Печали веселой семейки - Марина Серова

Следующим на очереди стоял Алиев. Идя к нему, я преследовала сразу несколько целей. Во-первых, он, конечно же, еще не вычеркнут из списка подозреваемых. Да и вообще пока неизвестно, вычеркну ли я его фамилию или обведу кружочком в знак того, что преступник нашелся. Во-вторых, мне было просто необходимо позлить телефонного злодея, который мне угрожал, и спровоцировать его на ответный шаг. Вовремя я все-таки подумала, что не стоит его сбрасывать со счетов. Наверняка именно за ним и стоит настоящий преступник, тот, кто спланировал дело об ограблении сейфа Каминского.

Не все, пожалуй, одобрят такой прием расследования, но я считала и продолжаю считать, что нередко лучшие результаты для разгадки тайны приносит ситуация, в которой полностью раскрываешься перед преступниками, вызываешь огонь на себя, так сказать. Это-то я и собиралась сделать сегодня. Кроме того, мне настолько надоели черный парик и контактные линзы не моего цвета глаз, что я только рада была хотя бы на время с ними расстаться.

Ко встрече с Терентьевым, разумеется, придется надеть и то и другое, поскольку он знает меня только как Ладу Красовскую и, соответственно, запал тоже на нее. Обидно, конечно, что такой представительный и приятный во всех отношениях мужчина клюет на кареглазую брюнетку вместо гораздо более красивой зеленоглазой блондинки, но придется с этим смириться. А если у встречи будет еще и интимное продолжение, в чем я в глубине души и не сомневалась, то в конечном счете все удовольствие все равно достанется на мою долю, и неважно — в парике я буду или без. Но, пожалуй, я рано об этом подумала, ведь сейчас мне предстоял визит совсем к другому человеку.

Итак, я сунула парик в шкаф на полку, оделась поскромнее, помня о том, что мне все-таки предстоит иметь дело с мусульманином, и, тщательно расчесав свои собственные волосы, которым парик по красоте все-таки уступал, направилась к Алиеву.

* * *

Алиев почему-то, не в пример другим тарасовским бизнесменам, не пожелал жить в парке Горького. Но его особняк находился тоже в центре города, почти на проспекте Кирова. Это был сравнительно небольшой, приземистый, я бы сказала даже кряжистый, двухэтажный дом, облицованный частично изразцами, украшенными невообразимыми узорами и разводами, а частично так называемым «диким камнем». Впрочем, обычный безобидный песчаник, который сходил у Алиева за «дикий камень», дизайнерам, наверное, пришлось основательно «раздразнить», чтобы у него был как можно более дикий и свирепый вид. В целом дом выглядел довольно странно, напоминая собой холм.

Вокруг особняка возвышалась трехметровая глухая ограда, бывшая, похоже, обязательным атрибутом жилья тарасовских дельцов. Надо сказать, что настроение у меня, после того как я как следует рассмотрела особняк Алиева и сделала свои выводы о художественном вкусе владельца, повысилось. Я даже подумала, что трехметровая стена, возможно, не только охраняет покой бизнесмена от обычных смертных, но и спасает жизнь людей от неуравновешенного нрава Алиева. Во всяком случае, с такой оградой вывеска «Осторожно, злой бизнесмен!», на мой взгляд, была бы излишней.

Забор, ворота с сигнализацией и видеодомофон были почти точной копией тех же приспособлений для безопасности жильца дома, что и у Каминского, из чего можно было сделать вывод, что злой бизнесмен, которого следует опасаться, живет и в парке Горького.

Я назвала себя в видеодомофон и приветственно помахала рукой. Ворота открылись, моя «девятка» вползла внутрь. Я затормозила и вылезла из машины. И вот тут-то начались сюрпризы. Откуда-то из-за кустов, слева от моей машины, внезапно вынырнула крупная фигура в черном.

— Ты к Алиеву? — строго спросил меня наголо бритый парень, сверкнув комплектом безупречных, пятьсот восемьдесят третьей пробы, зубов.

— Да, а что? — спросила я, честно говоря, не ожидая такого приема.

— Тогда выходи из машины! — скомандовал парень.

Та-ак, сейчас, кажется, начнется! Конечно же, у Алиева есть мелкие грешки и крупные грехи, из-за которых внезапный визит Татьяны Ивановой, довольно известного, кстати, в Тарасове детектива, может носить нежелательный для него характер. Следующей командой, которую даст мне этот золотозубый тип, будет, вероятно, «Встань к машине!», потом «Руки вверх!». Возможно, это будет последняя команда, которую я услышу в своей жизни, потому что вслед за ней последует выстрел в спину. Хотя не больно-то мной и покомандуешь! Ну уж нет! Если Алиев хочет разделаться со мной таким способом, у него это не получится. Вряд ли он знает, что у меня черный пояс по карате, но если у него по отношению ко мне черные намерения, то теперь узнает!