Гнев Пигмалиона - Ирина Градова

Взглянув на часы, Рита отметила, что уже половина второго. В два часа у нее была назначена встреча с Женей Фисуненко в их любимой закусочной «Кошкин дом», на Сенной, а на смену собиралась прибыть Светлана. Из «хвостов» сегодня присутствовала только женщина в старом автомобиле. Рита не смогла определить ее возраст, да и лица было не разглядеть, потому что, как в шпионских фильмах, незнакомка замаскировалась на славу, нацепив огромные солнцезащитные очки, замотавшись шарфом по самый подбородок и натянув шапку почти до бровей. К чему такой маскарад – может, Анатолий или его отец знают ее в лицо? Рита поборола искушение в наглую подойти к машине: это могло привести к тому, что тетку заменят на кого-то еще и этот другой станет действовать более скрытно. Нет, пусть уж лучше следит та, кого они «срисовали»!

Зазвонил телефон, и Рита сняла трубку. Оттуда раздался взволнованный голос Светланы:

– Маргарита Григорьевна, я вычислила мужика с фотографии!

– Да ну? – обрадовалась Рита.

– Я «пробила» тот зеленый «Ниссан» через знакомых ребят в ГИБДД. Угадайте с трех раз, кому он принадлежит?

– Все равно не угадаю, говори скорей!

– Машина служебная. По имеющимся данным, она числится за вице-губернатором Санкт-Петербурга Рудольфом Эдуардовичем Светлогоровым, а мужик на снимке – некий Петр Андреевич Литовцев, его личный помощник.

– Во дела! – вырвалось у Риты.

– Вот именно! – возбужденно кричала в трубку Света. – Значит, мы можем связать покушение на Лапикова с именем Светлогорова!

– Не торопись! – прервала девушку Рита. – Во-первых, слежка сама по себе еще ни о чем не говорит: это не означает, что Ивана Романовича пытались убить те же люди, которые за ним шпионили. Во-вторых, машина только числится за Светлогоровым, а ты представляешь, сколько таких служебных тачек у чиновника его уровня? Кроме того, «хвост» встречался не с самим вице-губернатором, а с другим человеком… Литовцевым, так? А он мог использовать машину шефа в личных целях.

– Я об этом не подумала, – пробормотала Светлана упавшим голосом. – Но ведь это – важные сведения, да?

– Очень важные, Светик, – поспешила успокоить девушку Рита. – Ты просто умница, что все это выяснила! Теперь я должна поговорить кое с кем… Ты когда будешь?

– Минут через десять.

Примерно через полчаса Рита подъезжала к «Кошкиному дому», возле которого заметила грязно-серую машину Евгения. Он мог позволить себе и более дорогой автомобиль, но, как и Рита, не спешил расставаться со старым «боевым конем».

Едва войдя в помещение кафе, она ощутила, как ее окутывают запахи свежей выпечки и кофе, самые приятные на свете! Рите постоянно приходилось следить за фигурой – к этому приучил ее отец-балетмейстер. Кроме того, имея такого мужа, как Игорь Байрамов, нельзя распускаться, ведь множество стройных женщин стоят в очереди, чтобы оттяпать у нее лакомый кусочек! А на столике у окошка с видом на площадь, где уютно устроился Фисуненко, стояло огромное блюдо с пирожками и плюшками.

– Опаздываешь, мать! – сказал Женя, когда Рита опустилась на стул.

– Виновата: не могла оставить объект без наблюдения!

– Ладно, – милостиво сказал Фисуненко, указывая на блюдо с пирогами, – налетай, сейчас принесут чай. И поскорее выкладывай свои секреты, а то у меня мало времени: в районе очередной маньяк объявился!

– Господи, – простонала Рита, – ну почему нам, бабам, так не везет, объясни? Мало того, что мужики никчемные попадаются, так еще и маньяки!

– К твоему сведению, несколько убитых – мужчины. Этот маньяк не по женщинам специализируется, а по старикам и инвалидам. Что, скажи мне, можно взять из платяного шкафа обычного питерского пенсионера? Комплект белья да старую кроличью шубу! Ну, пенсию, типа, «гробовые»… Вот мы и пашем с утра до ночи, а толку – чуть. Начальство каждый божий день на ковер вызывает, отчета требует… Так что там у тебя?

– Тебе знаком некий Иван Романович Лапиков? – спросила Рита и откусила большой кусок плюшки с корицей.

– Некий? Если мы говорим об одном и том же Лапикове, то он – личность в свое время известная в криминальном мире!

– Да ну? – изумилась Рита, едва не подавившись куском булки. – Но у него вроде бы легальный бизнес!

– Это теперь он легальный, а лет пятнадцать назад Лапиков неплохо так покуролесил в Питере!

– Что, крутой был авторитет?

– Ну и покруче бывали, но надо отдать Лапикову должное: он не беспредельничал. Разборки устраивал, но только с теми, с кем пересекался по «бизнесу», а они, сама понимаешь, отнюдь не чисты были. Теперь он заделался честным предпринимателем, владеет сетью закусочных и ресторанов, а раньше его бригада рынки «крышевала», Лапиков стал единственным, кому удалось оттуда азербайджано-чеченскую мафию вытурить и своих людей поставить, прикинь?

– А тебе ничего не известно о его жизни сейчас? – поинтересовалась Рита.

– Я так понимаю, он к тебе обратился? – вместо ответа спросил Фисуненко.

Она кивнула и добавила:

– Только я не могу тебе все рассказать.

– Понимаю, – согласился Женька. – Конфиденциальность, все такое… Мне известно то же, что и всем: несколько дней назад в Лапикова стреляли из проезжающего мимо автомобиля.

Рита снова кивнула.

– Он отказался от моих услуг, но меня нанял его сын Анатолий. Он рассказал, что некоторое время назад его пытались похитить, но охрана Лапикова-старшего застрелила нападавших. Наверняка об этом что-нибудь есть в полицейских сводках?

– Поищем, – пообещал Фисуненко. – Значит, ты считаешь, на Ивана Лапикова открыли сезон охоты?

– Похоже на то. Мне нужно знать, не сталкивался ли он с кем-нибудь по бизнесу – возможно, его хотят устранить конкуренты?

– Задание ясно, товарищ начальник! – шутливо взял под козырек Женька. – Знаешь, я сам удивился: не те времена нынче, чтобы бизнесменов отстреливать. Сейчас проще их выдавить с рынка при помощи подкупа властных структур… Постараюсь что-нибудь узнать, но, сама понимаешь, ничего не обещаю!

Глава 9

Наташа сидела в приемном покое больницы уже два часа, а поговорить с врачом ей все еще не удалось. Виктора доставили в отделение реанимации, и с тех пор известий оттуда не поступало.

Наташа понятия не имела, что случилось, но ее беспокоило не только состояние художника, но и собственное будущее: если с ним что-то серьезное, что, спрашивается, делать ей? Девушка даже самой себе боялась признаться, что новая жизнь под крылом «работодателя» ей нравится, несмотря на некоторые неудобства: никогда, даже в детстве, она не чувствовала себя в такой безопасности! Мысль