Хорошие девочки не делают это - Владимир Колычев

- А найти его сможешь?

- Я все смогу!

- Адрес его знаешь?

- Адрес?!

Юра понял, что нужно Климу. При всех своих возможностях тот не смог узнать, где живет Гулов. Или ему это не нужно было, или Гулов хорошо шифровался.

- Ты видел его документы, - сказал Клим, внимательно глядя на него.

-Женя сказала… Или Варвара?

- Какая разница?

- Гулов тоже мог возить с собой «липу». Может, он вовсе и не Гулов.

- Нам сейчас любое лыко в строку.

Юра усмехнулся, глядя на Клима. У всех есть родные, и у него, и у Димы, и у Рауля. У Жени, у Оксаны, у всех. Это называется, жареный петух клюнул.

- Адрес-то я, конечно, скажу…

Он совсем не прочь был разделаться с Гуловым руками Клима - и с ним, и с его системой. Но реально ли это?

- Скажешь, никуда не денешься, - кивнул Клим.

- Дело не в том…

- А в чем?

- Не в ту воду вы сунулись. Там брода нет.

- Выплывем.

- Это хорошо, что ты по ночам не спишь, дом стережешь. А сейчас кто за домом смотрит.

- Я не понял, ты что, спрашиваешь с меня? - вскинулся Клим.

- А если волки уже близко?

- Ты что-то знаешь? - с подозрением посмотрел на Юру Клим.

- И даже не чувствую… Но все возможно.

- Смотри, накаркаешь… Пристрелю! - пригрозил Клим и, поднявшись из-за стола, стремительно вышел из кухни, слышно было как застучали шаги по лестнице.

- Что это с ним? - завистливо глянув на Юру, спросил Андрей.

- Пицца подгорела.

-Да нет, нормальная… А-а, ты в этом смысле!

На кухню зашла Женя, следом за ней появилась и Оксана.

- Говорят, здесь пиццу подают? - с затаенным чувством вины улыбнулась она.

- Все сожрали.

- Фу, как грубо! - нахмурилась Женя.

- Это не грубость, это вещи своими именами.

- Ребята жрут, как свиньи? - продолжала улыбаться Оксана.

- Ну, если о вас не подумали.

- Да, о вас не подумали! - кивнул Андрей.

- А есть охота, - умильно посмотрела на Юру Женя.

- Охота в холодильнике. Дичь, яйца…

- Да? - Она зло уколола его взглядом. С Оксаной он был куда сговорчивей, и Женю это задело.

И Женя, и Оксана - одного поля ягоды. Но Женя все же ближе. С ней Юра уходил от погони, захватывал в заложники Гулова. И в Карелию они добирались целую вечность, длиною в два дня. Хоть и сука она, эта Женя, но Юре стало жаль ее.

- Подождешь немного? - спросил он.

У него оставалось еще немного теста, а нарубить колбасы и сыра не проблема.

Откуда-то со второго этажа доносились голоса, кто-то кому-то что-то говорил в требовательном тоне, по лестнице застучали шаги, в кухню с грохотом зашел рослый Пивень с безжизненным стеклянным глазом.

- Вкусная была пицца? - не без ехидства спросила Оксана.

-Да нормально, - сдвигая штору, кивнул парень.

Пистолет у него, отечественный «ТТ», из заднего кармана джинсов торчала запасная обойма.

- Что у вас там за шухер? - спросила Женя.

- А вдруг ты хвост привела? - Пивень громко передернул затвор.

- Размечтался!

Пивень задумался. А разве он мечтал о проблемах? Этот вопрос он задал самому себе, и не мог получить ответ со стороны. Но получил. Пулю. Сначала послышался тонкий сухой звон, с которым она продырявила стекло, а затем шлепок, под аккомпанемент которого из головы Пивня выплеснулись мозги. Он умер, даже не пикнув. Юра не сразу сообразил, что происходит. И, только когда глянул на зияющую дыру в глазнице, до него дошел весь трагизм происходящего. Это не шутки, это реально убивают.

- Ложись! - Он сбил с ног Оксану, вместе с ней упал на пол.

Женю сгреб в охапку Андрей, но укладывать на пол он ее не стал, просто оттащил к холодильнику, за которым их не мог достать снайпер.

- Клим! - запоздало взвизгнула Женя.

Но в холле уже грохотали выстрелы. Вряд ли бандиты Клима смогли вычислить снайпера, скорее всего, они отбивались от прямого нападения. Возможно, дом штурмовали посланники Гулова.

Юра подумал о том, что полиция не стала бы действовать столь грубо, менты, окружив здание, вступили бы в переговоры. А люди Гулова церемониться не будут, они перебьют всех, и он погибнет, и Андрей. И Женя, и Оксана…

Конечно же, Оксана не была тем ангелочком, которым хотела казаться, но вряд ли ее можно было назвать исчадием ада. Во всяком случае, она испугалась, как обычная девчонка, лихорадочно вцепилась в Юру, требуя защиты. Она хотела, чтобы он прикрывал ее от пуль как живой щит, но Юра не видел в этом спасения ни для нее, ни для себя. Не разгибаясь, он бросился к покойнику, вырвал у него из руки пистолет и только тогда поднялся во весь рост. И увидел несущегося на него человека в шерстяной маске. Он был в обычной одежде - джинсы в стиле карго, ветровка, - но в бронежилете. И с пистолетом-пулеметом «узи», оснащенным глушителем. Вряд ли это был полицейский-спецназовец. Менты воюют отечественным оружием, а у этого израильский ствол. И еще, прежде чем атаковать здания, спецназовцы забрасывают его светошумовыми или усыпляющими гранатами, а здесь ничего такого, во всяком случае пока.

Боец с разгона оторвался от земли, повернулся в воздухе на девяносто градусов и плечом выбил стекло. Сила инерции несла его в дом, прямо на Юру. И был только один способ его остановить.

Метко стрелять Юра умел, но ему не хватало духу нажать на спуск боевого пистолета. А ситуация требовала решительности Лежащий на полу покойник служил ярким предсказанием на будущее. Или Юра стреляет, или ложится рядом с ним.

Он выстрелил. И не промахнулся. Пуля ударила штурмовика в голову, пробив ее насквозь, но не смогла остановить. И даже не изменила направление полета. Юра выстрелил снова, в этот момент его и накрыло.

Падающий человек сбил его с ног, пистолет вылетел из руки. Юра ударился головой о твердый пол, но сознание не потерял и, поняв, что лежит под покойником, быстро перевернул его на спину, вырвал у него из рук «узи», поднялся и глянул в окно - никого. Только снайпер где-то прятался. Зато в доме что-то происходило. В холле стреляли, кто-то кому-то что-то кричал.

- Держи окно!

Это командовал не Юра, а ефрейтор Ямпольский, целый год в тепличных боях оттачивавший тактику обороны зданий. А сегодня наконец-то почувствовавший вкус крови.

В холл он ворвался с одной стороны, а с другой - человек в бронежилете и с «узи». Налетчик выстрелил в Диму, навел ствол на Клима, который в это время лихорадочно перезаряжал свой пистолет, но Юра его опередил. Покойный Дима грохнулся на пол одновременно со своим убийцей.