Аллергия на убийства - Сельма Эйчлер

Ну и не было, дальше что, великая сыщица! — осадила я себя. О чём собственно, речь? Какая-то рамка с какими-то фотками, а отнюдь не бесценное фамильное сокровище! Какое значение может иметь эта штуковина?

Но проверить-то не повредит. В конце концов, больше мне пока зацепиться не за что.

Тут сержант Якобович повесил трубку и, повернувшись ко мне, внимательно вгляделся, будто пытаясь прочесть мои мысли.

— Возможно, я ошибаюсь, — заметил он, — но сдаётся мне, вы по-прежнему сомневаетесь, что девочка умерла от своей болезни.

— Не в этом дело. Просто пытаюсь исключить все другие варианты. Я ведь сказала вам это по телефону, помните?

— Помню, но по-моему… — Якобович повёл плечами. — Ладно, неважно. — Он подался ко мне: — Слушайте, я не утверждаю, что девочку не могли убить, мало ли — всякое бывает. Но в данном случае это более чем сомнительно. Повторяю, вскрытие было проведено тщательно, и всё указывало на одну причину смерти: бедняжка, к несчастью, уродилась очень больной. Вот и всё. И если откровенно, меня удивляет ваша клиентка. Ей бы радоваться, что ничего не нашли и что её внучка умерла своей смертью.

Я уже раскрыла рот, чтобы разъяснить ход мыслей миссис Корвин, но поспешно закрыла, поскольку Якобович озвучил мои собственные мысли.

— Знаете, — заметил он нарочито бесстрастно, меж тем как щёки порозовели от волнения, — я могу понять, как она винит себя за то, что не поверила внучке насчёт автомобиля. Думает, наверное, что если б поверила, то приняла бы какие-то меры и ничего бы не случилось. И если бы установили, что Кэтрин убита, у миссис Корвин появился бы серьёзный повод для самобичевания. Но дело в том, что, вздумай кто-то прикончить девочку — а я готов поклясться, что это не так, — убийца нашёл бы способ, даже если бы бабушка наняла телохранителя.

Я была уверена, что он закончил, и уже хотела согласиться, собрать пожитки и вежливо поблагодарить сержанта за то, что уделил мне время. Но Якобович продолжал с новыми силами:

— Более того, нынешние страдания пожилой леди — ничто в сравнении с болью, которую она испытала бы, если б узнала, что кто-то действительно убил её внучку. Мне приходилось иметь дело с родителями и бабушками-дедушками детей, погибших от рук убийц. И уж поверьте на слово, нет ничего ужаснее, чем потерять своего ребёнка вот так.

Якобович откинулся на спинку кресла, ожидая моей реакции.

— В принципе я готова согласиться почти со всем, что вы сказали. Но стоит учесть и ещё кое-что. Миссис Корвин настолько уверена, что Кэтрин убили, и её так угнетает невозможность убедить в этом окружающих, что, если бы вдруг подтвердилось самое худшее, ей бы стало легче — она обрела бы некоторый душевный покой. — Якобович ответил мне скептическим взглядом. — Конечно, не сразу, но в конечном итоге. Вся это трагедия обрела бы завершённость.

— При условии, что убийцу найдут, — сухо обронил он.

— Само собой. И пусть я ошибаюсь, но я дала слово этой женщине и должна всё проверить.

Сержант вздохнул и покачал головой.

— Что скажете? — спросила я, и без того зная, что он сейчас скажет.

— Вы ищете то, чего нет, Дезире, — мягко, чуть ли не жалостливо заметил он.

Я взялась за ручку своей бездонной сумищи и рассеянно произнесла:

— Возможно, вы и правы. — А мысли в кои-то веки опережали язык: с проблеском надежды я подумала о рамке с фотографиями, оказавшейся там, где её не должно было быть. Но столь же возможно, что вы ошибаетесь, мысленно сообщила я сержанту, поднимая со стула свою истерзанную корму.

А если так, то и отсиженной задницы не жалко!