Стервятник ждать умеет - Джеймс Хедли Чейз

— Это же твоя страна, а не моя, — пожал плечами Феннел. — А не вернуться ли нам в отель? Из-за этого стебучего дождя у меня в глотке пересохло.

— Иди один. А мне еще нужно проверить вещи и погрузить их в машину. Может, вместе пообедаем? Рядом с нашим отелем есть отличный кабак. Там утрясем детали, которые еще осталось обсудить. Завтра сможем отправляться.

— Хорошо. Пока, — отозвался Феннел и пошел к выходу из гаража.

Кен проводил его хмурым взглядом. Пожав плечами, направился к Сэму Джефферсону, возившемуся с «понтиаком».

* * *

Где-то после половины восьмого вечера оба встретились в ресторане «Шах», пристроенном к зданию гостиницы. Как и полагается, Гея пришла последней. На ней было платье лимонного цвета из хлопка. При появлении ее взоры всех мужчин, сидевших в ресторане, обратились в ее сторону. В их глазах было желание, которое возникает у каждого при виде по-настоящему красивой женщины.

Опустившись грузным телом на стул, Феннел впился в нее, чувствуя, как у него по спине течет пот. В своей жизни он повидал немало женщин, но ни одна из них не могла сравниться с этой американкой. Жаркое чувство животной страсти ошпарило его кипятком. Чтобы не показать виду, он нарочно уронил на пол салфетку и, нагнувшись, принялся шарить под столом.

— Что будем есть? — спросил Гарри. Все были голодны и заказали рыбу в горшочках, паштет из телятины и жаркое.

— Как успехи? — спросил у Кена Эдварде. Посмотрев на побагровевшее лицо Феннела, он отвернулся.

— Все на мази. Мы все приготовили. Если вас обоих устраивает, можете двинуться хоть завтра.

— Почему бы и нет? — произнес Гарри и взглянул на молодую женщину. Та одобрительно кивнула.

— Чем скорее тронемся, тем легче будет добраться. Период дождей только что начался. Есть вероятность, что дороги в Драконовых горах еще не развезло. Если же не так, то нам с Феннелом придется туго. Так что, если вас устраивает, завтра в восемь утра и отчаливаем. Поедем на «лендровере». Удобств особых не будет: нагружены мы до упора. До лагеря в Мейнвилле километров триста. — Подали рыбу. После ухода официанта Кен продолжил:

— До владений Каленберга от Мейнвилля сотни четыре. Вертолет будет ждать в Мейнвилле. Если ничего не случится, а мы с Феннелом поедем дальше. Связь будем поддерживать по рации. Я их проверил — вещь надежная. Если повезет, до Мейнвилля доберемся после полудня. Мы с Феннелом двинемся оттуда на следующий день часов в пять утра. А вы — сутки спустя — в десять утра. Приблизительно через час долетите до владений Каленберга. Слишком рано вам там не стоит появляться. Ну, как мой план?

— Нас устраивает, — ответил Гарри. — А как насчет «птеродактиля»? Ведь необходимо обслуживание и запас горючего.

— Все предусмотрено. Горючего хватит в оба конца. Мне дали гарантию, что технари обо всем позаботятся. Конечно, ты сам должен убедиться, что все в порядке. Но, как мне сказали, машина будет готова к вылету.

— А что собой представляет Мейнвилль? — спросила Гея, положив на стол вилку и нож.

— Провинциальный городишко, — усмехнулся Кен. — Лагерь разбит в пяти милях от города в зарослях.

Вся компания с аппетитом принялась за телятину, при этом обсуждая детали предстоящей операции. Гея и Гарри убедились, что от Феннела ничего толкового не услышишь. Он только ворчал, разжевывая пищу, да жадно поглядывал на молодую женщину. Завершив трапезу, все принялись за кофе. Кен оказался прекрасным собеседником.

— Много любопытного увидите по дороге в Мейнвилль, — заверял он. — Последний участок пути пройдет не по шоссе, а по проселочным дорогам, так что какой только дичи не увидите. Бородавочников, антилоп разных видов, южноафриканских мартышек и прочую живность. Расскажу про них поподробнее, когда мы их увидим, если вам интересно. Ведь я был когда-то егерем. Возил на «лендровере» охотников.

— Что же вы оставили это ремесло? — спросила Гея. — По-моему, у вас великолепная жизнь.

— Вы тоже так считаете? — улыбнулся Кен. — С животными было все в порядке, а вот клиенты мне надоели. Не будут же звери тебя дожидаться в зарослях. Нужно терпение. Бывают дни, особенно в такое время года, когда можно проехать много миль, но так и не увидеть ни одного животного. А клиенты были недовольны, меня во всем обвиняли. Года через два мне это приелось. А один так просто достал меня. Я же не виноват, что он был неудачник. Наступил период дождей, а ему приспичило бизона сфотографировать. С одним из своих приятелей в Штатах он побился об заклад на тысячу баксов, что привезет снимок бизона. Но ему не везло. Мы несколько часов гонялись по бушу, но так их и не нашли. Так он решил выместить свою злость на мне, — усмехнулся бывший егерь. — Я размахнулся и врезал ему по зубам. Получил за это полтора года. А когда вышел, то бросил это ремесло.

— Не знаю, что вы, ребятки, хотите делать, а я так собирался пригласить прогуляться по увеселительным заведениям. И мисс Десмонд с собой пригласить. — Упершись в нее взглядом, Феннел спросил ее:

— Что вы на это скажете?

Наступила непродолжительная пауза. Гарри посмотрел на покрасневшее лицо медвежатника, затем на Гею. Та с невозмутимым видом улыбнулась:

— Весьма любезно с вашей стороны, мистер Феннел, но вы меня извините. Поскольку придется рано вставать, мне нужно выспаться. — Она встала из-за стола. — Всем спокойной ночи. До завтра. — С этими словами, провожаемая взглядами мужчин, она вышла из ресторана.

— Отшила, — с побледневшим лицом огрызнулся Феннел, со злостью посмотрев ей вслед. — Чего она выпендривается?

— Уплачу по счету, — поднялся Кен, — а потом завалюсь спать. — Он подошел к кассиру.

— Успокойся, — обратился к медвежатнику Гарри. — Девочка устала. Если хочешь куда-нибудь сходить, пойдем вместе.

Феннел сделал вид, что не слышит. Он сидел неподвижно, пряча глаза. К лицу его вернулся румянец. Выйдя из ресторана, в бессильном гневе он направился к лифту.

«Смотри у меня, сучка! — думал он, когда двери лифта открылись. — Я до тебя доберусь. Только бы мне остаться с тобой на десять минут. Я тебя так уделаю, что ты родных не узнаешь».

Добравшись до своего номера, он захлопнул за собой дверь и стал стаскивать с себя одежду. Бросившись на кровать, стиснул кулаки так, что ногти, вонзились в ладони. По толстым его щекам лился пот.

Больше часа извращенный ум медвежатника рисовал перед ним картины, одну сладострастнее другой. Лишь оказаться с ней вдвоем. Затем его воображение иссякло, и Феннел пришел в себя.

Он вдруг вспомнил слова Шейлика: «Оставьте в покое Гею Десмонд… Только попробуйте с ней что-нибудь сделать, как это досье тотчас попадет в Интерпол».

Каким же образом египтянин узнал про эти три убийства? Беспокойно ворочаясь на постели, он протянул руку за сигаретой. Закурил и уставился в дальний конец комнаты, освещаемой бликами вращающейся рекламы на противоположной стороне улицы.