Хранители судьбы - Антон Леонтьев

Пресс-секретарь заскулил, а Алла заявила:

– Олег, прекратите истерику! Ни я, ни мой дом моды к преступлениям никакого отношения не имеет. Выпустите пресс-релиз именно в таком духе. Что же касается Юрия Александровича… Да, мой муж и правда умер. Я немедленно еду к вам!

– Алла Юрьевна, вам лучше этого не делать! – прошептал пресс-секретарь. – Потому что, если судить по тому, что я слышал от производящих обыск, вас тотчас задержат, если вы здесь появитесь! Так что же нам теперь делать?

– То, что я сказала! – отрезала Алла. – Выдавайте пресс-релиз с опровержением всех обвинений и с подтверждением смерти моего мужа. Действуйте, Олег, иначе вам достанется не только от ФСБ, но и от меня лично!

Вьюгина завершила разговор. Новости были отвратительные, однако ожидаемые. Мельников перешел в наступление, что неудивительно. В Москве ей сейчас делать нечего – если она появится в доме моды, ее схватят его люди – и все, ее песенка спета.

Она держала путь к загородному особняку, моля Бога, чтобы приспешников Мельникова там еще не было. Надо забрать детей, отпустить обслуживающий персонал – и скрыться. А что делать дальше, решать позже. Сейчас требовалось одно: бежать, причем как можно быстрее!

Ощущая необыкновенную нервозность, Алла подкатила к пункту охраны на въезде в жилой массив. Там все было как обычно. Охранник вежливо приветствовал ее, и от него же Алла узнала, что никаких эксцессов не наблюдалось – значит, незваные гости еще не пожаловали.

Подъехав к особняку, она заглушила мотор и тяжело вздохнула – за последние несколько дней все разительно переменилось! У нее была жизнь обеспеченной деловой дамы, когда-то интересная, но в последние годы ставшая скучной. У нее имелся муж и двое детей. Теперь же она являлась вдовой, от ее бизнеса, судя по всему, остались только рожки да ножки, а за ней самой и ее отпрысками идет настоящая охота.

Алла быстро подошла к входной двери, раскрыла сумочку и заметила прозрачный пакет с вещами Юрия, выданными ей в норвежской тюрьме. Как же все в жизни недолговечно! Был человек – и вдруг его не стало. Самое ужасное, что в любой момент то же самое может случиться и с ней самой. И с ее детьми. Однако допустить этого ни в коем случае нельзя!

В холле особняка было подозрительно тихо. Вьюгина заглянула на кухню – никого. Не обнаружилось никого и в просторной гостиной, и в зимнем саду. Куда же все делись?

– Алла Юрьевна, я и не слышала, как вы подъехали! – раздался голос. Алла, чуть не подпрыгнув от страха, обернулась и увидела экономку Валерию Осиповну. – С приездом! Как вы и хотели, я уже собрала вещи. Юрик сам не свой от вести, что полетит с вами на Канары. А вот Танюша все еще не вернулась. Хотите что-нибудь перекусить?

Алла поблагодарила экономку и сказала, что дает ей отпуск – та может быть свободна в ближайшую неделю. Затем добавила:

– На зарплате это никак не отразится. Просто отдохните сами, вот и все! А деньги за неделю вы, конечно же, получите, как обычно.

Экономка, узнав, что может отправляться домой, просияла, однако заявила, что сначала закончит готовить обед.

– Нет, вы можете уезжать прямо сейчас! – возразила Алла.

– Но как же так? Утка еще не готова, да и супчик варится… – залепетала женщина. Однако хозяйка была непреклонна.

Сняв фартук, Валерия Осиповна шмыгнула носом и произнесла обиженным тоном:

– Если вы так настаиваете, Алла Юрьевна, я, конечно же, немедленно покину особняк.

– Я вам позвоню! – произнесла Алла, чувствуя себя виноватой перед экономкой, которая работала в их доме почти десять лет. Но не объяснять же Валерии Осиповне, что она отсылает ее домой ради ее же собственного блага…

– Утку я только поставила, а супчик вот-вот будет готов, – сообщила на прощание экономка. А потом опасливо спросила: – Алла Юрьевна, все в порядке? Может, вам требуется помощь?

– Все просто отлично! – заявила та и поднялась на второй этаж.

Подойдя к комнате Юрика, она услышала, как мальчик говорит с гувернанткой по-английски. Распахнула дверь, и сынок, заметив маму, сорвался со стула, бросился ей на шею.

– Мамочка вернулась! Мамочка вернулась! – закричал малыш радостно. – И мы всей семьей поедем в отпуск!

Алла поцеловала Юрика в лоб, пригладила его волосы и сказала, обращаясь к гувернантке:

– В связи с нашим отъездом предлагаю и вам взять отпуск. Я полностью оплачу его.

Гувернантка долго лепетала что-то в ответ, и хозяйке пришлось приложить усилия, чтобы избавиться от нее как можно быстрее. Наконец та вслед за экономкой покинула особняк, и Алла окинула взором два чемодана, собранные Валерией Осиповной. Оставалось только одно – дождаться возвращения Тани.

Вьюгина несколько раз пыталась связаться с дочерью, но мобильный телефон девушки был отключен. Конечно, дочка обижена на нее – ведь она узнала, что у матери роман с фотографом Максом. Но с той поры прошло так много времени! Хотя нет, миновало всего несколько дней, но изменилось почти все…

– А когда папа приедет? – спросил Юрик.

Взяв сына на руки, Алла уселась с ним на диван и произнесла:

– Папа поехать в отпуск с нами не сможет. У него дела.

Она не могла сказать ребенку, что папа больше никогда не поедет с ними в отпуск. Что папа мертв… папу убили… Но рано или поздно ей придется сообщить ужасную весть Юрику!

– Но почему? Я так хочу, чтобы папа тоже поехал с нами в отпуск! А он не отвечает на звонки!

Тут из холла донесся стук закрываемой двери. Поцеловав Юрика, Алла вышла туда и увидела Таню, стаскивавшую куртку.

– Танюша, мне надо поговорить с тобой… – начала Алла.

Дочка, смерив ее странным взглядом, спросила придушенным голосом:

– И когда же ты собиралась сказать мне об этом?

Алла запнулась и быстро добавила:

– Ты имеешь в виду Макса и меня? Это все в прошлом, клянусь тебе!

Таня, хмыкнув, швырнула куртку на пол и передразнила мать:

– «Это все в прошлом, клянусь тебе…» И чем ты готова поклясться, жизнью папы? Почему ты не сказала, что его арестовали в Норвегии? Почему не сказала… – девочка запнулась, ее лицо исказила судорога, – не сказала, что папа умер? Что его отравили в тюрьме? Ты ведь летала в Норвегию, да? И все утаила! Какая же ты двуличная, мама!

Алла оцепенело уставилась на Таню и пробормотала:

– Откуда ты узнала…

Таня, в глазах которой застыли слезы, закричала:

– Откуда я знаю, что папу арестовали? И что он умер? Это все, что ты можешь мне сказать? Это все, что тебя интересует? Радуйся, теперь он никогда не узнает, что тебя трахает какой-то патлатый фотограф!

– Татьяна, не смей употреблять таких слов! – произнесла Алла сурово.

– Какие хочу, такие и употребляю! – заявила дочка, по щекам которой катились слезы. – Как же я тебя ненавижу… И не мать ты мне больше! Это ты папу убила, ты! Ты виновата в его смерти!