Кости не лгут - Марина Серова

Я кое-как оттащила Васю, потерявшего от ярости человеческий облик, от его жертвы. Джеб стоял на коленях, тщетно унимая лившуюся из носа кровь.

С великим трудом утихомирив рвавшегося в бой Василия, я приступила к собственно допросу:

— Ну-с, молодой человек, вы меня не забыли?

Джеб с невероятной скоростью закивал головой, что, видимо, означало: «Нет, что вы, как можно!»

— Очень хорошо. Тогда у меня к тебе еще парочка вопросиков.

Джеб возобновил свои движения головой. Теперь это можно было расценить, как «Пожалуйста, пожалуйста, все, что угодно!».

— Как тебе, вероятно, известно, некий Петрович поменял место своего обитания. Нам, к сожалению, не доложившись. Не соблаговолите ли вы быть так… быть настолько… — Я запуталась и, оборвав свой изысканный тон, прямо спросила: — Короче, где Петрович, сука?!

Тут респондент мой несколько замялся. Василий, расценив это нежелание сотрудничать как крайнее неуважение к нам вообще и к нему, Василию, в частности, снова пустил в ход кулаки. Джеб, получив пару ударов по лицу, рухнул на землю, закрывая голову руками. Он, по-моему, совсем ополоумел от страха. Я схватила Ваську за белесую гриву и оттащила в сторону.

— Ты лучше на шухере стой, пугало огородное!

Вася с трудом умерил пыл заплечных дел мастера и угомонился.

— Итак, продолжаем наш разговор, — повернулась я к Джебу.

Он уже успел подняться. Даже колени отряхнул. Тоже мне, нашел время марафет наводить.

— Не знаю я, — с тоской в голосе ответил он и тут же испуганно покосился на Васю.

— Ты, сучара бацилльная, лучше язык-то свой развяжи, а то… — мрачно посоветовал Василий.

Он тяжело дышал и нетерпеливо потирал свои кулаки. Видать, чесались сильно.

— Да я, в натуре, не знаю! Он же вчера только свалил! Теперь перекрывается где-то! Что я, секретарь у него, что ли?! — заголосил Джеб.

— Ну-ка, дорогой друг, — подошла я поближе к испуганно попятившемуся наркоторговцу, — ручонки свои подними.

— Зачем это? — бегая глазами, спросил тот.

Но руки тем не менее поднял.

Я резко, чтобы он не успел мне помешать, вывернула ему карманы. На землю выпало несколько целлофановых маленьких пакетиков с белым порошком внутри.

— Ого, добра-то сколько! — произнесла я с иронией в голосе.

— Ого, добра-то сколько! — произнес Вася с совсем иной интонацией.

Он перестал потирать кулаки и заинтересованно потянулся к пакетикам. Я проворно собрала их. От греха подальше. С Васиной тягой к дурманящим веществам я уже была знакома.

— Ну, уважаемый, теперь что скажете? — поинтересовалась я.

Джеб подавленно молчал.

Тогда я призвала на помощь свою феноменальную память и наизусть процитировала:

— «Незаконное приобретение или хранение в целях сбыта, изготовление, переработка, перевозка, пересылка либо сбыт наркотических средств или психотропных веществ наказываются лишением свободы от трех до семи лет…»

— С конфискацией имущества или без таковой, — злорадно добавил Вася.

Джеб тоскливо вздохнул и сказал:

— Где Петрович, я правда не знаю… — Он посмотрел на нас и быстро добавил: — Но могу узнать. Вернее, скажу вам, как его разыскать можно.

Он снова замялся.

— Ну-ну, — подбодрила его я, сунув наркотики в карман.

— В общем, — Джеб нервно сглотнул и оглянулся, — я слышал, что в Папашином домике он сейчас с братками живет…

— Как? — не поняла я. — Какой папаша? Чей?

— Да ничей, — пояснил Джеб, — музыкант был такой тарасовский знаменитый, гитарист. Папаша кличка у него была… Неужели не слышали?

Мы с Василием переглянулись. Он отрицательно покачал головой, я — пожала плечами.

— Ну, Папаша на окраине жил. Там потише… в смысле ментов, а Папаша на винте сидел. Лет десять назад он перекинулся, а домик остался. Там теперь всегда кто-нибудь живет. От ментов перекрываются или еще там от кого…

— Ну и где этот чудо-дом располагается? — поинтересовался Вася.

— Не знаю, — ответил Джеб, стараясь придать своему лицу выражение раскаивающегося грешника, — честно, не знаю…

— Не врешь? — недоверчиво и совершенно справедливо спросил Василий.

— Не врет, — ответила за Джеба я, — а если врет… Смотри, красавец, где тебя можно найти, я знаю. Из-под земли, сука, достану!.. Ну, все, кажется… — начала было я, но Василий, отстранив меня твердой рукой, подошел к Джебу.

— Нет, не все, — сказал он, положив руку на плечо полумертвому от страха парнишке, — признавайся, пидор, где Крысан?

— Я… это… Петрович его забрал, и все. Я его не видел больше.

Василий с минуту тяжелым взглядом жег ему лицо. Потом развернул парня к себе спиной и могучим ударом ноги по заднице отшвырнул его метра на два.

Джеб прямо с земли взял старт и рванул к воротам. Наверное, стадион за все время своего существования такой скорости не видывал. Только у самых ворот Джеб остановился. Издали посмотрел на нас, погрозил кулаком. И во весь голос выкрикнул, обращаясь, по-видимому, к Васе:

— А Крысана твоего замочили! Понял, козел?!

Василий хотел было кинуться за ним, но Джеб уже развил такую скорость, что всякое преследование было бессмысленным.

Нам тоже пора было сваливать отсюда — русский народ поглядывал на нас довольно подозрительно. Того и гляди милицию вызовут. А у меня в кармане наркоты на семь лет зоны. Конечно, отмазаться-то я отмажусь, но… короче, времени жалко.

— Как ты думаешь, — спросил Василий, — этот Джеб назло мне сказал, что Крысана убили? Или, может, правда?..

Я пожала плечами. Нет, в самом деле — точных сведений у меня нет, а неточные… Уж лучше ничего не говорить.

Мы в ускоренном темпе покинули стадион. Сели в какое-то летнее кафе на углу. Теперь этих летних кафе развелось! Жарко, а тут зонтики от солнца поставь да напитками торгуй — всего делов-то, а бизнес прибыльный.

Василий снова взял себе бутылку пива. Я заказала минеральную воду — уж больно утомительны эти гонки за наркоторговцами.

Кстати о наркоторговцах, у меня же эти самые наркотики в кармане. Уже четверть часа их таскаю. Уголовно, кстати, наказуемое деяние. Как было бы смешно, если б какой-нибудь мент вдруг вздумал обыскать меня!

— Тань, — спросил вдруг меня Вася, — а что ты с дурью собираешься делать-то?

Как видно, не одной мне эти проклятые пакетики покоя не дают.

— Да выброшу, конечно, куда же еще, — твердо ответила я.

— Да?.. — Василий смущенно закашлялся.

— А у тебя что, какие-нибудь предложения имеются? — поинтересовалась я.