Цвет крови - Деклан Хьюз

Томми Оуэнс, собственной персоной, в оливково-зеленом пальто и черной шляпе из флиса, держит в руке пистолет братьев Рейлли и выглядит так, будто я его давно не видел: ухмыляющийся, голова подрагивает от адреналина или от дури, а может, от того и другого вместе, весь из себя хвастун, готовый к драчке.

Я подошел в Томми и взял у него пистолет. Маленький «ЗИГ Р225», всего дюймов семь в длину, серо-синий и липкий от моей крови. Когда я направил его на Рейлли, пистолет показался мне на удивление легким.

— Кроме того, — продолжил Томми, — он вполне заменяет хороший кастет.

— Что ты имеешь в виду? — спросил я.

— Посмотри обойму, — предложил он.

«ЗИГ» был девятимиллиметрового калибра, магазин рассчитан на восемь пуль, и он оказался пуст. Рейлли вышли, чтобы напугать меня, но не убить. Теперь мне предстояло выяснить почему.

Томми заглянул мне в лицо.

— Придется накладывать швы, Эд, — констатировал он.

— Что ты здесь делаешь, Томми?

— Потом скажу. Шевелись, шевелись.

Я огляделся. Из дверей кабака за нами наблюдали несколько забулдыг. Еще несколько минут, и появятся вышибалы, а за ними и копы. Я достал чистый платок из кармана пиджака и приложил к лицу, чтобы остановить кровь.

— Мне нужно поговорить с Рейлли.

— Говори с Дарреном, он скользкий маленький урод, но в этой паре он голова. Насколько это возможно. И все едино Уэйн в отключке, так?

С этими словами Томми взял у меня нож и подошел к братьям, разделяя их взмахами ножа. Даррен Рейлли еще не полностью пришел в себя от удара головой и с трудом дышал после полученного удара в грудь. Уэйн скрючился у машины, здоровой рукой придерживая покалеченную и прижимая обе руки к окровавленному лицу, как будто боялся, что оно отвалится, если опустить руки.

— Лежать, — приказал ему Томми.

— В следующий раз с тобой не будет Лоу, — прошипел Уэйн сквозь пальцы.

Томми размахнулся, чтобы наподдать ему ногой, и Уэйн попытался залезть под машину. Томми сунул руку под серый капюшон Даррена Рейлли, схватил его за волосы и под аккомпанемент его воплей потащил ко мне.

— Заткнись к такой-то матери, — сказал он, поглядывая на дверь кабака, где стали собираться люди. — Где машина? — спросил он у меня.

Я показал на старушку «вольво», и Томми повел Даррена Рейлли к ней. Томми хромал — ему раздробило лодыжку, когда мы были пацанами, но его энергия била ключом, почти как в наши подростковые времена, когда каждая кража в магазине, набег на сад, кража велосипеда или угон машины совершались под предводительством Томми, а я оставался его верным сообщником. Я думал, что разочарование и неудачи давным-давно погасили в нем былой энтузиазм, но теперь я видел, как он запихивает Даррена Рейлли в машину на заднее сиденье, забирает у него мобильный и пытается завязать ему глаза шарфом. Он оказался снова на коне.

— Поезжай на угол Пирс-драйв и Пирс-райз, Эд, — прошептал он мне на ухо. — Там как раз есть подходящее местечко.

Местечко оказалось закрытым гаражом на окраине Вудпарка; две металлические двери были заперты. На них граффити: «К ЧЕРТУ ПОЛИЦИЮ», «ПРАВИЛА ХАНИПАРКА» и «МАРИЯ И КРИСТИ НАВСЕГДА».

Томми вытащил связку из ста ключей, не меньше, и протянул мне.

— Правая дверь годится, Эд. Один из ключей подходит — не помню, какой именно. Я займусь молодым Дарреном.

Перепробовав дюжину или около того ключей, я нашел один, открывший дверь. Прямо за дверями оказалось пустое место. Я вернулся в машину и загнал ее в гараж. Томми вылез, закрыл дверь и щелкнул выключателем. Зажглись лампы дневного света. Мое лицо снова начало кровоточить, но на этот раз не так сильно; я перевернул платок и приложил его другой стороной. В гараже стояли еще три машины, все закрытые брезентовыми чехлами. Сзади бетонного сооружения имелись еще алюминиевые двери, такие же, как те, через которые мы въехали. В углу маленький офис с окнами из стекловолокна, внутри пустые, пыльные полки, стол и стул — все старое и омерзительно грязное. Я взглянул на Томми, требуя объяснений.