Центророзыск. Испанское золото - Николай Михайлович Раков

Вечером, доложив Гораку о проделанной работе, Дворжек остался в своем кабинете, ожидая своих сотрудников для постановки задач на завтра и получения результатов проводимых ими поисков.

* * *

Утро, как и поздний вечер с отчетом сотрудников, не принесло ничего существенного. Работники отелей не узнали своих проживающих или недавно выехавших по предъявленному фото. Возможно, бармен умышленно исказил личность Джозефа. В это слабо верилось, так как парень был сильно напуган, хотя, возможно, его не стоило отпускать, а надо было денек-другой подержать за решеткой.

Обыск номеров испанцев в отеле тоже не дал никаких результатов. Ни следов крепления струбцин от слесарных тисков на мебели, ни мельчайших блесток латунной пыли под ярким светом электрических фонарей и линзами сильных луп.

Зато возвращение команды на завод сразу же было отмечено радостным известием. Утром Дворжек, уезжая для осмотра номеров в отеле, оставил на заводе двух своих сотрудников с приказом сопровождать испанцев в группе представителей коммерческого директора при осмотре груза.

Оперативники обратили внимание на следы, оставляемые гостями в свежем снегу. Отпечатки подошвы ботинок одного из испанцев по своему рисунку полностью совпадали с отпечатком, обнаруженном в угнанной взломщиком машине Новака.

Безопасник быстро поговорил с Гораком, и, когда группа по осмотру груза вернулась, в кабинет к генеральному директору были приглашены только Клаус и Бакар. Трех сопровождающих главного эмиссара проводили в комнату для гостей, где предложили кофе с бисквитами, и только один из испанцев, тот, что был одет в ботинки с рифленой подошвой, наступил несколько раз на тонкую полотняную дорожку, обработанную специальным составом, под которой лежали листы следовоспринимающей бумаги.

Совещание у генерального подходило к концу, и после кофе гостей вновь пригласили в приемную.

— Это тот же след, что мы обнаружили в автомобиле, — специалист, перед которым лежали два листа бумаги с отпечатками подошвы, откинулся на спинку стула и опустил лупу на стол. — В обоих случаях наблюдается характерное повреждение рисунка протектора. Есть и другие мелкие особенности, не так сильно бросающиеся в глаза.

Дворжек и сам это отчетливо видел. Он снял трубку и позвонил в кабинет директора, где еще проходило совещание.

— Это они, — коротко сказал он, когда на том конце сняли трубку.

— Зайдите через полчаса.

— Благодарю за прекрасно проделанную работу, Дворжек, — проговорил директор, когда в условленное время безопасник перешагнул порог кабинета. — Соберите всё, что у вас есть, и передайте материалы Бранту.

— Господин директор, вы же знаете мои условия, — возразил Дворжек. — Вся работа моего отдела не подлежит освещению. Единственный человек, имеющий право ознакомиться со всеми материалами расследования — вы.

— Ну хорошо, хорошо. Напишите на мое имя подробную справку обо всех обстоятельствах ограбления и добытых вами доказательствах, и до конца дня передайте ее мне.

— Что требуется от меня дальше?

— Можете быть свободны. Дальше нашими гостями займется Брант. Объявите своим сотрудникам, что им, как и вам, будет вручена денежная премия.

— Благодарю, господин директор, — Дворжек слегка поклонился, выходя из кабинета.

* * *

— Брант, вы потеряли мое доверие. В первую очередь вы подвели себя, но и меня тоже. Только благодаря мне вы не находитесь за воротами завода, куда вас проводила бы ваша же охрана. Я должен вас уволить.

Начальник службы охраны, стоя в почтительной позе, ждал продолжения.

— Почему вы молчите, Брант?

— Мне нечего сказать в оправдание, господин директор.

— Но я решил дать вам еще один шанс.

— Любой ваш приказ будет выполнен, — бодро ответил Брант, уже понимая, что его не выбросят на улицу.

— Хотелось бы быть уверенным, — произнес Горак. — У вас в службе есть надежные люди, умеющие держать язык за зубами?

— Да. Такие люди у меня есть.

— Так вот. Сейчас наши испанские «гости» находятся в кабинете у коммерческого директора. Возьмите их тихо. Не нужно, чтобы об этом кто-то знал. Меня не интересует, как вы это сделаете, но они должны вам рассказать, как один из них проник к нам в результате вашей некомпетентности и где похищенные деньги.

— И что мне сделать с ними потом, когда они все расскажут?

— Брант, я начинаю сожалеть, что поручил вам это дело.

— Я все понял, господин директор.

Горак махнул рукой, показывая, что Брант может идти. Он презирал этого педантичного солдафона, но после того, что тот сделает, он попадет в полную зависимость от него, Горака.

Оружейный бизнес никогда не отличался чистотой своих нравов, так как сам по себе жесток и безнравственен. И такие исполнители, как этот Брант, не боящиеся чужой крови, ему всегда будут полезны и нужны.

* * *

Группа захвата вошла без стука в кабинет коммерческого директора, где находились «гости», и сразу выхватила пистолеты.

— Все на пол, лицом вниз, — скомандовал Брант по-немецки.

Испанцы повернули головы и уставились на вооруженных людей.

— Я не понимаю… — начал по-английски Ба-кар, но не окончил фразы.

— Ложись, собака, или они будут стрелять, — взвизгнул Клаус.

Выдержка не изменила «гостям», они медленно поднялись со стульев и растянулись на полу.

— Руки за спину, — подал следующую команду коммерческий директор.

Когда и это было выполнено, один из вошедших убрал в карман пистолет и, обойдя всех, застегнул на их запястьях наручники.

Клаус выскочил из-за стола, подбежал к лежащему Бакару и с наслаждением на лице ударил его несколько раз ногой в бок.

— Говори, куда дел деньги, — прошипел он.

— Какие деньги? — через несколько секунд, когда боль притупилась, спросил испанец.

— Деньги, что ты украл из моего сейфа.

— Не понимаю.

— Поймешь, когда тебя начнут по-настоящему спрашивать, — угрожающе пообещал Клаус.

— Господин директор, здесь не место для допроса, — остановил Клауса Брант. — Мы будем вынуждены остаться в вашем кабинете до окончания рабочего дня. Демонстрировать работающим в корпусе гражданским задержание этих свиней не нужно. Оставьте нам ключ от кабинета и идите. В темноте мы переведем их в другое помещение, там и поговорим.

— Но они не знают немецкого, — последовал резонный довод.

— Курт мне поможет. Правда, Курт?

Один из охранников молча кивнул.

— Пока мы просто здесь побеседуем, ну, а если не договоримся, можете к нам присоединиться позже.

Клаус несколько секунд подумал, но перспектива оставаться здесь еще на полдня без возможности выплеснуть свою злобу была непривлекательной.

— Хорошо, — согласился он. — Где я вас найду?

— Под восьмым цехом есть хороший подвал. Приходите туда,