Те, кто в опасности - Уилбур Смит

Она кивнула, набрала сообщение и повернула к нему экран, чтобы он мог прочесть.

Джентльмены, жду ваших дальнейших сообщений. Тем временем прошу не причинять ей вреда.

— Нет! — резко сказал Гектор. — Никакого обращения. Они не джентльмены, и нет смысла так их называть. Оставьте только самую суть. Жду. И все.

Она кивнула, исправила текст и показала Гектору.

— Отправляйте! — сказала она.

Он взглянул на своих людей.

— Всем внимание. Отныне только «знать то, что необходимо».

Его поняли. Если кого-то захватят и будут пытать, он не сможет рассказать то, чего не знает. Все один за другим пошли из комнаты.

— Тарик. Утманн. Задержитесь, пожалуйста.

Арабы вернулись на свои места за столом. Хейзел больше не могла сдерживаться.

— Кросс! — выпалила она. — Неужели больше ничего нельзя сделать? Боже, как нам узнать, где ее держат?

— Именно это мы обсуждали весь предыдущий час, — напомнил Гектор. — Если у Зверя и есть слабость, то это любовь к болтовне. Он любит хвастать своими победами.

Хейзел покачала головой.

— Не понимаю.

— Если знаешь, где слушать, можно уловить эхо его похвальбы.

— А вы знаете, где слушать? — спросила она.

— Нет, но Утманн и Тарик знают, — ответил он. — Я посылаю их работать глубоко законспирировавшись. Они отправятся в страны, где родились и где у них прочные связи с местным населением. Тарик поедет в Пунтленд, Утманн — в Ирак. И будут принюхиваться, пока не учуют след. Даже если Кайлу держат в другом месте, эти двое узнают где.

— Это ведь очень опасно? Они будут предоставлены самим себе и не смогут защититься.

— Вы недооцениваете происходящее, миссис Бэннок. Да, их ждет смертельный риск, но их трудно убить. Они выживали и не в таких ситуациях.

Хейзел взглянула на арабов.

— Я никогда не смогу достойно возблагодарить вас. Вы рискуете жизнью ради моей дочери. Вы очень, очень храбрые люди.

— Не надо их перехваливать, — возразил Гектор. — Они и так весьма высокого мнения о себе. Теперь они потребуют прибавки жалованья или что-нибудь столь же нелепое.

Все, кроме Хейзел, рассмеялись, и напряжение отчасти спало.

— Пока они не отыщут верный след, мяч в игре будет на нашей половине. А мы тем временем будем готовиться к тому, чтобы, как только узнаем, где Кайла, нагрянуть туда и забрать ее.

* * *

Двухмоторный «Фоккер А-27 Френдшип» авиалиний Зары ежедневно совершал рейс из аэропорта Сиди-эль-Разига в Эш-Альман, столицу Абу-Зары. На следующее утро Тарик и Утманн незаметно присоединились к толпе нефтяников и других служащих, проходивших контроль в маленьком аэропорту. В традиционных одеяниях, прикрыв лица тканью, они были неотличимы от прочих пассажиров. Добравшись до столицы, они разделились. Тарик сел на самолет до Могадишо в Сомали, а Утманн час спустя вылетел рейсом на Багдад. Они растворились среди бесчисленных безликих арабов.

* * *

На следующее утро Гектор поискал Хейзел и обнаружил ее за завтраком в крошечной столовой. Стоя над ней, он посмотрел на тарелку с хлопьями и чашку черного кофе. Неудивительно, что она в такой форме, подумал он.

— Доброе утро, миссис Бэннок. Надеюсь, вы хорошо спали.

— Пытаетесь шутить, Кросс? Конечно, я спала плохо.

— День впереди долгий. Пока ничего не будет происходить. Я беру своих парней прыгать с парашютом. Некоторые из них уже год не прыгали. Им нужна практика.

— А для меня парашют найдется? — спросила Хейзел. Гектор моргнул. Ему казалось, она захочет посмотреть на прыжки, чтобы отвлечься от своих тревог. Но он не думал, что она захочет прыгать. И еще он подумал: а есть ли у нее опыт?

— Приходилось прыгать с парашютом? — тактично спросил он.

— Мужу это нравилось, и он брал меня с собой. Мы много прыгали вместе в норвежских фьордах у Троллстигена.

Гектор некоторое время смотрел на нее, прежде чем вновь обрел дар речи.

— Дальше некуда, — заключил он. — Не бывает ничего рискованней прыжков с горы в двухтысячефутовую пропасть.

— А вы тоже прыгали в фьорды? — с интересом спросила она.

— Я смел, но не безумен, — покачал он головой. — Миссис Бэннок, я восхищаюсь вами, и вы оказали бы мне честь, если бы прыгнули с нами сегодня утром.

Гектор собрал пятнадцать своих лучших людей, включая Дэйва Имбисса и Пэдди О’Куинна. Они выполнили по три прыжка с вертолета. Два с высоты в 10 тысяч футов, а последний, третий, с четырехсот футов: времени едва хватает, чтобы воздух заполнил купол, прежде чем ноги коснутся земли. Такая техника не дает врагу времени открыть огонь, пока парашютисты в воздухе и уязвимы. После третьего прыжка все мужчины с уважением и благоговением поглядывали на Хейзел. Даже Пэдди О’Куинн едва скрывал восхищение.

У склона песчаного холма они перекусили сэндвичами с ветчиной и сыром и выпили кофе из фляжки. Потом Гектор спустил с вершины холма старую покрышку, и, пока она, подпрыгивая, катилась вниз, все по очереди стреляли из автоматов «Беретта SC-70/90» по картонной мишени, которую Гектор закрепил в покрышке. Хейзел стреляла последней. Она взяла автомат Гектора и быстро и привычно проверила заряд и баланс оружия. Потом подошла к черте и стала стрелять, изящно, чуть поворачивая ствол, как стреляют по летящему фазану. Дэйв принес снизу мишень, все собрались вокруг и молча смотрели на пулевые отверстия в картоне. Все молчали.

«Почему мы все так удивлены? — размышлял Гектор. — Она всемирно известная спортсменка, и координация движений со зрением у нее, как у леопарда».

И хитренько спросил:

— Позвольте высказать догадку, миссис Бэннок. Ваш муж любил стрелять и брал вас с собой. Верно?

Смех был искренним и заразительным, и через несколько мгновений Хейзел присоединилась к нему. Она засмеялась впервые после пропажи Кайлы. Смех вызвал катарсис. Она почувствовала, как вызванное горем оцепенение оставляет ее.

Прежде чем смех прекратился, Гектор хлопнул в ладоши и крикнул:

— Отлично, мальчики и девочки! До терминала всего семь миль. Последний покупает всем выпивку.

Бежать по песку тяжело. Когда они вбегали через ворота в обнесенный колючей проволокой поселок терминала, Гектор был в нескольких шагах за Хейзел. Она бежала быстро и легко, но рубашка у нее на спине потемнела от пота. Гектор улыбнулся.

«Сомневаюсь, что сегодня мадам трудно будет уснуть», — подумал он.

* * *

Утманн услышал взрыв и увидел впереди над крышами зданий столб черного дыма. Он сразу понял, что взорвалась бомба, и перешел на бег, направляясь к дому брата, который, сколько он помнил, находился вблизи места взрыва. Свернув за угол, он посмотрел вдоль узкой извилистой улицы. Зрелище бойни ужаснуло даже такого закаленного ветерана, как Утманн. Какой-то человек бежал ему навстречу, прижимая к груди окровавленного ребенка. Не видя Утманна, он пробежал мимо. От взрыва обрушились фасады трех зданий. Комнаты внутри обнажились, как в кукольном домике. Оттуда свисали или падали на улицу мебель и вещи. Посреди улицы стоял почерневший остов машины, в которой была бомба.