Невидимые силы - Евгения Грановская

— Не люблю, — признался Жгут. — Но происшествие неординарное. Боюсь что-нибудь упустить.

— Хорошо. — Платон Багратович подошел к Владимиру Ивановичу. — Наклони голову.

Жгут наклонил голову, и шеф, вытянув руки, прижал указательные пальцы к его вискам.

— Теперь вспоминай, — сказал он.

Некоторое время Жгут и Платон молча смотрели друг на друга, и взгляды их были разными: у Платона — спокойный взгляд уверенного в себе человека, применяющего свои навыки на благое дело, у Жгута — что-то вроде неясного испуга перед силами, которые он не мог себе как следует представить.

Через несколько секунд Платон Багратович убрал руки от головы своего подчиненного и проговорил:

— Да, все это действительно настораживает.

Он вновь взглянул на Настю и спросил:

— Ты правда не понимаешь, как сумела сбежать от трех полуэксов?

— Истинная правда, — ответила Настя. — Скажу больше: я даже не знаю, кто такие полуэксы.

— Полуэксы — это мелкокалиберные экстрасенсы, — пояснил Жгут. — У этих проходимцев много способностей, но все пребывают как бы в зачаточном состоянии. Настоящие сильные эксы используют их в качестве… даже не знаю, как сказать… Пешек, что ли.

— Скорей уж бойцовых псов, — поправил Платон Багратович. — Настя, в темном переулке ты столкнулась с тремя такими «псами». И сумела от них уйти, а это для обычного человека очень сложно.

— Почти невозможно, — вставил свое веское слово Жгут.

— Ясно… — Настя нахмурилась. — А теперь расскажите мне про кулон, который я подобрала. Владимир Иванович назвал его «Кулоном Чивера». Кто такой этот Чивер? И что такого важного в этом кулоне, что из-за него люди готовы убить друг друга?

— Не люди, — поправил Платон Багратович, — а эксы.

— А вы их за людей не считаете? — поинтересовалась Настя.

— Они сами себя не считают, — сказал Жгут.

— А кем считают?

— Суперлюдьми, богами, новой ступенью эволюции. И все в таком же духе.

Настя обратилась к шефу Бюро:

— Владимир Иванович говорил мне про Кулон Чивера. Но я хочу знать больше.

— Собственно, это не кулон, а головоломка, — сказал Платон. — Сделанная в виде кулона. В шестнадцатом веке в Испании жил гениальный механик и изобретатель по имени Хуан Чивер. Он проектировал мельницы, дамбы, акведуки, делал попытки создать механического человека… В общем, был типичным представителем своего времени. Но помимо прочего Чивер очень сильно увлекался сатанизмом. Он много раз пытался вызвать дьявола, но, как гласит миф, безуспешно.

— Зачем он хотел вызвать дьявола?

— Он считал Люцифера кем-то вроде Прометея. Тем, кто может обогатить наш мир новыми знаниями и новыми способностями. Книги по демонологии не помогли Хуану Чиверу. Открыть врата, ведущие в ад, ему не удалось. И тогда он решил создать эти «врата» сам. Будучи не обычным чернокнижником, а механиком и изобретателем, он подошел к этому вопросу с чисто технической, инженерной стороны. То есть делал головоломку, заряжая ее заклинаниями. Так он, по крайней мере, думал.

— И она правда заряжена? — с любопытством спросила Настя.

— Возможно. Но заклинания тут ни при чем. Чивер был первоклассным эксом. Из тех, что умеют не только потреблять энергию, как стригои, но еще и аккумулировать ее. В этом заключался его мощнейший дар.

— Значит, этот кулон… что-то вроде батарейки? — уточнила Настя.

— Да, — кивнул Платон Багратович. И добавил с усмешкой: — Что-то вроде.

— И что стало с Чивером потом?

— Горожане узнали, что он собирается открыть «заповедные врата ада» и впустить демонов. Ну и по обычной средневековой привычке решили его сжечь. Они заперли Чивера в мастерской и подожгли ее. Мастерская выгорела дотла. На пепелище люди нашли кулон-головоломку. Огонь пощадил его. Кулон привезли в Вальдемосский монастырь на острове Майорка. Монахи-бесоборцы пытались уничтожить кулон, жгли его огнем, били по нему молотом, растворяли в кислоте. Но все было бесполезно. Тогда его решили спрятать. И спрятали. На много-много веков.

— Зачем он нужен Келлеру? — спросила Настя.

— Он хочет использовать энергию, аккумулированную в этом артефакте.

— И у него получится?

Платон Багратович пожал плечами:

— Кто знает. Если кулон действительно «заряжен», то последствия могут быть самыми неприятными.

— А конкретней?

Шеф едва заметно усмехнулся.

— Будь я ученым, я бы сказал, что мощный выброс энергии может привести… Ну, скажем, к страшному взрыву. А будь я магом, я бы торжественно изрек: «Головоломка Чивера откроет заповедные врата и выпустит зло, которое дремало несколько тысяч лет!» Согласись, и то и другое звучит достаточно зловеще.

— Да уж, — не стала спорить Настя.

— Келлер надеется стать богом, — сказал Жгут, криво ухмыльнувшись. — Однако это тоже на воде вилами писано. Высвободившаяся энергия может не только наполнить его силой, но и прикончить.

— Келлер это понимает? — спросила Настя.

— Думаю, да, — сказал Платон Багратович. — Но он готов рискнуть. И, кстати, он торопится. Время уже поджимает.

— В каком смысле? — не поняла Настя. — Почему?

— Головоломку нужно сложить в строго определенный момент, — ответил Жгут. — И, согласно средневековому «календарю Грегориуса Брокаса», этот момент наступит через три дня. Планеты встанут в нужном порядке, и все такое.

— Точнее, через семьдесят три часа, сорок минут и шесть секунд, — поправил Платон, бросив взгляд на свой серебристый хронометр.

— Что будет, если Келлер опоздает?

— Тогда ему придется ждать еще сто лет, — с холодной иронией проговорил Платон Багратович. — А я сомневаюсь, что он столько проживет. Даже учитывая его великолепные способности.

— Значит, надо поймать этого Келлера, пока он не натворил дел, — сказала Настя. — Напрячь ФСБ, МВД, другие спецслужбы.

Платон и Жгут снова переглянулись, лица их слегка помрачнели.

— Видишь ли, — снова заговорил Платон, — наше Бюро имеет довольно зыбкий статус. Многие облеченные властью люди «наверху» считают наше существование… — Платон Багратович запнулся, подыскивая подходящее слово.

— Малообоснованным, — подсказал Жгут.

— Именно, — кивнул Платон Багратович. — И это еще мягко сказано. Нам постоянно урезают финансирование, не дают расширять штат, ну и все в таком же духе.

— А почему? — вскинула брови Настя.

— Многие не верят в существование эксов, считают их шарлатанами, фокусниками, аферистами. А если нет противника, то и войну объявлять некому. Так что на поддержку «кавалерии» мы особо не рассчитываем. В основном действуем своими силами.