Лучше мне умереть - Рекс Тодхантер Стаут

– Вчера вечером вы были у мисс Брандт, – заявил он, лишая меня возможности увильнуть от разговора.

– Совершенно верно, – признался я.

– Вы что-то втирали ей насчет статьи про Моллоя в каком-то журнале.

– Совершенно верно.

– Я хочу знать, что именно она рассказывала вам о своих отношениях с Моллоем.

Развернув кресло, я сел за письменный стол:

– Присаживайтесь. Это долгий разговор. И, кроме того, я бы хотел…

– Она упоминала обо мне?

– Что-то не припомню. Я бы хотел, чтобы вы объяснились. Вы не похожи на детектива. Вы ей кто? Брат, дядя, адвокат или как?

Он вызывающе подбоченился:

– Если бы я был ее братом, она носила бы фамилию Лессер. Разве нет? Я ее друг. И собираюсь на ней жениться.

Я поднял брови:

– Тогда мы не слишком удачно начали, братец. Счастливый брак должен основываться на взаимном доверии и понимании. По крайней мере, это общепринятое мнение. Не спрашивайте меня, что она говорила о них с Моллоем. Спросите прямо у нее.

– Мне и не нужно ничего спрашивать. Она сама сказала.

– Понимаю. Но если все обстоит именно так, вам все же стоит присесть. Когда вы собираетесь пожениться?

Кресло, которое я ему предложил, стояло прямо возле него. Лессер посмотрел на сиденье, словно опасаясь увидеть там гвозди, потом перевел взгляд на меня и неохотно сел.

– Послушайте, все не так, как вы себе представляете. Я сообщил ей, что собираюсь с вами поговорить. Не то чтобы я ей не доверял, но ведь скоро появится статья в журнале. Я имею право знать, что будет написано о моей жене и мужчине, на которого она работала, или как?

– Определенно имеете, но она еще не ваша жена. И когда свадьба?

– Очень скоро. Сегодня мы получили разрешение. На следующей неделе.

– Мои поздравления. Вы счастливчик, мистер Лессер. Как давно вы знакомы?

– Около года. Чуть больше. А теперь вы ответите на мой вопрос?

– Не возражаю. – Я положил ногу на ногу и откинулся на спинку кресла. – Вам будет приятно узнать, что у них там в журнале и в мыслях не было напечатать хоть что-то без одобрения мисс Брандт или ее супруга. Никакого посягательства на частную жизнь. Но вы дали мне идею. Статья будет гораздо лучше с реальной любовной линией. Знаете, в чем главная фишка: последние десять месяцев жизни жертвы убийства глазами секретаря. Ну, в общем, вы понимаете: молоденькая девушка работает на него и принимает приглашения на обед, но исключительно из жалости, так как сердце ее принадлежит другому. Она по уши влюблена в молодого человека, за которого собирается замуж. В статье можно сделать из этого прямо-таки конфетку: контраст между трагедией неминуемой смерти и застенчивой радостью юной любви. Ну как?

– Может быть. А что она вам сказала?

– Не волнуйтесь об этом. Когда статья будет написана, ваша невеста сможет изменить все, что придется ей не по вкусу, да и вы тоже. Когда состоялась помолвка?

– Ну… Все стало понятно уже довольно давно.

– Еще до убийства?

– Если формально, то не совсем. Разве это имеет значение?

– Может, и не имеет. Красавица жалеет Моллоя, так как или обещана другому, или надеется, что это скоро произойдет. Если мы сделаем некоторую отсылку, нечто вроде дополнительного ключа к личности убийцы, это будет просто бомба. Ведь мы можем смело называть его убийцей, потому что он осужден. Правда, я сомневаюсь, что вы были знакомы с Питером Хейсом.

– Нет, не был.

– Что-нибудь слышали о нем? Знали, что он был влюблен в миссис Моллой?

– Нет. Я услышал о нем только после его ареста.

– Впрочем, это не имеет значения. Я просто думал, что мисс Брандт упоминала о нем. Моллой наверняка ей о нем рассказал.

– Откуда вы знаете? Это она вам сказала?

– Что-то не припомню, – признался я. – Мне нужно заглянуть в свои записи, а у меня их с собой нет. А она рассказывала вам, что Моллой приглашал ее с собой в Южную Америку?

– Нет, не рассказывала. – Лессер снова набычился. – Я пришел сюда не затем, чтобы докладывать вам о том, что она говорила мне, а затем, чтобы узнать, что она сказала вам.

– Да-да, понимаю, – сочувственно кивнул я. – Обещаю, мы не опубликуем ничего из того, что вам не понравится или вас беспокоит. Но я никак не могу поделиться с вами подробностями своего разговора с мисс Брандт, потому что работаю на клиента и мой отчет об этой беседе является его собственностью. Впрочем, полагаю…

– Значит, вы мне не скажете?

– Я бы со всем моим удовольствием, но не могу. Впрочем, полагаю…

Лессер встал с кресла и вышел вон. Со спины он казался еще более тощим, чем спереди. Я прошел вслед за ним в прихожую, чтобы не показаться невежливым, но он уже сорвал пальто с вешалки и, повернув дверную ручку, громко хлопнул дверью, а я прошел в кабинет. Настенные часы показывали без двадцати пяти шесть. Делия Брандт, должно быть, уже вернулась с работы домой, хотя, если они с Лессером ходили за разрешением на брак, она, возможно, взяла выходной. Я набрал номер ее домашнего телефона. Мне никто не ответил.

Я весьма вдумчиво рассмотрел кандидатуру Лессера. У него было одно явное преимущество по сравнению с остальными кандидатами в убийцы, а именно нечто вроде мотива. И он запросто мог получить нужную информацию о Питере Хейсе, чтобы его подставить. Но вот как он мог подбить Фанни Ирвин остаться дома из-за приступа мигрени, а Риту Аркофф – предложить Сельме Моллой воспользоваться лишним билетом? Даже если не брать это в расчет и считать, будто он только и ждал подходящего момента нанести удар, откуда ему было знать, когда настанет подходящий момент? Как он мог узнать, что миссис Моллой уйдет из дому и вернется поздно? Стоило поискать ответы на все эти вопросы, не откладывая дело в долгий ящик, поскольку у него имелось еще одно потенциальное преимущество: жена не могла свидетельствовать в суде против мужа.

Я снова набрал номер Делии Брандт, и на сей раз она сняла трубку.

– Птичка на хвосте принесла, – сказал я, – что вы собираетесь замуж. Я звоню пожелать вам удачи, счастья и всего остального.

– Ой, спасибо! Спасибо вам большое! А Билл у вас?

– Нет, ушел несколько минут назад. Замечательный юноша. Было приятно с ним познакомиться. Он, очевидно, немного волнуется из-за статьи в журнале, но я обещал ему дать возможность наложить вето на все, что ему не понравится. Выходит, вы знали, что он собирается меня навестить?

– Ой, ну конечно! Он сказал, что хотел бы с вами потолковать. Ведь он мой будущий муж, и это нормально. Вы ему все рассказали… А что вы ему рассказали?

Что-то не похоже на будущую райскую жизнь. Он хочет узнать, что она мне рассказала, она хочет узнать, что я ему рассказал, а ведь они еще даже не женаты.