Не люби красивого - Марина Серова

После купания в море захотелось есть. Бутерброды, приготовленные заботливой Клер, были съедены, и мы с Анатолим направились в ближайшее кафе. По дороге Анатолий купил несколько газет и развернул одну из них в ожидании заказа.

— Еще профессор Преображенский советовал не читать перед обедом советских газет, — сказала я и взяла газету из рук своего спутника.

— Таня, я всего лишь хотел узнать, насколько продвинулось расследование.

— А что изменится, если ты узнаешь об этом через полчаса?

Я не люблю смешивать приятное с полезным, отдаю должное и приятному, и полезному, но по отдельности.

Переодевшись, Анатолий не снял парик с банданой, добавив к ним солнцезащитные очки, поэтому он не боялся, что его узнают, и был абсолютно спокоен. Но я была не спокойна — мы словно выпали из времени, забыв про печальные события, которые привели нас на Лазурный Берег в Кассисе. Отложенные газеты, я была в этом уверена, готовили для нас неприятный сюрприз, поэтому я тянула время, дав себе полчаса, чтобы насладиться этим вечером. И кофе, который я заказала в конце обеда. Анатолий, проникшись моим настроением, тоже не спешил браться за газеты, давая мне возможность немного отдохнуть и забыться.

Однако все хорошее рано или поздно кончается. Кончился и кофе. Это послужило для Анатолия сигналом, и он взял газету. На первой полосе его внимание сразу же привлек крупный заголовок «Парижская трагедия продолжилась в Кассисе». Я еле дождалась, пока Анатолий дочитает статью.

— Толя, ну, что там? Не тяни!

— Если в двух словах, то два дня назад была убита мать Алекса.

— Как?

— Несколько неизвестных ночью проникли к ней в дом и что-то искали там. Бедная женщина, видимо, помешала им. Похороны состоятся завтра.

— Выходит, что мои похитители, не найдя того, что они искали у Алекса, направились прямиком в Кассис, чтобы попытаться найти это у его матери.

— Таня, это еще не все. Полиция начала розыск Алекса Миро. И в связи с этим полицейские побывали у него на работе, где им рассказали, что накануне в лицее были мужчина и женщина, которые тоже интересовались господином Миро. Секретарша очень хорошо описала эту парочку. Полицейские показали ей мое фото, на котором она узнала брата несчастной девушки, которую соблазнил и бросил Алекс Миро. У секретарши оказалась хорошая зрительная память, так что теперь у полицейских, кроме моей фотографии, есть еще и твой фоторобот. Полюбуйся.

И Анатолий протянул мне газету. Там я увидела уже знакомую фотографию Анатолия, а рядом свой вполне узнаваемый портрет. «Ох, не вовремя ко мне пришла эта мировая слава», — подумала я.

— Ну, что ж. Задача усложняется, но не снимается. Толя, я должна найти дом, в котором жила мать Алекса, и проникнуть в него, чтобы самой разобраться в том, что же ищут эти проклятые убийцы.

— А она жила не в доме.

— Как это? А где?

— Вон в том замке, — и Анатолий показал на вершину скалы.

— А разве в музее живут?

— А с чего ты взяла, что это музей? Замок никогда не был музеем. Это частное владение. И матушка Алекса жила в нем.

— Толя, а тебе не кажется, что мы засиделись? Тем более что наши фото только что на столбах не расклеены. Пора подумать о ночлеге. В отель, я так понимаю, нам не попасть, — свернула я разговор.

— Не попасть. Но у меня есть предложение получше. Пошли.

Мы вышли из кафе, и Толя повел меня к причалу. Там он усадил меня на парапет, а сам куда-то исчез. Отсутствовал он недолго, а когда вернулся, на его лице играла довольная улыбка.

— Сегодня мы будем спать в море.

— Для этого у нас как минимум должны быть жабры. Или они у тебя за то время, пока ты отсутствовал, отросли?

— Ничего у меня не отросло. Я просто арендовал небольшую яхту.

— С алыми парусами?

— Пока с белыми, а там посмотрим. Не вопрос.

— Без документов?

— Без документов, но за очень большие деньги.

Яхта действительно оказалась крохотной, но в ней было самое главное — два дивана с полным комплектом белья. Я быстро разделась и юркнула под одеяло.

— Только без глупостей, — успела сказать я и уснула.