бонда на удары стала слабеть. Тогда он присел на свой трон, налил себе еще кофе и чуть поморщился, как хирург, бросивший во время сложной операции взгляд на электрокардиограф.

Когда веки у Бонда дрогнули и он открыл глаза, Намбер вновь заговорил, но теперь с чуть заметным нетерпением.

— Мы знаем, что деньги где-то в вашем номере, — сказал он. — Вы получили чек на предъявителя на сорок миллионов франков и поднялись к себе, чтобы его спрятать.

Удивительно, отметил вдруг Бонд, что он так во всем уверен.

— Как только вы отправились в ночной клуб, четверо моих людей обыскали вашу комнату.

«Должно быть, Мюнцы помогали», — подумал Бонд.

— Мы нашли много разных вещей в ваших наивных тайниках. Поплавок в смывном бачке подарил нам интересный листочек с кодом. Были и другие бумажки, приклеенные снизу к ящику стола. Мы разобрали по досочкам всю мебель, а вашу одежду, шторы, простыни аккуратно нарезали мелкими кусочками. Каждый сантиметр в номере был прощупан, каждая розетка развинчена. И очень жалко, что нам не удалось найти чек. Иначе вы бы сейчас спокойно спали в своей постели, может быть, с симпатичной мисс Линд, а не сидели бы здесь. — И он снова ударил Бонда колотушкой.

Сквозь кровавый туман накатившей боли Бонд подумал о Веспер. Можно было представить, что с ней вытворяли те двое. Бонд вспомнил толстые слюнявые губы «корсиканца», методическую жестокость худого. Бедное создание, попавшее в этот капкан! Бедная зверушка!

Намбер вновь заговорил.

— Пытка — ужасная вещь, — начал он, закурив новую сигарету, — но для исполнителя — совсем не сложная, особенно, если пациент, — тут он улыбнулся, — мужчина. Вы видите, дорогой Бонд, с мужчиной нет никакой нужды терять время на реверансы. С помощью этого простого инструмента или любого другого подходящего предмета мужчине можно причинить сколько угодно или сколько нужно боли. Не верьте тому, что вы читали в романах или мемуарах про войну. Результат этой процедуры не только мгновенная агония от боли, но и постоянная мысль о том, что в конце концов, если вы не уступаете, то перестаете быть мужчиной. И эта мысль, дорогой Бонд, печальна и страшна. Словом, непрерывная цепь страданий не только тела, но и души. А в конце — тот миг, когда вы закричите, моля, чтобы я вас убил. Все это неизбежно, по крайней мере, если вы не скажете мне, где спрятан чек.

Он налил себе немного кофе и неторопливо выпил его. В уголках губ остались коричневые следы от стакана.

Бонд с трудом разжал зубы. Во рту пересохло. Он хотел сказать: «Пить», но выдавил из себя только страшный хрип. Распухшим языком он облизал потрескавшиеся губы.

— Ну разумеется, мой мальчик! Как я забыл!

Намбер наполнил кофе второй стакан. На полу вокруг кресла Бонда образовалось кольцо из капель пота.

— Нужно, чтобы голос вернулся.

Намбер положил колотушку на пол и встал. Подойдя к Бонду сзади, он собрал в кулак прядь его мокрых от пота волос и, резко дернув, откинул ему голову назад. Чтобы Бонд не захлебнулся, он вливал ему в горло кофе понемногу. Потом отпустил волосы, и голова Бонда упала на грудь. Намбер вернулся на свое место и взял в руки колотушку.

Бонд приподнял голову, захрипел и медленно проговорил:

— Деньги... вы ничего не сможете с ними сделать... Вас найдет полиция.

Эта фраза отняла у него много сил, и он вновь уронил голову на грудь. Он играл, но лишь немного. Он действительно был очень слаб. Ему нужно было выиграть время.

— Да, мой мальчик, забыл вам сказать! — хищно улыбнулся Намбер. — После нашей партии мы с вами снова встретились в казино. Вы были настолько благородны, что согласились сыграть со мной еще раз. Красивый жест настоящего британского джентльмена. К несчастью, вы проиграли, и это вас так расстроило, что вы решили немедленно уехать из Руаяль-лез-О в неизвестном направлении. Как джентльмен, вы имели честь вручить мне письмо, в котором изложили ситуацию таким образом, что мне будет исключительно просто получить по чеку ваши деньги. Видите, мой мальчик, мы все предусмотрели, и вам не стоит беспокоиться обо мне. — Намбер тихо засмеялся. — Продолжим? Я никуда не тороплюсь, и мне интересно посмотреть, сколько времени мужчина может выдерживать подобный вид побуждения к действию...