Сыщик Галилей - Кэйго Хигасино

Скрип подошв спортивных тапочек, скользящих по полу спортивного зала. Мерные глухие, упругие удары. Ностальгические звуки, связанные у Кусанаги с воспоминаниями о беспечных студенческих годах.

Играли парами в бадминтон. В одной из пар был Манабу Югава. Он как раз стоял на подаче.

Югава подал в своей знаменитой манере — волан прошел низко, едва не коснувшись сетки, и полетел к передней линии. Соперник с трудом отразил его. Партнер Югавы, отошедший на заднюю позицию, ударил наотмашь. Некоторое время продолжался великолепный обмен ударами, пока наконец Югаве не повезло — волан пришелся ему прямо под удар.

Он резко взмахнул ракеткой — так, по крайней мере, это виделось со стороны, — но волан, неожиданно потеряв скорость, перепорхнул через сетку и опустился к ногам противника. Тот даже и шагу не успел ступить.

Судья объявил окончание игры. Соперники, улыбаясь, пожали друг другу руки.

Югава отделился от общей компании и подошел к Кусанаги.

— Сразу видно мастера! Вижу, рука еще способна творить чудеса! — сказал Кусанаги. — Я думал, ты напоследок ударишь наотмашь, а ты подрезал…

— Наотмашь, я бил наотмашь.

— Да, но…

— Все дело вот в этом. — Югава показал ракетку: одна средняя струна была порвана. — Волан попал прямиком в то место, где оборвалась струна. Видать, давно ты не играл в бадминтон, раз принял мой удар за подрезку.

Кусанаги скривился, потом несколько раз взмахнул в воздухе ракеткой. Приятное чувство!

— Нет желания иногда поиграть? — спросил Югава, обтираясь полотенцем. — Небось у вас, полицейских, в спортивном зале только дзюдо да кэндо? Скукота…

— Как можно ставить на одну доску профессиональную подготовку полицейских и ваше, извини, «проветривание мозгов»! А впрочем, надо как-нибудь с тобой сразиться. Вот только закончу с нынешним делом…

— Судя по твоему виду, ты опять увяз в каком-то муторном расследовании.

— Да уж, хуже некуда.

— И опять пришел ко мне за помощью?

— Нет, думаю, на этот раз и ты бессилен. Не твоя область.

— Не моя область?

— Тут скорее нужны медицинские познания, — сказал Кусанаги, после чего сунул руку во внутренний карман пиджака и достал поляроидную фотокарточку. — Вот тебе покойничек.

Югава принялся невозмутимо рассматривать снимок трупа.

— Разве не счастье — умереть, принимая ванну? А то отбросишь коньки, сидя на унитазе, и вот, пожалуйста, несмываемое пятно на всей биографии!

— Это все, что приходит тебе в голову при взгляде на этот снимок?

— Кажется, никаких внешних повреждений… Но что это за пятно на груди?

— В этом-то вся и штука. — Кусанаги сам еще раз посмотрел на фотокарточку.

Умершего звали Кунио Такадзаки. Он проживал в районе Это и был директором супермаркета.

Труп в ванне обнаружил сын, но он не сразу сообщил в полицию. Прежде всего он позвонил знакомому врачу и попросил срочно прийти. На тот момент у него и в мыслях не было, что существует вероятность насильственной смерти.

У Кунио Такадзаки было слабое сердце. Врач, которому это было известно, узнав о случившемся, решил, что произошел сердечный приступ. Однако, осмотрев труп, он заметил некоторые странности и вызвал полицию. Тотчас выехали местные оперативники. Но они не смогли определить, в чем причина загадочной смерти — несчастный случай, болезнь или убийство. Было доложено в центральное управление, которое откомандировало несколько детективов. В их числе Кусанаги.

— И к каким выводам пришли эксперты? — с интересом спросил Югава.

— Говорят, что никогда раньше такого не видели.

— Неужели?

— Самое простое объяснение — сердечный приступ и мгновенная смерть. Следов насилия нет, поэтому в обычном случае все бы согласились с таким диагнозом.

— Значит, есть что-то необычное?

— Пятно на груди. — Кусанаги показал пальцем на фотографию.

На груди трупа, со стороны сердца, отчетливо выделялось пятно, сантиметров десяти в диаметре. Серого цвета, не похоже ни на ожог, ни на внутреннее кровоизлияние. Сын заявил, что в этом месте на теле его отца родимого пятна не было.

— Результаты вскрытия принесли неожиданный результат.

— Что именно? Не томи, рассказывай.

— На месте этого серого пятна произошел некроз тканей.

— Некроз?

— Местное омертвение. Разумеется, вскоре после смерти у человека клетки кожи умирают. Но в районе этого пятна нечто другое. Впечатление, что ткань мгновенно разрушилась.

— Мгновенно? — Югава сунул полотенце в спортивную сумку. — Что говорит медицина?

— Врач, производивший вскрытие, сказал, что такое впервые в его практике.

— Может быть, яд?

— В теле покойного ничего не обнаружено. Специалисты не знают, существуют ли яды, способные оказать такое действие. Если исключить пятно, установлено, что смерть наступила в результате паралича сердца.

— Насколько я знаю, паралич сердца можно спровоцировать, — пробормотал Югава.

— Ты, наверно, имеешь в виду удар током. Разумеется, мы об этом подумали. Например, если погрузить в ванну удлинитель, подключенный к розетке. Однако у этого способа низкая эффективность. Подробностей не знаю, но тут какую-то роль играет путь, по которому идет электричество.