Расследование леди Ловетт - Вайолет Марш

Полуулыбка Тэвиша не дрогнула, а в голубых глазах заиграли теплые искорки.

– Как и вы. По моим наблюдениям, у вас имеются все задатки мудрой владетельницы с инстинктом принятия выгодных решений.

На мгновение искусное самообладание леди Шарлотты развеялось, и она повернулась к Мэттью. Лицо девушки отчетливо выражало панику наряду с разочарованием. От осознания того, что она обвинила его в разглашении тайны, о которой он и сам не подозревал, у Мэттью сжались внутренности. Ему было известно, что леди Шарлотта помогла кузине и Софии оформить новое помещение, но не о вложенных ею средствах в кофейню.

– Приношу свои глубочайшие извинения, леди Шарлотта. Теперь я понимаю, судя по выражению вашего лица, что эта новость не является общеизвестной. Мисс Уик поделилась со мной, и я не знал, что это конфиденциальная информация.

– Я не был осведомлен о вашем участии в расширении кофейни до этой минуты, леди Шарлотта, – поспешно добавил Мэттью, – но, по-моему, это очень смелое и мудрое решение. Вы не перестаете меня удивлять.

На смену уязвленному взгляду леди Шарлотты вернулась довольная улыбка. И снова желудок Мэттью упал, но на этот раз совсем по другой причине. Его по-прежнему переполняло то трепетное ощущение, что она вызывала при каждой встрече, невзирая на недели, прожитые под натиском этого бодрящего прилива.

В произнесенных им словах не содержалось ни малейшего намека на ложь. Представители высшего общества, прознав о случившемся, не преминули бы осудить ее за приобретение доли в кофейне, но этот скандальный поступок мог принести ей независимость, недостижимую для большинства женщин. Однако расплатой может обернуться полный остракизм, причем намного худший, чем тот, который он пережил, став врачом.

– Спасибо, – молвила она. Пусть прозвучало лишь одно слово, но в нем слышалась затаенная эмоция, похожая на нежную привязанность, и Мэттью захотелось понежиться в этой ласке. Но прежде чем тепло ее голоса успело целиком окутать его сердце, девушка резко обернулась, придав лицу королевское выражение, которое она носила, словно тонко выкованную кольчугу.

– Вы хорошо знакомы с моей кузиной Ханной Уик? – спросила леди Шарлотта. Хоть голос девушки оставался все таким же легким и дружелюбным, а в ее позе не прослеживалось ничего необычного, и все же Мэттью уловил некую перемену, возможно, усилившуюся в ней бдительность. Она напомнила ему брата перед началом скачек.

– Я покровитель «Черной овцы» с момента ее открытия, – ответил Тэвиш в том же непринужденном духе, что и леди Шарлотта, когда задавала вопрос, но чувство тревоги закралось в душу Мэттью. Леди Шарлотта всегда отличалась проницательностью, и он задумался, выстоит ли перед ее испытующим взором мастерство Тэвиша увиливать от неудобных расспросов. Видимо, Тэвиш допустил нехарактерную для него оплошность и по какой-то причине вызвал интерес леди Шарлотты.

– Получается, вы друг родителей Ханны? Должна признаться, что я, к своему стыду, не очень хорошо знакома с родными кузины и их знакомыми.

По телу Мэттью пробежала нервная дрожь. Что вынудило леди Шарлотту так тщательно искать связь между Тэвишем и Ханной? Александр никогда не задавался этим вопросом, но Мэттью, Тэвиш и кузины Уик старались не разглашать лишнего. Если бы Тэвиш знал, как сильно высокородная леди намеревалась хранить в тайне свое частичное владение кофейней.

– Мне всегда приятно обнаружить место, где царит оживленная беседа и подают бодрящий напиток, – Тэвиш говорил со свойственной ему спокойной, великодушной уверенностью, которая обычно отвлекала внимание слушателей, оставшихся без ответа на их поставленный вопрос.

Однако леди Шарлотту таким трюком нельзя было одурачить.

– Но почему именно это заведение? В Ковент-Гардене нереально бросить камень, не попав в кофейню. – За простым разговором таилась излишняя навязчивость, и леди Шарлотта даже не потрудилась ее скрыть. – Наверняка что-то привлекло вас в заведение моей кузины?

– Название, – ответил Тэвиш с прежней невозмутимостью.

– Правда? – полюбопытствовала леди Шарлотта, в мелодичном голосе которой слышалось не более чем вежливый интерес. – Вы чувствуете особое родство с ним?

– А разве не все мы в той или иной степени черные овцы? – Тэвиш без усилий переадресовал вопрос Шарлотте.

Мэттью переводил растерянный взгляд с Тэвиша на леди Шарлотту, словно наблюдая за теннисным матчем на французском корте между двумя непревзойденными игроками. Чем больше росло напряжение, тем приятнее и бесстрастнее становились их голоса. В обычной ситуации Мэттью поставил бы на безоговорочную победу Тэвиша, но леди Шарлотта с каждым новым ударом загоняла шотландца в угол. Стоит Тэвишу проявить неосторожность, и он выйдет за рамки дозволенного… что чревато опасными последствиями для всех участников, включая леди Шарлотту.

– Кстати, о черных овцах… – вмешался в разговор Мэттью, пожалуй, чуть оживленнее, чем следовало. Его трудно было отнести к мастерам уклончивых речей, но слова вынудили Тэвиша и леди Шарлотту повернуться в его сторону. Когда они выжидающе уставились на него, он натянул улыбку и поднял клетку в руке. – Позвольте представить вам Кирену.

– Охотницу на водных нимф? – в замешательстве произнесла леди Шарлотта, глядя на скрывающую енотиху ткань.

– Какое имя подошло бы лучше для существа, которое на многих языках в переводе на наш называют «собакой-полоскун» или «медведем-полоскун»? – спросил Мэттью, снимая покрывало. Кирена прижалась к задней стенке клетки и принялась нервно шипеть. Мэттью осторожно просунул палец между деревянными планками, чтобы почесать и утихомирить взволнованное животное. Пусть Кирена и проявляла к нему некоторую привязанность, но маленький зверек все равно был не прочь укусить, особенно в подобном состоянии.

– Боже мой! – воскликнула леди Шарлотта, слегка согнув колени, чтобы получше рассмотреть Кирену. Мэттью, к своему восторгу, заметил, что девушка не стала приближаться к клетке, предположив, что так она пыталась не напугать Кирену еще больше. – Вы только посмотрите, на ней маленькая маска!

Кирена подглядывала за леди Шарлоттой из-под толстого полосатого хвоста. Стоило ее любопытным, искрящимся черным глазкам встретиться со взглядом леди Шарлотты, как девушка сцепила руки.

– Она очаровательна. Как правильно называется это животное у нас?

– Енот-полоскун, – пояснил Мэттью. – Это слово происходит от названия племени алгонкинов.

– Откуда она родом? – уточнила леди Шарлотта.

– Исследуя леса в Новом Свете, я наткнулся на ловушки для бобров – в одну из них и попала Кирена. Ее передняя лапка, к сожалению, была сломана, и мне не удалось ее вылечить. Матери зверька нигде не было поблизости, и вряд ли Кирена долго смогла бы прожить без нее в дикой природе. Мне показалось, что она идеально впишется в зверинец Тэвиша, и я взял ее с