Тайна мецената - Марина Серова

— Я к твоему папе, к Игорю Леонидовичу Трубнову. — Я решила, что имею дело с сыном адвоката. — Он дома?

— Да, он за компьютером, — известило меня чадо. — Вам открывать, да? А то мне говорили, что незнакомым людям открывать нельзя, но это если я один дома, а так у меня и мама, и папа дома, только они заняты.

— Мы с твоим папой некоторое время назад договорились о встрече, — пояснила я. — Поэтому можешь спокойно открыть мне дверь, никто тебя ругать не будет. Ты же не можешь взрослых позвать, если они заняты?

— Ага, не могу, — согласился со мной ребенок. — Тогда они точно ругаться будут, если я отвлеку…

— Вот-вот, — подтвердила я.

Дитя, похоже, признало справедливость моих доводов и открыло дверь.

Я поднялась на лифте на седьмой этаж и подошла к открытой двери в квартиру. Меня встречал довольно симпатичный мальчик лет пяти-шести, одетый в детский комбинезон и рубашку. На меня ребенок смотрел с интересом и одновременно с недоверием и подозрительностью. Однако не успела я поздороваться с юным обитателем квартиры, как услышала шаги из коридора и мужской голос:

— Илюш, иди к себе в комнату, это ко мне!

Стало быть, Игорь Леонидович Трубнов, подумала я про себя. И не ошиблась — вскоре показался и сам адвокат, как я могла догадаться, судя по его внешнему виду и манере держаться. На вид Игорю Леонидовичу было лет сорок — сорок пять и, несмотря на то что он был одет в обычные джинсы и рубашку, выглядел мужчина вполне официально и представительно. Может, все дело в осанке, может, в уверенных движениях и прямом, пристальном взгляде, однако трудно было представить себе более подходящее для него занятие, нежели адвокатская деятельность. Чем-то он напоминал собирательный образ адвокатов из популярных американских фильмов — и не подозревая о его профессии, на ум приходит, что этот человек призван заниматься работой, связанной с законами, Уголовным кодексом и защитой преступников.

Мальчик оглянулся на отца и недовольно заявил:

— Я же дверь открыл! Пап, а кто это?

— Это по работе, — сухо ответил Игорь Леонидович. — Илюш, давай, бегом в комнату мультики досматривай. Мама сейчас суп приготовит и подойдет к тебе, хорошо? Мне надо поговорить с человеком, чтобы никто не мешал!

— Так всегда! — со вздохом посетовал парнишка. — Вечно — «не мешай, не мешай»! А ты мне обещал в выходные в кино сходить и в парк!

— Илюш, в парке сейчас противно и грязно, а в кино смотреть нечего, — технично оправдался Трубнов. — Обязательно с тобой сходим на что-нибудь интересное, как только в прокат выйдет. И в парк пойдем, как только погода улучшится. А теперь иди в комнату, я поговорю с тетей и подойду к тебе! Расскажешь мне, чем серия закончилась!

Ребенок обиженно мотнул головой и нехотя отправился к себе, а Трубнов с улыбкой кивнул мне.

— Вы уж извините, что заминка такая вышла. Мне с работы написали, вот пришлось срочно отвечать, поэтому не успел вам открыть. Проходите, не стесняйтесь!

Я заверила Трубнова, что ничего страшного не произошло, с детьми я превосходно общаюсь и вообще особо никуда не тороплюсь, после чего прошла вслед за адвокатом в прихожую. Коридор выглядел уютным и опрятным — сразу видно, квартира не холостяцкая, здесь проживает семья с ребенком. Полы чистые, на симпатичном половичке выстроены в ряд домашние тапочки, куртки — каждая на своем месте, шапки и шарфы лежат на специальной полочке. Рядом с большим трюмо — расчески и щетки для одежды, ничего лишнего и случайного. Я аккуратно повесила куртку и сняла обувь, влезла в специальные тапки для гостей.

— Давайте пройдем в мой кабинет, — предложил Трубнов. — Я бы вас чаем угостил, но на кухне пока орудует жена. А когда она занята приготовлением обеда, лучше ей не мешать — злится и ругается, что из-за присутствия других людей на кухне ей мало места и все подгорает.

— Конечно-конечно, — закивала я. — В кабинете разговаривать даже лучше, удобнее. По крайней мере, легче записывать.

— Вот и отлично! — с улыбкой заметил Игорь Леонидович и провел меня к двери в комнату. Мы вошли в рабочий кабинет адвоката.

Помещение оказалось маленьким и чистым — ничего лишнего, ни намека на беспорядок. Обстановку кабинета составлял рабочий стол, на котором стоял современный компьютер, стул для работы и удобное мягкое кресло. Войдя, я сразу почувствовала весьма странный, но приятный запах — вроде как табака, но в то же время не привычный запах сигарет. Я удивилась: что бы это могло быть? Не освежитель воздуха, но и не сигары или сигарилы. Однако внимательно осмотревшись, я поняла, что это за аромат. Рядом с креслом стояла маленькая тумбочка с пепельницей и курительной трубкой, возле которой находилась коробка с дорогим табаком. Ах вот оно что! Игорь Леонидович предпочитает не современные сигареты, а трубочный табак. Ну ни дать ни взять Шерлок Холмс, да и только! Должно быть, обдумывает дела своих клиентов, удобно устроившись в кресле и попыхивая трубкой, а дым выпускает колечками. Интересно, как жена относится к тому, что в кабинете у Игоря Леонидовича так накурено? Вряд ли он проветривает комнату, учитывая, что окно прочно закрыто. Супруга наверняка ругается, но поделать с вредной привычкой мужа ничего не может. И на кухне запрещает ему дымить, чтобы не травить ребенка. Скорее всего, Трубнов не впускает сына в свой кабинет, запирается.

— Простите, не спросил, — спохватился Игорь Леонидович. — У вас аллергии на табачный дым нет? Просто я курю иногда у себя в кабинете, поэтому тут запах такой. Я уже его не замечаю, но у постороннего человека с непривычки может закружиться голова.

— Нет-нет, не беспокойтесь! — заверила я адвоката. — Сама являюсь курильщиком со стажем, поэтому ничего страшного.

— Тогда хорошо, — кивнул адвокат. — Если хотите, садитесь в кресло, оно удобнее, чем стул.

Я опустилась на мягкое сиденье, бросила взгляд на трубку Игоря Леонидовича. Весьма изящная, с изогнутым мундштуком и деревянной чашей красно-коричневого цвета. Наверняка из вишни или вереска. Я не особо хорошо разбираюсь в курительных трубках, но знаю, что вересковые трубки требует очень тщательного ухода и правильного раскуривания. Посмотрим, что эта вещица может сказать о ее обладателе…

Я взяла в руки трубку и проговорила:

— Надо же, какая красота! А из чего она?

— Вереск, — подтвердил мои предположения Трубнов. — Я курю ее давно, года три уже.

Стало быть, вересковая трубка. Значит, Игорь Леонидович — человек очень аккуратный и бережливый. Трубка очень хрупкая и капризная, а так как Трубнов курит ее давно и она не имеет горьковатого запаха, значит, ухаживает он за трубкой очень тщательно, чистит ее регулярно. И наверняка, прежде чем раскуривать, тщательно изучил всю информацию касательно вересковых трубок. Значит, он весьма хороший адвокат — иногда отношение к мелочам очень точно характеризует человека. Если Трубнов так заботится о целости и сохранности своей трубки, то наверняка внимательно относится к делам своих клиентов. Мундштук гладкий, без намека на царапинки, чистый и не перепачканный. Делаем вывод — Трубнов курит трубку не для того, чтобы расслабиться, а, напротив, чтобы сосредоточиться. Если бы он брал ее с собой на увеселительные мероприятия вроде вечеринок, наверняка на мундштуке имелись бы трещинки и царапинки — если человек выпьет спиртного, он уже не будет столь аккуратен в обращении с трубкой. И во время занятий живописью Трубнов не курит — иначе на трубке были бы хотя бы микроскопические следы краски. Итого, можно сделать вывод: адвокат — человек здравомыслящий, возможно, педантичный, не склонный к импульсивным поступкам. А учитывая тот факт, что сигаретам он предпочитает более древнее изобретение, можно посчитать, что и запонками он пользуется. И если это он украл картину, то сделал это расчетливо, тщательно подготовившись к преступлению.